Влес Кнiга  Iсходны словесы | Выразе | Азбуковник | О памянте | Будиславль 
  на первую страницу Весте | Оуказiцы   
Наследники Склавен. История Орейбуржья. Яик, сын Горынович
от 26.02.17
  
Выразе


Река Яик вытекла поровень с Оралтовою горою. Казачий городок Кош-Яик. Яик, сын Горынович


О, Славия! О, Славия! Имя сладких звуков,.
Но горестных воспоминаний! Сколько раз
Тебя разбили в дребезги, однако вновь
Ты каждый раз вставала в прежней силе.
- Ян Коллар. Дочь Славы (ДС II, 138)

I то грендiехомь трудете сен о всак ден
молбы твряе
i Суре пiящете
якожде допрiжь яхомь
I ту пентократы опыiемо дены
i хвалехомь Богы нашiа о радосще тоiе
яко сен осуре млеко нашiе
на прпыте нашiе
I крмь iде о кравiе до ны
i тiемо жiвiемо
I траве злащнiе оуварiехомь ове до млекы
i тако яждiехомь кажедь щасте свое
i тещахомь
Дощ.26 И вот идем (мы) трудиться всякий день, молитвы творя, и суру пьем ту, как и в прежние времена (мы) имели (то). И ее пять раз пьем в день и восхваляем Богов наших о радости этой, когда (она) осурится. Молоко наше, для пропитания нашего и прокорма, идет к нам от коров, и тем мы живем. И травы злачные - варим их в молоке, и так едим каждый часть свою и идем трудиться

Казачий городок на Кош-Яике
К середине XVI века сложилось единое Российское государство. Вопросы управления, защиты границ требовали обстоятельных описаний и карт всех его земель. В течение XVI века московские картографы составляют ряд карт - «чертежей» сначала отдельных областей, а затем и генеральную карту всего государства под названием «Большой Чертеж». Русский историк географической науки Д.М. Лебедев полагает, что «Большой Чертеж» составлен в последние 20-30 лет XVI века.
Ни одна из карт XVI века не дошла до нас. Сохранились лишь списки-описания, передающие полное содержание «Большого Чертежа». Первый список с этой карты был составлен в Москве в 1627 году и получил название «Книга Большому Чертежу».
Это замечательный историко-географический документ. На его страницах описываются и заволжские степи XVI века с главной водной артерией Южного Урала - рекой Яиком:
«Река Яик вытекла поровень с Оралтовою горою (то есть с Уральскими горами - С.П.) против верховья Табола реки.
От Великие Тюмени река Яик вытекла за 250 верст.
А в россошах реки Яика прошли озера; а из россошеи потекла река Яик в Хвалимское море (Каспийское море- С.П.), а протоку реки Яика до моря 1050 верст» (Книга Большому Чертежу. М.-Л., Изд-во АН СССР, 1950, с.92).
Описывая реку Яик по карте, писец перечисляет его притоки. Среди них он указывает и «Илез реку», то есть реку Илек. Приводим часть описания этой реки, представляющей для нас в данном случае особый интерес:
«...пала в Яик, с левые стороны Яика, Илез река, ниже горы Тустеби, по-нашему, та гора Соляная, ломают, в ней соль».
И далее:
«А на усть тое реки остров Кош-Яик.
А промеж тем протоком и реки Яика, на острову, Казачеи городок» (Книга Большому Чертежу. М.-Л., Изд-во АН СССР, 1950, с.93).
Следовательно, по данным «Книги Большому Чертежу», в конце XVI века на реке Яике в районе устья реки Илека находился остров, на котором стоял Казачий городок. Достоверны ли эти данные «Книги Большому Чертежу» и прежде всего данные о существовании в том месте острова?
Некоторые подтверждения этому есть. Следы острова неподалеку от села Илека можно видеть и в наше время. Село находится на левом берегу Урала. А против села, в обширной пойме правобережья, идет местами пересохшая старица, именуемая старожилами «Старым Яиком». Некогда она была полноводным рукавом. Пространство между ним и главным руслом Урала представляло действительно остров.
На существование острова в устье реки Илека указывают также некоторые материалы XVIII века, например, путевой дневник академика П.С. Палласа, путешествовавшего летом 1769 года по Оренбургскому краю и посетившего Илекский городок (ныне село Илек).
Этот остров показан также на карте 1755 года, известной под названием: «Карта, представляющая от Оренбурга Московскую дорогу до Кичуйского фельдшанца и всю Закамскую линию и от оного ж вниз по реке Яику до Яицкого казачья городка, а по Самаре до города Самары ново построенные крепости и с Ставропольским ведомством и смежными к тому местами» (Оренбургская губерния с прилежащими к ней местами по «ландкартам» Красильникова и «Топография» П.И. Рычкова 1755 года. Оренбург, Изд. Оренбургского отдела Русского географич. об-ва., 1880).
Но ни составители карты 1755 года, ни академик Паллас не указывают названия этого острова. А «Книга Большому Чертежу» называет его: «остров Кош-Яик».
Откуда произошло такое название?
Слово «Кош» - тюркского происхождения и в переводе на русский означает «двойной, парный» (сравни: казахское «кос» означает «пара», «парный», «двойной»; татарское «куш» - «двойной», «парный», «слитный»). Следовательно, Кош-Яик - это урочище, где Яик шел двумя протоками, двумя рукавами, между которыми образовался остров.
Весьма важным для истории является сообщение о самом Казачьем городке на острове Кош-Яик. Составители карты «Большой Чертеж», а вслед за ними и писец «Книги Большому Чертежу» ограничились лишь одним упоминанием о городке. Когда же он возник и при каких обстоятельствах?
Для выяснения этого вопроса нам придется обратиться к историческим материалам и некоторым событиям из истории Среднего Поволжья конца XVI века.

Город Самара в XVII веке. Рисунок Адама Олеария
В 1586 году Московское правительство приступило к строительству нового укрепления на Волге -города Самары. Он был заложен в непосредственной близости от Самарской Луки - любимого прибежища казачьих волжских ватаг.
Одновременно с этим в Башкирии, на «старой Казанской дороге», связывавшей Казань с Западной Сибирью и Средней Азией, был заложен город Уфа.
Постройка Самары и Уфы вызвала резкое недовольство со стороны ногайского князя Уруса. Осенью 1586 года князь Урус писал царю Федору Ивановичу:
«...приехал от тебя толмачь Бахтияр с досадными словами. Таких слов от отца твоего белово царя отец мой Исмаил князь не слыхал. А приказал еси с ним, что ты на четырех местах хочешь городы ставити: на Уфе, да на Увеке, да на Самаре, да на Белой Воложке. А теми месты твои деды и отцы владели ли? ...Поставил те города для лиха и недружбы...» (Государственный архив древних актов (Москва). Фонд 127, Ногайские дела в столбцах. Столбец 8, л.9).
В ответных царских грамотах, отправленных в конце сентября 1586 года ногайским мирзам, разъяснялись причины, вызвавшие постройку этих городов. В грамоте на имя Араслан мирзы говорилось:
«А мы на Волге и на Самаре вас велели беречи накрепко и ваших улусов от воров от казаков, чтоб отнюдь никакое казак не воровал и на ваши улусы не приходил, того для есмя и город поставили на Самаре, чтоб вам и вашим улусом было бережнее...А которые воры казаки будут на Яике или вверх Самары, и вы б сослався в наш город на Самару с нашими воеводами на тех воров ходили с нашими людьми вместе и их побивали и, имая, вешали. А мы в Самарской город к воеводам своим писали, а велели им с вами на воров на казаков, которые громят ваши улусы и наших торговых людей громят, посылати стрельцов и казаков с вогненным боем с вашими людьми вместе и тех воров побивати и, имая, вешать. И вы б ныне кочевали на Волге и по Самаре у нашего нового города безо всякого опасенья, как у своего города, с нашими людьми у Самарского города торговали; а убытка вам из того города ни которого не будет...» (Пекарский П.П. Когда и для чего основаны города Уфа и Самара. СПб., 1872, с.19).
Таким образом, постройкой Самары Москва стремилась взять под свой полный контроль великий водный путь и одновременно пресечь разбои казачьей вольницы на Волге и их набеги на ногайские улусы. Положение казачьих ватаг на Волге становилось все более трудным. Казакам предстояло либо перейти на службу к русскому царю, либо уйти на новые вольные места. Казаки избрали второй путь. Весной 1586 года они двинулись на Яик, в глубину ногайских степей.
Подобные передвижения казачьей вольницы происходили и на других окраинах Русского государства и в более позднее время, известное нам по описаниям, а также из исторических документов. Поэтому мы можем воссоздать картину перехода казаков с Волги на Яик.
...Ранней была весна 1586 года. В живописном приволье Самарской Луки собралось несколько сот волжских казаков на казачий круг.
Вышел из круга бывалый атаман Матюша Мещеряк. Снял шапку, поклонился кругу и заговорил:
- Слушайте, атаманы-молодцы! Тесно становится нам. Рыщут на Волге стрельцы. А недавно приплыли стрельцы с воеводой на Самару. Велел царь строить там городок. Стучат уже топоры, ставят стрельцы тын и башни городские. Приказал царь воеводе звать на службу волжских казаков, а не захотят - хватать и вешать. Не пора ли поразмыслить, как нам быть - перейти ли на службу царскую или попрощаться с Волгой и поискать новые вольные места.
Шумит, гудит казачий круг...
Выходят из круга один за другим атаманы и старые бывалые казаки и речь держат. И никто не хочет менять вольную жизнь на службу царскую. И все громче и чаще раздаются голоса:
«На Яик! На Яик! На Запольную реку!»
...Не зря выбрали казаки для перехода на Яик раннюю весну. В это время широк разлив, полноводна река Самара и легко идут по ней тяжелые волжские струги. Часть же казаков едет на конях. А вот и верховье Самары, здесь место волока. Надо перетаскивать струги на речку Камыш-Самару. Нелегкая работа! Но казаки здесь 'бывали не раз, и дело это для них не новое. Припрягли они коней к лодкам, подложили катки, и потянулись струги по степному сырту. Не длинен волок, всего 6-7 верст, но тихо движутся струги вверх по сырту. Легче они пошли под уклон к речке Камыш-Самаре.
Извилиста, мелка Камыш-Самара, с трудом плывут казачьи струги. Но и эти места казакам знакомы. День пути - и они вышли на широкий и полноводный Яик.
Плывут казаки вниз по Яику. Высоко поднимается правый гористый берег реки. Густые леса, непролазная чаща на левом низком берегу. Напряженно вглядываются казаки в степную даль да высматривают, не появились ли на горизонте татарские всадники.
Уверенно ведут передовые струги бывалые казаки-вожи. Знают они, что против устья Илез-реки начинается Кош-Яик - парный Яик с обширным островом между двумя рукавами.
К этому острову и причаливают казачьи струги. Стремительно несется по двум рукавам по-весеннему полно-водный Яик. Посоветовались атаманы и решили, что лучше места для городка не найти: кругом лес, вода - надежная защита от ногайцев. Выбрали казаки самое высокое место на острове и разбили стан. Укрепили его тыном, окопали рвом, и стал городок первым русским поселением на Яике в глубине ногайских кочевий.
Обосновались казаки в городке на Кош-Яике и пошли за добычей в ногайские улусы.
Как развивались в дальнейшем события в то лето, рассказывают нам сохранившиеся исторические документы:
Любопытные подробности о казаках, перешедших с Волги на Яик и о городке на Кош-Яике в устье Илека содержатся в так называемых «Ногайских делах», хранящихся в Центральном государственном архиве древних актов в Москве. Вот что в них сообщается.
В 1585 году из Москвы к ногайскому князю Урусу был отправлен посол Иван Хлопов и вместе с ним к ногайским мирзам - послы Розгильдей Любученинов, Василий Колтовский, Третьяк Стремоухов и Бунда Языков. Они должны были сообщить о смерти Ивана IV (1584) и воцарении Федора Ивановича и привести князя Уруса и мирз к «шерти», то есть присяге новому царю. Зиму 1585-1586 года Иван Хлопов пробыл в Астрахани. Лишь летом он попал в улусы ногайского князя. Во время пребывания русского посла у Уруса произошло два события: напали казаки на ногайские кочевья и приехал посол Бахтияр из Москвы с грамотой о постройке городов Самары и Уфы и о запрещении брать дань с башкиров. Раздосадованный Урус задержал Ивана Хлопова. Задержал Розгильдея Любученинова и Сеид Ахмет мирза.
27 августа 1586 года вернулись в Москву от ногайских мирз Василий Колтовский, Третьяк Стремоухов, Бунда Языков и служилые татары. Они сообщили, что князь Урус и Сеид Ахмет мирза задержали Ивана Хлопова и Розгильдея Любученинова «за тем, что у них воевали на Еике казаки засарачиковские улусы, и побили, государь, у них и полон поимали многих людей. А убили, государь, дву сеитов лутчих людей» (Ногайские дела в столбцах. Столбец 1, л.3).
Лишь поздней осенью 1586 года вернулся в Москву Розгильдей Любученинов от Сеид Ахмет мирзы. Он сообщил:
«Да при мне, государь, при холопе твоем, воевали козаки нагайские улусы. И Урус князь прислал к Седехмету (то есть Сеид Ахмету.- С.П.) мирзе человека своево, а велел ему итти со всеми его братьею и з детми и с племянники и со всеми улусными людми на казаки на Кош на Еик. А яз де Урус князь со всеми мирзами и со всеми людми пойду ко Кош же на Еик, и станем де вместе промышлять над казаки. И будет де возмем козаков и мы де государевых послов к Москве отпустим, а будет де козаков не возмем и мы де их и с людми роспродадим. И Седехмет мирза пришол с своею братьею, и з детми, и с племянники, и со всеми людми на Кош Еик и к козаком приступали восмь ден и казаки у Седехмет мирзы да у Хан мирзы многих людей побили. И на Кош Еике Седехмет мирза Уруса князя не дождался, пошел прочь» (там же, столбец 5, л.3). Еще более интересные подробности о казаках, напавших на ногайские улусы, сообщил в Москву астраханский воевода Федор Лобанов-Ростовский. 25 августа 1586 года пришли в Астрахань татары Балыкчей и Казы-майдан, сопровождавшие посла Бахтияра с письмом к князю Урусу. Урус князь задержал Бахтияра. Балыкчей и Казымайдан испугались и бежали в Астрахань. Они рассказали воеводе:
«...Приходили де казаки на Хозин улус и убили Бабу Хозю-, да жену ево, да взяли в полон Карашман Хозину жену, а Урусову сестру. А Карашман де Хозя утек. А были де на том деле Шидиахмет мирза, да Кучюк мирза, да Хан мирза, да Яраслан мирза да Сатый мирза. И казаки де от них отошли на лес. А взяли де у Нагаев казаки нагайских людей и полону с триста душ. А атамана де у казаков Матюшею зовут. А было де, сказывают, казаков человек с пятсот. А поставлено де, государь, у казаков на Яике три городки. Да взяли де казаки у нагаев с три тысечи животины да пятнадцать пансырей. А приходили де казаки на улусы на Яике в полдни да убили де казаки Сатыева улусу Наймана Келдеураза да с Хан мирзина Юшана улусу Кулюка багатыря и детей де их. Нас не хотели отпустить, и мы де побежали...» (там же, столбец 1, лл.19,20).
Воевода Лобанов-Ростовский сообщил в Москву также показания татарина Ахметя, который был послан в Ногайскую орду вместе с Иваном Хлоповым, и «полоненников» (пленников), прибежавших в Астрахань из Ногайской орды. Ахметь рассказал:
«...Пришли казаки на Хозины улусы на богомолцовы, на Кара Хозин, и на Бабе Хозин, и на Кара Асман Хозин. И улусы погромили. Да в тех же де улусех взяли казаки Исмаилеву княжую дочь, Урусову сестру, а имени ей не упомнит. И Урус де князь учал говорити мирзам и черным людем: смотрите де вы государевы правды, кои де час к нам грамоты прислал, тот де час на нас и казаки пришли...».
Ахметь же рассказал интереснейшие подробности о попытке ногайцев разбить казаков:
«...Приходили на казаков Шидиахмет мирза да Кучюк мирза и иные мирзы. И к городку приступали. И казаки де убили у них на выласке тридцат человек. И они де и проч пошли. Да приходил де Хан мирза к тем же казакам, а с ним шестьсот человек. И казаки де, подкрачися лесом, да на них приходили и нагайские де люди поутекали. А казаки де у них отгромили тритцат пансырев да седла и саадаки (колчаны) поимали. И после де, государь, того приходили на тех же казаков Урус князь, Шидиахмет мирза, Урмагмет мирза, шесть братов, да Хан мирза, Урусов княжой сын, а с ними вся Нагайская орда. И приступали к городку с приметом, а хотели, приметав лес, да городок зажеч. Да тут же де было наган двесте человек с руншицами (старинное фитильное ружье). И казаки де вылезли из городка да наганских людей побили. И убили у них з двесте человек и рушницы у них и рухляд поимали. И Урус де князь и мирзы и вся Нагайская орда от городка и проч пошли. Да отшедчи от городка и пришел де на них дожжь и град и шол вся ноч. И они де омкши да почали были сушитца и казаки де, государь, пришли на них тиском, розделяся на шестеро. И побили у них многих людей да взяли у них полону нагайского с триста душ да шестьсот лошадей. И полон де давали казаки на откуп нагаем, а с лошадми пошли на украины (значит, на окраину)» (там же, столбец 1, лл.30,32).
«Полоненники», то есть люди, бывшие в плену у ногайцев и прибежавшие в Астрахань, показали:
«Поставили де русские люди город на Кош Яике. И подступал к городу Хан мирза да Яраслан мирза с нагайскими людми и русские де люди нагаи побили. И у русских людей побитые есть же. И Урус де князь и мирзы збираютца с людми, а хочет итти к новому городу. А говорят: толко де город возмут и им де, сказывают, итти кочевать к Асторахани. А толко де города не возмут, и им де кочевать за Сыр реку. А как де, государь, нагайские люди приходили к новому городу и взяли под городом твоих государевых людей трех человек и привели их к Урусу, и Урус князь их роспрашивал про город. И они сказали, что город крепок, взяти им города нелзе...
А казаков де наган облегли. А казаки де стоят на Яике в крепости, а около их вода, и суда, и лошади, и животина у них есть...» (там же, столбец 1, лл.21,22).
Поздней осенью 1586 года вернулся Иван Хлопов в Москву. Он привез с собой письмо князя Уруса. В этом письме также говорилось о нападении казаков на ногайские улусы. В письме указывалось, что в то самое время, когда приехал Бахтияр с грамотой с извещением о постройке Самары и Уфы, то «теж в поры пришед на Яик казаков с шессот и семьсот, поставили город болшой и из с того города нам много лиха починили. И Иван Хлопов то видел...» (там же, столбец 8, л.10).
В своем отчете о посольстве Иван Хлопов писал, что Урус князь говорил, что казаки взяли в плен его сестру и что Урус князь хотел взять его с собой в поход на казаков, но некий Телисупа отговорил Уруса. После неудачи Уруса под казачьим городком Иван Хлопов был отпущен ограбленным в Москву.
Таким образом показания современников и письмо князя Уруса Федору Ивановичу дают нам интереснейший материал об основании казаками городков и их нападении на ногайские улусы. Как видим, казаки заложили на Яике три городка, но, очевидно, главным из них был городок на Кош Яике.
Ногайцы осаждают его и пытаются выбить оттуда казаков, но попытки их кончаются неудачей. Городок остался в руках казаков.
История сохранила нам имена тех казачьих атаманов, которые перешли с Волги на Яик и основали городок на Кош-Яике и даже дальнейшую судьбу некоторых из них.
Осенью 1586 года Москва отправила на княжение в Астрахань крымского царевича Мурат-Гирея. Его сопровождали думный дворянин и воевода Роман Михайлович Пивов и воевода Михаил Иванович Бурцов со стрельцами. Через них самарскому воеводе Григорию Засекину царь приказал призвать «виноватых» волжских казаков на службу в Астрахань с обещанием «вины их отдати».
«Виноватых» казаков на Волге не оказалось. Тогда самарский воевода, посоветовавшись с воеводами Пивовым и Бурцовым, отправил на Яик голову (воинский чин в стрелецком войске) Семейку Кольцова с казаком, пришедшим в Самару с Яика. Через них было послано приглашение «виноватым» казакам приехать в Самару и отправиться на цареву службу в Астрахань с прощением их вины за нападение на ногайцев.
О результатах Григорий Засекин писал в Москву:
«И октября, государь, в 23 день пришли ко мне, к холопу твоему, на Самару с Яика Матюша Мещеряк, да Ермак Петров, да Ортюха Болдырев, да Тимоха П. (прозвище этого атамана не подходит для печати). А с ними казаков сто пятьдесят человек. А на Яике остались атаман Богдашко Барбашя, да Нечай Шатцкой, да Янбулат Ченбулатов, да Якуня Павлов, да Никита Ус, да Первушя Зезя, да Иванко Дуда. А с ними казаков полтретьяста человек...» (то есть 250 человек) (там же, столбец 13, лл.39-40).
Воевода сообщает, что пришедшие с Матюшей Мещеряком казаки отправлены в Астрахань 28 октября на государеву службу. «А Богданко, государь, Барбашя с товарыщы с Яика на твою государеву службу не пошли и твоим государевым грамотам не поверили».
Судя по письму самарского воеводы Григория Засекина, на Яике было около 400 казаков во главе с 11-ю атаманами: Матюшей Мещеряком, Ермаком Петровым, Ортюхой Болдыревым, Тимохой П., Богдашко Барбашем, Нечаем Щатцким, Янбулатом Ченбулатовым, Якуней Павловым, Никитой Усом, Первушей Зезей и Иванком Дудой.
Это были те самые атаманы, которые с волжскими казаками весной 1586 года перешли на Яик, основали казачий городок Кош-Яик в устье Илека и напали на ногайцев.
Однако дальнейшая судьба Матюши Мещеряка, Тимохи П. и других атаманов, пришедших с Яика, оказалась печальной. Они не поехали в Астрахань. Прибыв в Самару, они сговорились с некоторыми служилыми людьми Самарского городка и решили поднять восстание против воеводы, затем завладеть Самарским городком, сжечь его и захватить «государеву казну», которая была отправлена в Ногаи с новыми послами - Федором Гурьевым, Ратаем Норовым и Иваном Страховым. Последние вместе с ногайскими послами плыли в Астрахань. В это время Волга стала, и послы вынуждены были остановиться по дороге ниже Самары, в «Шилихмицких горах».
Воевода Засекин, узнавший о заговоре казаков, приказал послам вернуться в Самару. Он сумел схватить казачьих атаманов. В письме в Москву Федор Гурьев, Ратай Норов и Иван Страхов писали, что на пытке казаки сознались, что «посылали весть на Волгу, на Увек и на Яик к атаманом и к их товарищем, а велели быти всем на нынешней 95 год (1587 год.- С.П.) к твоему государеву городу к Сомарскому на Олексеев день человека божия или на Благовещеньев день. А не будут на те сроки, и ино как вода росполица. Да воеводу и всех людей побита и жжеч и пришед в Шилихмицкие горы и нас холопей и нагайских послов побить и казна твоя государева взять» (там же, столбец 10, л.90).
Зимой 1587 года из Москвы был прислан в Самару сын боярский Постник Косяговский с приговором о казни главных заговорщиков перед ногайскими послами.
Самарский воевода приказал повесить Матюшу Мещеряка, Тимоху П., Иванка Камышнина и двух их товарищей. Имущество их («ферези дороги алы, да ферези дороги зелены» и т.д.), пленники ногайские («жонка и детина») были переданы ногайским послам. Постник Косяговский перед ногайскими послами и перед всеми присутствовавшими на казни держал речь, в которой выразил желание, чтобы послы ногайские сказали князю Урусу, мирзам и всей Ногайской орде, как царь поступает с казаками, напавшими на ногайские кочевья (там же, столбец 10, л.91).
Такова самая первая страница истории казачьего городка на Кош-Яике и его основателей - волжских казаков.
Переход волжских казаков на Яик в 1586 году и основание ими городка на Кош-Яике открывает новую страницу в истории нынешних оренбургских степей. Набеги казаков на ногайские кочевья до этого носили временный характер. Захватив пленных, скот, построив на время «городки» - небольшие укрепления, казаки вновь уходили на Волгу. Совсем иной характер имел поход казаков на Яик в 1586 году. Это было уже переселение казаков с Волги на новое место с целью продолжения вольной, независимой жизни.
Построив городок на Кош-Яике и в некоторых других местах по реке Яику, волжские казаки положили начало Яицкому казачьему войску. В 1591 году казаки, осевшие на берегах Яика, именуются уже яицкими казаками. В этом году Москва отправляет им грамоту, в которой просит выделить 500 человек для похода из Астрахани на «непослушника своего на Шевкальского», то есть на владетеля города Тарки на реке Тереке (Акты исторические. Т.I, СПб., 1841, с.443).
Через полтора десятка лет численность казаков на Яике была уже настолько значительной, что в 1605 году они совершают набег на Хивинское ханство. Они захватывают город Ургенч, разоряют и грабят его жителей. При возвращении с богатой добычей они были настигнуты хивинским ханом Араб-Магометом и разбиты (А.Б. Карпов. Уральцы. Исторический очерк. Уральск, 1911, с.89-93).
Добровольное присоединение Башкирии к Русскому государству в 50-х годах XVI века после завоевания Казанского ханства отодвинуло границы Русского государства далеко на восток. Переселение волжских казаков закрепило границы Русского государства по Яику. Казаки на Яике считали себя частью Русского государства. Уже в начале XVII века при первом Романове - царе Михаиле Федоровиче, согласно народному преданию, они получают «владенную грамоту» на реку Яик с вершин и до устья.

Город Яик (Яицкий казачий городок). Рисунок середины XVIII века
Вначале казаки на Яике не представляли единой организации. Это были отдельные отряды-ватаги со своими атаманами, не зависимые друг от друга и жившие в разных городках по реке. Лишь много позднее эти отряды слились в единое войско.
Дореволюционный историк Уральского казачьего войска А.Б. Карпов считает, что около 1614 года казаки оставили городок Кош-Яик и поселились ниже по Яику в районе современного села Кирсанова, а около 1620 года прочно обосновались в устье реки Чагана на месте современного города Уральска.
Прошли многие годы, но память о городке в устье Илека сохранялась среди яицких казаков. В 1719 году яицкий казак Карташов подал донос правительству о неполадках в Яицком войске. В своем доносе он писал также о непринятии мер войском против киргиз-кайсаков переходящих Яик с целью набегов «в урочище Илецкие соли, где напредь сего был городок Яицких казаков» (там же, с.564).
Историк Уральского казачьего войска А.Б. Карпов уверен в том, что Карташов под этим городком подразумевал казачий городок Кош-Яик.
Осели казаки на Яике с центром в устье реки Чагана и стал Яицкий казачий городок убежищем всех тех, кто бежал от крепостной неволи. Кормила и поила река Яик казаков рыбой, дичью и создали песню казаки про свою Яик-реку:
Яик ты, Яикушка,
Яик, сын Горынович!
Про тебя, Яик Горынович,
Идет слава добрая,
Про тебя, Яик Горынович,
Идет речь хорошая.
Золочено у Горыновича
Твое было дёнушко,
Серебряны у Горыновича
Твои круты бережки.
Изрыл же ты, выкопал
Все горушки-долушки,
Середи себя повымятал
Часты-мелки островы.
С вершин взялся, Горынович,
Бежишь вплоть до устьица,
До славного до моря,
До моря Каспицкого,
До славного до города
Бежишь ты до Гурьева.
Выпадал за Гурьевым,
Батюшка, в синё море,
До славного до острова,
До острова Камынина.
На острове Камынине
Старцы живут старые.
Живут старцы старые
Там по девяносту лет,
В ладу, старцы старые
С ордою покоренною,
С Золотой Ордой (П. Небольсин. Уральцы. СПб., 1855, с.110)
Сергей Александрович Попов. Тайны Пятимаров. Очерки по древней и средневековой истории оренбургских степей. Челябинск, Южно-Уральское кн. изд., 1971. 193с. с илл.: Казачий городок на Кош-Яике
http://kraeved.opck.org/biblioteka/kraevedenie/tainy_pyatimarov.php
Молiхомь Патаре Дiаiе
яко Тоi iзведе огнь
iждеть МатырьСваСлава прiесеть
на крыдлiех све
ПраОцем нашiем
I ту пiеснема поемь
одле къстрбоiцiе вещерне
iежды повiехомь старе словы
Слве нашеа
о СвентеСедьмiце рiекы нашiе
iждехомь грады Оце наше iмах бiяще
I тоу земе опоустiшiя
до земе iне iдьшя
iдеже смехомь о щасы тоi держеве
i за древлесть iмяхомь кълоуне нашiе
i грады i селы i огнiце о земiе оутворящете
Дощ. 19…Молимся мы Питару Дию, потому как Он низвел Огонь, который Матерь Всех Слава приносит на крыльях своих Праотцам нашим. И ее песнями воспеваем мы возле костровищ вечерних, где рассказываем старые слова Славы нашей у Святой Седмицы рек наших, где города Отцов наших были. И ту землю они оставили, в землю иную пошли, где была у нас во те времена держава и в древности округа наша, и города и села, и огнища, в земле устроенные (перев. Н. Слатина)
Дощечка 19
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_373.htm
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_703.htm
Влесова книга
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_3.htm
Наследники Склавен
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_482.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_483.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_484.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_485.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_486.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_487.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_488.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_489.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_490.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_491.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_492.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_493.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_494.htm
Продолжение
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_496.htm
КарпатоВедение
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

  

  
СТАТИСТИКА

  Веб-дизайн © Kirsoft KSNews™, 2001