Влес Кнiга  Iсходны словесы | Выразе | Азбуковник | О памянте | Будиславль 
  на первую страницу Весте | Оуказiцы   
Славим славно славу Славов славных
от 11.04.16
  
Будиславль


Стократе сем млувил, тедь уж кричим К вам розкидани Словове, Будьме целек, а не дробмове, Будьме анеб вщецко, анеб ничим


Я посвящаю этот труд
Желанным дням объединенья
Недолго ждать - они придут:
Мы все единой цепи звенья...
Я верю, - братская любовь
Поможет нам в бескровном споре,
И все ручьи сольются вновь
В едином, всеславянском море

Младорусь: периодический сборник
Цели и задачи сборника:
Идея Всеславянства,
Служение национальной идее и искусству,
Объединение и развитие молодых дарований за рубежом
Книга первая.
Прага
Славянское издательство
1922


Дмитрий Вергун. К столетию Славии (По случаю 70 летней годовщины смерти ея автора, чехословацкого поэта Яна Колара, творца поэмы Дочь Славы)
Slavme slavne slavu slavnych Slavu! - Jan Kolar
Славим славно славу славян славных - завещал он грядущим славянским поколениям. Исполнены ли его заветы? В годовщину его кончины и в столетие появления его величайшей поэмы, много-ли было откликов в печати? Кажется, кроме одной, да и то немецкой газеты в Праге, нигде не вспомнили о родоначальнике панславизма! Что это, ранний плющ ли забвенья или мох нераденья над этою великою могилой? Всего двадцать лет, как его останки перенесены из Венского Маркова кладбища на Пражские Ольшаны. Неужели и это литературно-национальное событие уже забыто? Быльем поросло?
Дело, ведь, идет об одном из знаменитейших возродителей чехо -словацкого народа! Об одном из тех национальных гениев, дух которых переживает века.
Ведь самый факт его кончины семьдесят лет тому назад столь необычаен, что заслуживает быть отмеченным в летописях литературы. Он умер, как герой. Погиб, как рыцарь на поле брани. В один из сумрачных январских дней он взошел на кафедру в венском университете, чтобы начать обычную лекцию из области славянской мифологии, и умер от разрыва сердца. Неприятное известие из текущей славянской политики, о котором он узнал, идя на лекцию, столь взволновало его душу, что сердце не выдержало. Оно перестало биться, как только он вступил на кафедру. Он, живой пример научного героизма и племенного сознания.
Но как ни поучительна его смерть, еще назидательнее вся его скорбная жизнь. Его детство напоминает биографию Ломоносова. Как и великий родоначальник новой русской словесности, Колар бежит из крестьянской хаты своего отца, бедного словака, бежит тайком, чтобы расплавить свое сердце в горне знания. Его юность, с несчастною, неразделенной любовью к лужицкой сербке Мине, - это юность Петрарки с безсмертной Лаурой. Его скитальческая молодость имеет много общего с биографией Байрона. Колар, как и Байрон, испытал гонение правительства и нелюбовь части общества.
Все это его биограф, проф. Якубец, проследил как в жизнеописании, так и в творчестве Яна Колара. В его Дочери Славы - сонеты Петрарки, описание скитаний славянского Чайльд-Гарольда и распределение цикла сонетов по образцу Божественной Комедии Дантэ.
Но его безсмертной поэмы ни один литературный историк не смел назвать подражанием. Проф. Мурко доказал степень влияния на его творения немецкого романтизма, Карасек упрекал его в дидактизме. Но Пыпин, не обинуясь, называет его - одним из самых крупных явлений всей ново-чешской литературы и наиболее характерным произведением всей эпохи возрождения. Дочь Славы, прибавляет он, остается единственным, поэтическим кодексом панславизма - правда, замечает он, далеко не столь страшного, как изображали его противники…
Сто лет тому назад в Праге появился его первый сборник стихотворений. С его легкой руки вошло в литературу понятие Славия. Правда, проф. Якубец доказал, что не Колар изобрел это слово. Его употребляли раньше менее известные поэты Богуслав Таблиц и Антон Марек. Но Колар первый вдохнул в это понятие такую жизненную силу, что Славия пережила уже век. Она олицетворяла в себе скорее подсознательную, но неясно выраженную тоску славянских людей по взаимному сговору, общей свободе и совместному домостроительству.
Пусть же перевод его типичных трех сонетов, посвященных Праге, Москве и Славии, будет скромным русским венком на могиле великого славянского баяна, основоположника чехо-словацкого возрождения. Он предсказал в своем гениальном прологе в Дочери Славы момент возрождения чехо-словацкой независимой государственности.
То, что пожрала веков безпощадных несытая бездна,
Может, по воле небес, мигом воскреснуть и жить!
Этот предчувствованный Коларом миг, наконец, настал. Сбылись его пророчества в одной части славянства, отчего же им не осуществиться и во всех остальных!
Буди, буди!
Д. В.

Прага

Вот она, прославленная Прага.
Чехов стародавняя столица,
Башен исполинских вереница,
В камень воплощенная отвага.

Градчаны, дворцы родного блага,
Пращуров замшенная гробница,
Карлов мост, где некогда юница
Пела славу доблестного стяга.

Блеск твоих жезлов давно угас,
Меч тупеет, что и Римом тряс,
Выщерблен балтийскою бойницей…

Но ты вечным Славы будешь храмом,
Против немцев смелою истицей,
Победив и в пораженьи самом…
(Дочь Славы. II. Сонет 111)

Москва

О, ты, краса полуночного края!
Poccии всей и сердце и глава,
Блистаешь, златоверхая Москва,
Кремлевскими святынями сверкая.

О, как ты занялась, огнем пылая,
Ростопчина рукой подожжена,
Как запылала вся твоя страна,
Повсюду искры - пламя разсыпая…

Поведай же, зачем сама сожгла
В пожаре дерзком, среди снежной дали,
Ты созидания былых столетий?

- Слепцам я светоч на весь мир зажгла,
Чтобы ясней при зареве читали,
Кто - я и кто - мои родные дети!..
(Дочь Славы, II. Сонет 137)

Славия

О, если бы племен славянских, стая
Сребром и золотом передо мной
Блеснула разом - в статуе одной
Я изваял бы их, не разделяя.

И во главу пошла-бы Русь святая
Из Ляхов стан сковал бы огневой.
Из Чехов руки, стержень боевой,
Из Сербии двуножье отливая.

А меньшие народы все Славян,
Пошли-бы на броню, доспехи, тени,
И встал бы перед миром великан,
Европа вся склонила бы колени…
Пред статуей до неба вышиной
Затрепетал бы и весь шар земной!
(Дочь Славы, III. Сонет 7)
Перевел Дмитрий Вергун

Младорусь: периодический литературно-художественный сборник. ред. Василий Ильинский. Первая книга. Прага: Славянское издательство, 1922
http://dc.lib.unc.edu/cdm/item/collection/rbr/?id=22950
http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_475.htm
Дмитрий Николаевич Вергун
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_708.htm
О литературной взаимности между племенами и наречиями славянскими
О, krajino, vselike slavy i hanby obraz!
Od Labe zradneho k rovinam az Visly neverne,
od Dunaje k heltnym Baltu celeho penam:
krasnohlasy zmuzilych Slavianu kde se nekdy ozyval,
ai, onemelt uz, byv k ourazu zasti, jazyk.
О, та страна! Славы блеск и арена былого позора!
От берегов золотых тихой Лабы до Вислы неверной
и от дунайских долин до простора Балтийского моря,
некогда всюду звучал вызывающий злобу соседей,
тот, что теперь онемел - сладкозвучный язык наш славянский
- из пролога к Дочери Славы, Яна Колара
Из лекций В.И. Ламанского Введение в славяноведение...Эпоху в истории возрождения славянских народов составляет поэтических и прозаических произведений словака Яна Колара. В 1837г. вышла в свет его знаменитая брошюра О литературной взаимности Славян и пр.
В этой статье Колар пытается ближе подойти к основной причине современного безсилия Славян и находит ее в том, что каждый Славянский народ на себя лишь работает, о себе только заботится, ни мало не помышляет о своих соплеменниках.
- Мало быть, замечает Колар, хорошим Русским, Поляком, Чехом и Иллиром, надо быть и хорошим Славянином; каждый из них должен руководиться правилом: Я Славянин и ничто Славянское мне не чуждо -. Поэтому и нужна Славянам литературная взаимность.
Для ея осуществления Колар предлагает несколько мер, из коих некоторые и поныне не исполнены, как они ни необходимы. Пособиями для осуществления должны быть, по мнению Колара
1) Заведение славянских книготорговель во всех главных Славянских городах, в Петербурге, Варшаве, Кракове, Львове, Праге, Вене, Пеште, Берне, Белграде, Загребе и проч., для удобнейшего и скорейшего получения всех вновь выходящих книг
2) Обмен книг и повременных изданий между писателями и издателями различных племен
3) В учебниках для юношества следует приводить примеры и разсказы о знаменитых славянских людях. Очень бы желательно было составление и издание Славянского Плутарха. Жизнеописание Славнейших Славян могли бы иметь благотворное влияние на юношество
4) Общеславянское обозрение, издаваемое на всех славянских наречиях (т.е. по Колару на четырех, по Русски, Сербски, Чешски и Польски), в котором помещались бы разборы всех вновь выходящих Славянских сочинений и изданий
5) Учреждение общественных Славянских библиотек
6) Издание Славянских грамматик и словарей, не только чисто ученых, но и практических
7) Издание сборников Славянских народных песен, сказок, пословиц и пр.
8) Всеобщее устранение излишних чужестранных слов и оборотов, введение коренных и чистославянских, и через то условное приближение к идеалу все-Славянского языка, т.е. такого языка, который был бы понятен каждому славянину, к какому бы племени он ни принадлежал. Славянские языки должны себя обогащать из общего запаса славянского. Чужие слова и обороты искажают и унижают национальный характер, подтачивают и убивают любовь к своей народности и языку. Иностранные слова и обороты отчуждают славянина от славянина, отдаляют одно наречие от другого. Чешский и Польский языки преимущественно искажены и испорчены иностранным влиянием
9) Введение общего однообразного правописания для всех славянских наречий.
Несмотря на главнейший недостаток теории Колара, на отсутствие высшего, обьединяющего начала и некоторую внешность понимания обще-Славянской задачи, его произведения, писанные с несомненным дарованием и с жаром истинного убеждения, читались у его земляков-Словенов, Чехов и других Славян Австрийских с величайшим увлечением и производили в умах Славянских решительный переворот. Немцы и Мадьяры с полицейской подозрительностью сами стали читать Колара и с ужасом указывали на некоторые сонеты его Дочери Славы (Slavy Dcera), где он отзывается о России с особенным чувством или уважением (в поэмах Колар напоминает Славянам их прежнюю славу, громит проклятиями внешних и внутренних врагов славянства и пророчит ему великое будущее). Особенно негодовали Мадьяры и немцы на сонеты в роде следующих:
Стократе сем млувил, тед уж кричим
К вам, о розкидони Славова,
Будьме целек, а не дробшове,
Будьме анеб вшецко, анеб ничим
Сто раз я говорил, теперь уже кричу к вам, разделенные Славяне! Будем целое, а не части, будем всем или ничем
Или тот особенно сонет, в котором Колар представляет Славянство в виде статуи
Руско бы сем в еи главу скулил
Дрик пак были бы в ни Лехове,
Рамена а руки Чехове,
Сербско бы сем ве две ноги пулил,
Менши ветве, Винды, Лужиц двое
Хорвату кмень, Слезу, Славаку
Растопил бых в одени а зброе:
Перед тоу модлоу клекати бы могла
Цела Европа сить облаку
Высили, крокем свым бы земи погла
Россию бы я вылил ей в голову, телом бы в ней были Ляхи, плечами и руками Чехи, Сербию бы разделил я на две ноги, меньшие ветви, Виндов, тех и других Лужичан, племя Хорватов, Слезаков, Словаков растопил бы я в одежду и оружие. Перед этим истуканом вся Европа могла бы пасть на колена, и сама выше облаков, одним шагом своим она бы поколебала бы землю

О литературной взаимности между племенами и наречиями славянскими
Сочинение Иоанна Колара
Это лирическое рассуждение одного из знаменитейших ученых славянистов нашего времени, недавно напечатано в Австрии, на немецком языке, отдельною книжкою Мы уверены, что каждый из русских читателей прочтет его с наслаждением и оценит его важность. За появление сего перевода мы обязаны благодарность М.П. Погодину
§1. Вступление. Литературная взаимность - вот один из самых прекрасных и самых примечательных цветов, который в новейшее время возник и распустился на почве многоплеменного славянского народа. В первый раз после многих столетий рассеянные славянские племена смотрят на себя опять как на один великий народ, и на различные наречия, как на один язык; чувство национальности пробуждается повсюду, и они усердно желают знакомиться короче друг с другом. Облака заблуждения и ослепленья разносятся; Славяне утомились долговременной распрей; им скучно стало в этом пустом одиночестве, которое притупляет все способности; им опротивило это изнурительное раздробление, и они сбрасывают с себя цепи старых предрассудков, хотят снискатъ себе утраченные права природы и разума, возвыситься до той человеческой и братской любви, которая одна может преобразовать злополучные народы и доставить им счастье. Славянский народ стремится опять к своему первоначальному единству, как растение достигшее цвета и плода - к своему семени и зерну. Славяне, в наше время, не только способны к общему союзу, - которого не могут разорвать ни моря, ни земли, и который невидимо обнимает все племена и наречия, - Славяне не только способны к такому литературно-духовному союзу, но он сделался даже для их большинства необходимою потребностью. Это понятие и явление в Европе совершенно ново и не имеет сходства ни с каким другим; для совокупного славянского народа оно важно в высокой степени и обещает великие последствия; вот, почему всякий образованный Славянин должен обратить на него все свое внимание, осмотреть и наследовать со всех сторон, тем более, что, само-по-себе невинное, оно может однакож легко подать повод к некоторым недоразумениям и заблуждениям. Никакая великая, высокая мысль не входить в общественную, народную жизнь без двоякой борьбы: с одной стороны против врагов мысли, которые хотят противиться ее распространению, или уничтожить ее, с другой стороны против ее друзей, которые обьявляют себя за нее и действуют в пользу ее, но, не постигая ее настоящего смысла, делают ошибки и вредят доброму делу больше первых. Ибо, не только люди мыслящие, образованные, лучшие и благороднейшие в народе, берутся с высоким участием за новую мысль, входящую в общественную жизнь; но и грубая чернь, себялюбец, мечтатель, энтузиаст бросаются в ее защитники и распространители; не чувствуя, не понимая ее чистоты, значительности и высокости. Чем возвышеннее и важнее предмет, чем больше часть человечества, к которой он относится, чем богаче и значительнее следствия, кои он имеет для жизни, тем легче может он быть употреблен во зло; по этой причине должно как-можно чаще о нем думать, говорить и писать, как-можно прилежнее распространять о нем правильные понятия и сведения. И вот именно цель настоящего рассуждения. Сочинитель обьявил эту мысль, хотя только вкратце, в изданном им за семь лет пред этим Исследовании об именах (1830. с.345). С тех пор он беспрестанно думал о ней и читал относящиеся к этому предмету сочинения чужих народов с целью воспользоваться их видами и снискать точку воззрения европейскую, а не исключительно-славянскую.
§2. Что такое взаимность. Литературная взаимность есть общее участие всех племен в умственных произведениях их народа; она предполагает чтение славянами книг, издаваемых на всех славянских наречиях. Всякое наречие должно черпать оттуда новую жизненную силу для собственного освежения, обогащения и образования; но не должно вступать в чужие границы точно так же, как не пускать в свои, а сохранять собственную, свободную область наряду со всеми прочими. При взаимности все племена и наречия остаются без всякой перемены на своих прежних местах, но взаимным действием и соревнованием содействуют развитию общей народной литературы.
§3. Что не может называться взаимностью. С другой стороны, взаимность не состоит в политическом соединении всех Славян; в каких-либо демагогических происках или революционных возмущениях против правительств и государей, откуда проистекает только замешательство и несчастие. Литературная взаимность может быть и там, где народ находится под разными скипетрами, разделенный на многие государства, королевства, княжества или республики. Взаимность возможна и там, где в народе есть разные религии, церкви и исповедания, разные письмена, климаты и страны, обычаи и обыкновения. Она неопасна мирским правительствам, и государям, оставляя в покое границы и области, зависимость подданных от того или другого монарха, и прочие подобные политические обстоятельства; она довольна настоящим состоянием вещей, уживается при всех образах правления, не касается законов и обычаев чужих земель, одним словом - она живет со всяким господином в мире, со всяким соседом в дружбе. Это смирная, невинная овечка, которая принадлежит, правда, к великому стаду, но пасется на своем особенном лугу. Государство есть соединение многих стран и разных народов под одною общею главою; цель его - безопасность, справедливость и содействие образованию всех составляющих его народов. Итак, любовь к нашему народу и языку, но вместе и верность, покорность государям, хотя б они были и из другого народа…Если немцы верно преданы одной национальной литературе и разным немецким и ненемецким правительствам, то точно так же могут и славяне, тем более, что сии последние от природы спокойнее и почтительнее к начальству, хотя и нераболепнее, как говорят враги. Разве Англичане и новые Греки не повинуются королям, которые не от их рода? Следовательно не должны бранить и называть мечтателями, фанатиками, возмутителями или врагами других народов тех, которые любят свой народ и желают ему истинного счастья, не думая расстраивать настоящего порядка вещей.
Эта взаимность не состоит также в обобщении или насильственном смешении всех славянских наречий в один главный язык или одно литературное наречие, как о том начинают мечтать некоторые славянисты. Славянские наречия частью так уже разлучились между собою грамматически, что не могут естественно сплавиться в один язык, частью некоторые из них так образовались филологически и обогатились такими отличными сочинениями, что уже нельзя ожидать от человеческой слабости, суетности и самолюбия, чтоб какое-нибудь племя пожертвовало своею, какою бы то ни было, самостоятельностью, отказалось от своих доселе приобретенных сокровищ, как-бы забыло их, и совсем от них отделилось. Большинство Славян привержено наследственною , в-течение веков освященною любовью к своим наречиям, и так далеко уже ушло в своем частном образовании и литературе, что отступать невозможно.
§4. Сколько и какие славянские наречия принадлежат ко взаимности. Славянин, невысоко ученый, по крайней мере стоящий на первой ступени образования и просвещения, должен знать четыре нынешних образованнейших наречия, на коих пишутся и печатаются книги; русское, иллирийское, польское и чехословацкое. Ученейший и образованнейший славянин второго класса познакомится и с меньшими наречиями или поднаречиями, например, с малороссийским - в русском, кроатским, виндским, булгарским - в иллирийском, лузацким - в польском. Славянин третьего класса, или ученый, филолог и историк по званию, должен знать все славянские наречия без исключения, живые и умершие, образованные и еще необразованные, чистые и смешанные с другими языками, мало и далеко-распространенные, господствующие и подданные, которые пишутся глаголическими и кирилловскими, латинскими и швабскими буквами…
§20. Заключение. При свете взаимности народ славянский и все его племена и наречия, его судьбы и обстоятельства предстанут нам в другом, лучшем виде. Она может положить только основание народной славянской словесности, в точнейшем и высшем значении этого слова; с нею вместе и посредством ея. Китайская стена, доныне существующая, эта одиночная жизнь и одиночная деятельность Славян, мелочные книжные ссоры отдельных племен и наречий - навсегда рушатся; прекратятся мелкие литературные предприятия и общества, которые, едва возникнув, вянуть и блекнут от недостатка воздуха. Только силою взаимности мы почувствуем живо наше общее происхождение и наше сродство, а эта выгода неслишком-дорого будет стоить для каждого племени: пусть только те из Славян, которые первенствуют умом, держатся не столько предметов, отделяющих и удаляющих нас друг от друга, сколько тех, которые нас связывают в одно братство. Слабые ручьи с трудом носят на поверхности своей бревна и доски; но где отдельные потоки стекаются в одно русло, там Волга, Дунай несут огромные корабли на хребтах своих. От взаимности не потерпит ни одно наречие; ибо каждое из них сохранит свою личность, останется при своем языке и литературе, но будет знать, покупать и читать произведена других письмен славянских. Итак здесь еще откроется обширное поприще для всякого Славянина, действующего во благо всего народа; здесь предстоят завоевания, или лучше, обращения на путь истины других заблудшихся; здесь лучшие в народе должны подать друг другу руку и скрепить этот истинно-священный союз, ибо холодность, равнодушие, даже отвращение Славян друг от друга, доселе господствовавшие, можно назвать безбожием; это тот самый порок (impietas), который так сильно преследовали Римляне в детях, нелюбивших родителей, в братьях и родных, чуждых взаимной любви.
Около этого общего, светлого народного очага да соберутся люди мысли и чувства, и да стараются они привлекать к себе других. Тяжелая ответственность лежит на нас, на нашем времени, на нашем народе: нам предоставлено решить судьбу бесконечной будущности! Поляк да перестанет называться просто Поляком, но да называется Славянином-Поляком, да изучает он не только свои книги, но и произведения наречий русского, богемского, сербского; Русский да будет не просто Русским, но Славяно-Русским, да знает и читает не только на своем языке, но и на польском, богемском, сербском; Богемец да будет не просто Богемцем, но Славяно-Чехом, и изучает не один богемский язык, но и польский, и русский, и сербский. Серб или Иллириец да будет не просто Сербом, но Славяно-Сербом, да покупает и читает не одни сербские книги, но и произведения польской, русской, богемской литературы. Кто не знает и не понимает этих главных наречий, тому бы не следовало и брать перо в руки, тот не славянский писатель
Ян Коллар. О литературной взаимности между племенами и наречиями славянскими. Отечественные записки. 1840. Т. VIII. Отд. II. с.1-24, 65-94
https://cloud.mail.ru/public/DRTp/UkwKqjqwU 50Мб
Из записок о славянских землях
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_232.htm

Славим славно славу Славов славных
Благородный муж!
Многочтимый брат славянин!
Мужи других народов, пекущиеся о литературе и духовной жизни, всячески стараются сблизиться посредством личного общения, а не письменного. Таким путем достигается то, что деятельность их обретает связь, а разобщенные силы объединяются в одном стремлении и с большим успехом действуют на благо народа. Так оно во Франции, так оно в Англии и Германии; живущие вдали друг от друга люди находятся в подлинной связи и взаимодействии. Так должно было бы быть и у нас славян, сынов одной матери Славы. Я давно стремился установить с вами более близкую связь. По вашим произведениям, которые я внимательно читал, я увидел в вас не только возвышенную душу, вдохновенного певца, благородного мужа, но и ревностного друга нашего единого народа. (…) В прошлом году я послал вам в дар через ехавшего в Париж графа Станислава Дунша Барковского в знак моего уважения один экземпляр моего произведения Дочь Славы. Я не знаю наверняка, передано ли оно вам, в случае если бы вы его не получили, соблаговолите написать ему и переслать вам. Что в настоящее время вы делаете? Много ли у вас слушателей? Вы меня порадуете, если не замедлите ответить мне.
Будьте счастливы.
Ваш почитатель Ян Коллар (во время парижских чтений 10 ноября 1842)
- Цит. по: А. Мицкевич. Собр. соч.: В 5 т. М., 1948-1954. Т.5. с.680-681

современная чешская орфография:

Stokrate sem mluvil, ted uz kricim
K vam o rozkydani Slavove!
Budme celek a ne drobtove,
Budme aneb vsecko, aneb nicim;

авторская орфография:

Stokrate sem mluwil, ted uz kricjm
K wam o rozkydanj Slawowe!
Budme celek a ne drobtowe,
Budme aneb wsecko, aneb nicjm;

Стократе сем млувил, тедь уж кричим
К вам розкидани Словове,
Будьме целек, а не дробмове,
Будьме анеб вщецко, анеб ничим.

Сто раз уж говорили, а теперь кричим
Вам, разобщенные славяне,
Будем единым целым, а не разъединенными,
Будем либо всем, либо ничем

- Богемцы суть чистая Славянская кровь; и их привязанность к своему происхождению простирается почти до суеверия. Вельможи состязаются в ней с простым народом с благородной ревностью. Многие из них выстроили на свой счет музеи и публичные библиотеки, в кои, не щадя никаких издержек, собирают отовсюду отечественные древности и памятники древней народной словесности. Один современный Богемский поэт, Коллар, издал недавно два тома стихотворений, дышащих пламенным патриотизмом. Под именем Славы (Slawa) он олицетворил в них свою отчизну или, лучше сказать, всю родную семью Славян, и изливается пред ней в пламенных выражениях неисповедимого одушевления, подобно как перед обожаемою любовницею, или как таинственная Госпожа Гюон пред несозданною красотою. В его стихотворениях есть нечто сходное с Мелодиями Томаса Мура, где родная Ирландия олицетворена под своим древним именем Эрина. Страсть, коей сгорает душа поэта, едва скрывается под его слишком прозрачными аллегориями. Иногда даже, увлекаясь исступлением чувства, он не может совладать с собой - и его Славянская душа вся обнажается. В своих патриотических восторгах он обращается преимущественно к России. Исполинская дщерь Славян, могущественная Россия, - восклицает он в одном из сих благородных порывов, - когда соединишь ты в одну рукоять эти разметанные ветви одного корня, когда сольешь в один поток эти расплесканные волны одной крови?
- R.B. (Ревю Британик). Национальное направление богемской словесности. Телескоп (журнала Н.И. Надеждина). 1831. N11. c.400-401

Г. Коллар, проповедник Евангелической славянской церкви в Песте, столице Венгрии, почитается первым между богемскими стихотворцами. Знаменитейшая его поэма есть Дочь Славы, оживленная славянской народностью и стоит того, чтобы все племена славянские читали ее. Его проповеди превосходны. Он собрал в Венгрии и издал славянские песни, участвует в журналах, также сей почтенный и истинно ученый славянин, занимается еще объяснением древней истории славян. Ревность его ко всему, что может просветить и улучшить состояние его прихожан, беспредельна. В пользу юношества, обучающегося в славянском училище, основанном собственным его старанием в Песте, он издал книгу для чтения, наполненную очень хорошими статьями, между коими находится историческое и географическое сведение о славянах вообще
- Андрей Кухарский. Телескоп. 1832. N24, с.536-537

Первое поэтическое оригинальнее произведение, могущее служить украшением всякой литературе, есть бесспорно Slavy Dcera, творение Коллара, славянина из Венгрии. Здесь поэт воспевает идеал славянской красоты и славы, в трех песнях, наименованных по названиям трех рек: Салы, Эльбы и Дуная, каждая из сих песен состоит из пятидесяти сонетов. А в первой песне он весь предан дрожайшему предмету своей любви во дни счастья до минуты разлуки. На Эльбе он в борьбе с своею любовью и непреклонно» судьбою. На Дунае живет еще воспоминанием исчезнувшего блаженства; песнь его отзывается там в тоне кроткой меланхолии. Жива и пламенна его фантазия; равно умеет он вдохнуть своему образу любезнейшую нежность и окружить его эфирным очаровательным блеском. При всей своей возвышенности он никогда не оскудевает в ясности речи. Стих его текуч, рифм звучен и полновесен. Коллар есть Петрарка своего народа
- перевод отрывка из письма К. Винаржицкого, озаглавленный О богемской литературе. Телескоп. 1833. N10. с.253-254

Из 48 сонета первой песни:

Slava krasou libe reci Polku,
vdekem ozdobila Serbinku,
Slovacku pak, nasi rodinku,
zpevem ust a serdcem bez okolku;

v Rusku panstvi, v ceskou skryla holku
smelost k herdinskemu oucinku,
ale kazdou kras tech kvetinku
jeste v celem chtela miti spolku:

Kaze tedy, aby podle smeru
spojil Milek, jeji kochanek,
ony castky v jednu Slavy dceru;

proto se tu, jako v mori reky,
divne spolu vsechnech Slavjanek
objimaji cnosti, krasy, vdeky

Слава украсила сладостной речью польку,
Обаянием - сербку,
А словачек (нашу родню) -
Певучестью уст и бесхитростным сердцем;

Русскую наделила властностью, а в чешскую девушку вдохнула
Смелость и жажду героических деяний.
А потом каждый цветок этих красот
Она захотела увидать еще объединенным в целом;

Тогда она приказала, чтобы
Объединил Милек ее любимиц
Прелести в одной дочери Славы.

Поэтому в ней, как в море реки,
Удивительно всех славянок
Сливаются добродетели, красота, обаяние.
- А.А. Зайцева. Ян Коллар и русско-чешские литературные связи первой половины XIX в. Литература славянских народов. М., 1963. с.113

Образ богини Славии встречается не только в поэме Дочь Славы: еще в пасторали Вила Словинка (1614) хорватский писатель Ю. Баракович описывает «свое путешествие по окрестностям Шибеника и встречу с прекрасной фантастической девой (вилой) - Словинкой, рассказавшей о происхождении славян и их языке
- О.А. Акимова, Г.П. Мельников. Идея славянской общности в представлениях чехов и хорватов эпохи Средневековья. Славянский вопрос: Вехи истории. М., 1997. с.16
Баракович «воспел Задар, столицу мифического князя Словена, праотца всех славян. Славянские географические названия ему известны, включая пределы Московии. (…) примечательны выпады против «латынян» и защита славянского языка. Славянская муза просит поэта напомнить народу, что она существует
- И.Н. Голенищев-Кутузов. Итальянское Возрождение и славянские литературы XV-XVI веков. М., 1963. с.80

Автопортрет славянина

К созданию автопортрета славянина - картины, достойной занять почетное место в галерее мирового искусства, - приложили руку все крупнейшие мастера славянской культуры. Нельзя обойти вниманием - самого воодушевленного славянина (Сиротинфин А. Россия и славяне. СПб., 1913. c.223), ученого-слависта, поэта, проповедника Яна Коллара, доминанту поэтического творчества и культурно-просветительской деятельности которого составила идея национального самоутверждения славянских народов и их взаимной помощи.
Рассматривая представления Я. Коллара о славянах, можно легко заметить, что в его трудах и поэтических произведениях встречается материал, позволяющий нарисовать не автопортрет славянина-человека, но славянского колосса, изваяния, осенившего земли от Татр до Урала.
И тому есть причины. Для эстетической концепции романтика Коллара (ряд исследователей, правда, говорит о синтезе античного и романтического в его творчестве) показательно слияние абстрактного и конкретного, в том числе, любви к женщине с любовью к родине, человечеству.
Чувство к женщине столь же интенсивно и сильно, что и чувство, испытываемое к славянству, к родине. Лужичанка Мина - возлюбленная и Муза поэта, героиня его прославленной поэмы Дочь Славы, по мере развития поэтической мысли становится олицетворением славянства, дочерью богини Славы, мифической покровительницы славян. Как писал А. Мицкевич, возлюбленная Коллара постепенно превращается в образ, созданный его воображением. Поэт влюблен в национальную идею славянства - вот его возлюбленная, вот его Лаура, которую он всюду ищет, оплакивает.
- Иностранцу трудно понять, как это можно воспевать народ в образе человека; тем не менее эта форма распространена у поляков и чехов. Польские поэты нередко изображают свой народ в образе мужчины, в чешской поэзии он часто передается в образе девы (Мицкевич А. Собр. соч. М., 1954. Т.4. c.394-395).
Обратимся к Яну Коллару:
Нацию почитай единственно как сосуд человечности, пусть слово славянин звучит как слово человек (Kollar J. Basne. Praha, 1952. s.351).
Правомерно задаться вопросом: что же за нация - славяне, что говорит о ней, как воспринимает ее певец славянской взаимности, - ведь именно под таким именем Яна Коллара знают во всем славянском, да и не только славянском, мире.
Ответ на этот вопрос содержит, прежде всего, так называемая двойная проповедь Яна Коллара, прочитанная и впервые изданная в 1822г. под названием: О добрых свойствах славянской нации (Kollar J. O Dobrych Wlastnostiach Narodu Slowanskeho. Pesst, 1822. Цит. по кн.: Kollar J. Pamati z mladsich rokov zivota. Bratislava, 1972. s.215-240. В дальнейшем все цитаты даются по этому изданию). Опираясь на гердеровское положение о языке как основном признаке нации, Коллар писал, что нация - это общность таких людей, которые объединены узами единого языка, одинаковых нравов и обычаев (Kollar J. Pamati z mladsich rokov zivota. s.219).
Это сочинение дополняют более известные труды Коллара, в первую очередь:
- О литературной взаимности между различными племенами и наречиями славянского народа (1836), в которой была дана практическая программа культурного сотрудничества славянских народов. Программа Я. Коллара включала в себя: изучение славянами нескольких главных наречий (чехословацкого, польского, русского и иллирийского), учреждение славянских кафедр при средних и высших учебных заведениях, книго-обмен между славянскими писателями, организацию славянских книгоиздательств во всех славянских столицах, выпуск литературных газет, расширение общественных и личных библиотек, подготовку сравнительных грамматик славянских языков и словарей, собирание и издание народных песен и поговорок, единое славянское правописание (латиница и кириллица);
- предисловия к двум томам Светских песен народа словацкого в Венгрии (1823, 1827);
- и, конечно же, поэтическое творчество самого Яна Коллара.
Одно из самых действенных средств, которое правители и учителя народа используют для счастливого достижения своих целей, - так начинает свою проповедь О добрых свойствах славянской нации Ян Коллар, - это обращение внимания народа на стиль его жизни, на самих себя, свою собственную силу и черты характера; они учили познавать и чувствовать то, что народ имел в себе хорошего и достойного похвалы, и таким образом стремились пробудить в нем благородное самосознание. Ведь известно, что и все люди, и все общества, и все нации имеют определенные, весьма отличные друг от друга свойства, нравы и обычаи...И чем полнее, яснее они - эти отдельные люди и целые народы - познают цену себе, свой характер, тем сильнее они будут опасаться всего, что их могло запятнать, тем усерднее будут стремиться к тому и делать все для того, чтобы стать лучше, счастливее (s.215).
Через 14 лет, в своем главном сочинении О литературной взаимности - Коллар с удовлетворением будет констатировать, что - Наученные печальными судьбами и опытом долгих веков, раздраженные насмешками иноплеменников, вразумленные собственными ошибками, гонимые любопытством, исследованиями языка, истории и иными учеными занятиями, возбужденные открытиями ценных древностей, привлеченные публикациями великолепных народных песен, славяне в последнее время начали присматриваться друг к другу, познавать самих себя, свои племена и наречия, свои достоинства и недостатки, свое счастье и несчастье, свое прошлое, настоящее и будущее (Ян Коллар. О литературной взаимности. Цит. по кн.: Антология чешской и словацкой философии. М., 1982, с.233). Вследствие же этого познания -...прежнее смутное ощущение того, что все они составляют одну нацию и имеют один язык, превратилось у них (славян. - Л.Т.) во всеобщее ясное сознание (там же).
Приступая к характеристике славянской нации, Ян Коллар обосновывает важность этого тем, что в Европе славяне - самая многочисленная нация (не то, что англичане, немцы и т.д.). Пятнадцать земель говорят на славянском языке и насчитывают 50 миллионов душ, а потому заслуживают, чтобы - определили и описали их жизнь, характер и свойства, причем как добрые, так и плохие (s.230).
Говоря о духовном и количественном величии славян - нации, - пусть внешне разделенной и разбросанной -, но слившейся - сердцем и духом (Антология...с. 233), поэт-мыслитель при этом все же считал необходимым подчеркнуть, что - Слава нации теперь не основывается ни на ее многочисленности, ни на ее могучем телосложении, физической силе и крепком здоровье, ни на блестящем умении мстить за обиды; она не основывается также на слепом подражании французским нравам и модам, но на морально-интеллектуальном величии, духовной деятельности и самостоятельности духа, на любви и признании всей нации и на связи с человечеством и мировой историей (там же с.236).
Славянский народ - народ великий, - постоянно мыслящий, ни в коей мере не застывший в своем развитии -. Это ведь малые народы, считает Коллар, - мыслят и чувствуют как-то вполсилы -. В противоположность им великие народы, - пробудившись однажды к духовной жизни, поднимаются до самых небес, увлекая за собой все человечество -. Покажет величие предначертания славян и определит способ его достижения, по твердому убеждению Яна Коллара, лишь славянская взаимность. Только ощущение национального единства придаст отдельным народам веру и отвагу мыслить и действовать - в величественных масштабах -, явится первым условием зарождения истинной просвещенности и национальной литературы, создания важного жизненного центра для новой, - омоложенной человеческой культуры (Ян Коллар. О литературной взаимности. Цит. по кн.: Чешская и словацкая эстетика XIX-XX вв. М., 1985, с.347-348).
Понятие славянская литература у Коллара близко понятию славянская нация. Славянская нация и литература - это - дерево с четырьмя крепкими ветвями, каждая из которых цветет и приносит плоды, каждая касается и обнимает своими ветками и листьями другие ветви.., создавая единую крону. Ни одна не должна засохнуть или сломаться, ведь при этом все дерево станет червивым и покроется плесенью (Kollar J. O literarnej vzajemnosti medzi rozlicnymi kmenmi a nareciami slovanskeho naroda. Цит. по кн.: Kollar J. O literarnej vzajomnosti. Bratislava, 1954, s.132-133).
Залогом успешного решения этого великого исторического предначертания славян являются их - добрые свойства -. Ян Коллар видит пять таких - положительных свойств - славянского характера: религиозность, трудолюбие, склонность к невинному веселью, любовь к своему языку и терпимость по отношению к другим народам.
Начав свою исповедь с анализа первого - доброго свойства - славян, Коллар считает необходимым сделать одно существенное уточнение. - Скорее, говорит он, речь идет не о религиозности славян, но об их склонности к религии. Едва ли можно назвать другой такой народ, который бы возводил столь славные и красивые храмы, предпринимал такие далекие путешествия к святым местам, чтил бы своих богов столь истово. Славяне сами отправили в 863 году своих посланцев в Константинополь, откуда те привели двух христианских учителей Кирилла и Мефодия, распространявших Божье слово. - За истинную веру славяне отдадут свободу, самостоятельность, селения, княжества (Kollar J. Pamati...s.231).
О способности славян ко всем ремеслам, искусствам, торговле говорит уже поговорка - Zo Slovana vsetko vystane. Мы отнюдь не считаем все другие народы ленивыми и неспособными, подчеркивает Коллар, однако следует учесть и то, что, несмотря на несчастья, выпавшие на долю славян, нация эта насчитывает множество талантливых и трудолюбивых людей. Работает и стар и млад, богач и бедняк, здоровый и больной, мужчины и женщины, причем трудятся они днем и ночью, не только летом, но и зимой, когда иные народы дают себе роздых. - Хлеб, молоко, мед, одежда и обувь сделаны их руками (там же).
Склонность к веселости, присущую славянам, Ян Коллар в первую очередь связывает со здоровым образом жизни. Их кровь горячая и свежая, их нервы крепкие, мышцы упруги и сильны, очи ясны, лица приветливы, язык выразителен; куда они ни придут - всюду расцветает радость и веселье. - Ede Slovenka tam spev - это известно всем. А где пение, там искренность, доверие, приветливость, никаких свар, грабежей и иных опасностей для странников и чужеземцев.
О любви словаков к пению как о главной и самой прекрасной особенности характера всего славянского народа Ян Коллар пишет в предисловии ко второму тому уже упоминавшихся Светских песен народа словацкого в Венгрии» (1827). Это то наследство, которое непременно следует передавать потомкам. Записи народных песен помогут создать полную картину жизни народа, его душевного богатства. По его мнению, народная песня - самая сильная основа просвещения, элемент культуры, поддержка нации, защита и укрепление языка (Цит. по кн.: Ян Коллар - поэт, патриот, гуманист. М., 1993. с.56). Сборник Народные песни (Narodnie zpievanky), изданный Я. Колларом в 1834-1835гг., содержит 2582 текста. Это до сих пор самое большое собрание словацких народных песен.
- Любовь к своему языку и милой сердцу материнской речи -, естественно, едва ли не главное достоинство и доброе свойство славянской нации. Иначе и быть не могло для Коллара, сформировавшегося как поэт и мыслитель в условиях, когда проблема родного языка составляла основу общекультурного процесса. Славяне, по убеждению Коллара, всегда стремились сохранить и облагородить (усовершенствовать) язык, данный им от бога. - Найдутся страны и чужеземцы, - негодует проповедник-просветитель, - которые в течение столетий вели войны со славянским языком, обращались с бедным народом и его языком бессердечно и не по-людски, которые завоевали целые земли от Балтийского моря до Татр, но все это лишь усилило горячую любовь славян к своей милой материнской речи (Kollar J. Pamati...s.232). - Кто отказывается от своей нации, не уважает и не любит свой язык, кто презирает его дух и характер, тот не может питать настоящей любви к своей родине, - развивает он свою мысль в сочинении О литературной взаимности (Антология...с.236).
Наряду с термином славянская нация, славянская литература- Ян Коллар употребляет и термин - славянский язык. Это язык - сочный - и сильный, по своим поэтическим возможностям он ни в коей мере не уступает западноевропейским языкам и даже обладает преимуществом перед ними (в том числе, разнообразием созвучий (Kollar J. Basne. s.387)). Семь истоков призваны способствовать его обогащению и облагораживанию: старославянская литература, обнаруженные древние памятники, русский, иллирийский, польский и чешский языки, народные песни, повести, поговорки и пословицы простого народа, слова, почерпнутые из наречий и поднаречий (Kollar J. O literarnej vzajomnosti. s.165). Этим объясняется его горячее одобрение деятельности Юнгмана, Ганки, Пресла и Марека, направленной на создание чешской научной терминологии, выработку понятийного аппарата. Абсолютно несправедливы, по его мнению, упреки в адрес юнгмановцев со стороны Я. Неедлы, Ю. Палковича, полагавших, что при заимствовании слов из других славянских языков -...наша речь русифицируется, полонизируется, чехизируется и т.д.. Славяне, утверждает Ян Коллар, обязаны опираться на все славянское, как на - свое собственное -. К тому же, сравнивая славянские наречия, каждый научится уважать свой родной язык - главный признак национального духа (s.165-166).
И, наконец, пятое - доброе свойство - славян: терпимость к другим народам, в первую очередь, соседним. Славяне - голубиный народ -, по определению Яна Коллара, народ кроткий, тихий и невинный. Никогда никому не грозил он копьем и мечом, не похвалялся, сколько королей замордовал, сколько захватил городов и весей. Мысль о миролюбии славян составляет одно из важных положений труда О литературной взаимности, в котором автор развивает философию истории, исходя из идеи общности славян. - Если бы славяне не имели никакой другой заслуги перед человечеством, кроме той, что они своей силой сломили известный в истории дикий варварский вандализм и готизм древних германцев, своим терпением и добротой поглотили его, своей кровью, своим трудолюбием, своим - тихим, безмолвным присутствием (среди германцев) смягчили и очеловечили их нравы, сделав их такими, каковы они сейчас, - то уже одно это принесло бы славянам величие и бессмертие. А разве заслуживает внимания и славы в мировой истории тот, кто в течение столетий мучает другие невинные нации и языки, планомерно их уничтожает или подчиняет себе? (Антология...с. 238)
Список достоинств славянской нации можно было бы увеличить, считает Ян Коллар, приводя в пример такие положительные свойства славян, как гостеприимство, стыдливость, чистоплотность, скромность, уважение к старости и т.д., но это уже частности. В основе народности славян лежат, прежде всего, те пять основных свойств, о которых шла речь ранее.
Но еще об одной положительной черте славян Коллар упоминает уже в начале своей творческой деятельности, в предисловии к первой книге Светских песен народа словацкого у Венгрии» (1823). В духе своей эстетической программы он видит в славянской поэзии синтез чувства и разума: Славянин, думая, чувствует и, чувствуя, думает (mysli a citi zaroven -Kollar J., Safarik P.J. Piesne svetske ludu slovenskeho v Uhorsku. V Pesti 1823, XXVII), - пишет Коллар. Свое развитие эта мысль опять-таки находит в труде О литературной взаимности, где он пытается постичь дух поэзии отдельных народов. Согласно классификации Коллара, поэтический дух у одних - склоняется больше к авантюризму (испанцы), к страстности (итальянцы), к шутке и хорошим манерам (французы), к философии и размышлению (немцы); у славян, как доказывают их народные песни и художественное поэтическое: творчество, поэзия кажется детищем, в создании которого под знаменем фантазии принимают равное участие все другие душевные силы (Kollar J. O literarnej vzajemnosti. s.152). Иными словами, славяне, в отличие, например, от немцев, не склонны к абстрактности, сухому рационализму. Это опять-таки свидетельствует о романтическом характере эстетической концепции Коллара и в то же время представляет интерес и для нашей темы, позволяя ярче увидеть портрет славянской нации глазами поэта-мыслителя.
- Добрые свойства, доказательством коих может служить не только современность, но и история давних веков, - лишь половина дела, - говорит Ян Коллар в своей двойной проповеди. Важно и то, какие обязанности из этого вытекают - для самих славян и для иноземцев.
Прежде всего, народ, имеющий столь совершенный, столь прекрасный характер, никто не имеет права обижать, а его имя - унижать, ненавидеть как его отдельных представителей, так и весь целиком, насмехаться над его нравами и обычаями, языком и способностями его, смотреть на него свысока, считать своим рабом. Никто также не имеет права переманивать славян к себе, искажать их мысли, принижать их таланты, ибо - каждый народ - особая ветвь на древе человечества, и тот, кто отсечет либо попортит эту ветвь, нанесет непоправимый вред всему древу. А что же мы видим на самом деле, в наше время? - вопрошает Ян Коллар. Никто не подвергается такому насилию, как народ славянский, все соседи - рвут и крадут цветы из его сада, чтобы украсить ими свои склоны и долины (Kollar J. Pamati...s.234).
При этом славянам следует помнить, что мало лишь сопротивляться врагам, необходимо приложить все силы для умножения добрых свойств славянской нации, ее духа, который представляет собою сумму черт характера, мыслей отдельных людей. Никогда не надо пытаться догнать чужую жизнь, подобно тому, как малые дети бегут за телегой, желая на ходу вскочить в нее. В чужой среде славяне всегда будут выглядеть, как белая заплата на черном сюртуке. - Будем работать каждый на своем месте в меру своих возможностей...Ибо кто в наше трудное время...ничего не делает на благо своего народа, тот творит зло, кто ленится, находясь среди такого трудолюбивого народа, тот уже грешит, кто молчит, тот уже поносит его, кто видит - и только видит - его добрые свойства, кто с огорчением воспринимает его ошибки - но пассивно, - тот уже вредит ему...
Л.Н. Титова. Ян Коллар о славянах. Автопортрет славянина. М.: Издательство Индрик, 1999, с.180-189; Категории и концепты славянской культуры. Труды Отдела истории культуры. М.: Институт славяноведения РАН, 2007. c.162-169
http://www.inslav.ru/resursy/elektronnaya-biblioteka/552--1999
http://www.twirpx.com/file/260429/

Дочь Славы: Лиро-эпическая поэма в пяти спевах с предспевом. Пер., ист.-лит. очерк и коммент. Н.В. Водовозова. Уч. зап. МГПИ им. В.И. Ленина, 1967, N287, с. 9-424
Я. Коллар. Богиня Славы или происхождение имени Славян. 1839
Сто сонетов. - Предисл. и примеч. А. Зайцевой. М.: Худож. лит., 1973. 245с.
Антология чешской поэзии, т.1, М., 1959
Словацкая поэзия XIX-XX вв., М., 1964
А.А. Зайцева. О некоторых особенностях метода и стиля поэмы Яна Коллара - Дочь Славы. Уч. зап. Ин-та славяноведения, т.21, М., 1960, с.188-231
Л.П. Лаптева. Ян Коллар в русской дореволюционной литературе. В кн.: Развитие капитализма и национальные движения в славянских странах, М., 1970, c.292-309
Ян Коллар. О литературной взаимности. Антология чешской и словацкой философии. М., 1982, с.233-240
Ян Коллар. Искусство в жизни народов. Чешская и словацкая эстетика XIX-XX вв. М., 1985 с.346-350
Галина Викторовна Рокина. Ян Коллар и Россия: история идеи славянской взаимности в российском обществе первой половины XIX в. Йошкар-Ола, 1998. 206с.
Ян Коллар. О литературной взаимности между племенами и наречиями славянскими. Отечественные записки. 1840. Т. VIII. Отд. II. с.1-24, 65-94
https://cloud.mail.ru/public/DRTp/UkwKqjqwU 50Мб
Письмо Коллара к Н.И. Надеждину (Русский Архив, изд. Петром Бартеневым, 1873(7), с.1220-1221)
http://www.runivers.ru/bookreader/book406219/#page/1/mode/1up с.56-57
Ян Коллар - поэт, патриот, гуманист. К 200-летию со дня рождения (Сборник - отв. ред. С.В. Никольский). М.: Институт славяноведения и балканистики РАН, 1993. 148с.
http://www.inslav.ru/resursy/elektronnaya-biblioteka/1114--200-1993
http://www.twirpx.com/file/1036637/ 3.45Мб
Я. Коллар (И.А. Богданова с.57-66). Очерки истории чешской литературы XIX-XX веков (Сборник - Коллективный труд, созданный в Институте славяноведения АН СССР, ред. Д.Ф. Марков, С.В. Никольский, С.А. Шерлаимова). М.: Издательство АН СССР, 1963. 724с.
http://www.twirpx.com/file/1818586/ 19.3Мб
Л.Н. Титова. Ян Коллар о славянах. Автопортрет славянина. М.: Издательство Индрик, 1999, с.180-189; Категории и концепты славянской культуры. Труды Отдела истории культуры. М.: Институт славяноведения РАН, 2007. c.162-169
http://www.inslav.ru/resursy/elektronnaya-biblioteka/552--1999
http://www.twirpx.com/file/260429/
А.А. Зайцева. Дневник Яна Коллара (к вопросу о формировании мировоззрения поэта). Советское славяноведение. 1965 (6), с.40-53
В. Матула. Представления о славянстве и концепции славянской взаимности Я. Коллара и Л. Штура. Советское славяноведение. 1978(2). с.58-71
Г.В. Рокина. Неопубликованная рукопись Яна Коллара - Die Gotter von Retra (Рукопись Яна Коллара - Боги Ретры - в ЦГИА СССР). Советское славяноведение. 1991(2). с.103-106

http://www.inslav.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=302
В 1823 и 1827гг. были изданы два тома Pisne svetske lidu slovenskeho v Uhrich - Песни светские словацкого народа в Венгрии (всего - 222 песни, во втором томе - 120. Первый том был подготовлен Я. Колларом, П. Шафариком и Я. Благославом, второй - Я. Колларом). Особенно интересным является предисловие, написанное Колларом к 1 тому:
http://zlatyfond.sme.sk/dielo/111/Kollar_Piesne-svetske-ludu-slovenskeho-v-Uhorsku-1-diel

Slawy Dcera. Budin, 1824 - 1 ред. 1824 - Первое поэтическое оригинальнее произведение, могущее служить украшением всякой литературе, есть бесспорно Slavy Dcera, творение Коллара, славянина из Венгрии. Здесь поэт воспевает идеал славянской красоты и славы, в трех песнях, наименованных по названиям трех рек: Салы, Эльбы и Дуная, каждая из сих песен состоит из пятидесяти сонетов. А в первой песне он весь предан дрожайшему предмету своей любви во дни счастья до минуты разлуки. На Эльбе он в борьбе с своею любовью и непреклонно» судьбою. На Дунае живет еще воспоминанием исчезнувшего блаженства; песнь его отзывается там в тоне кроткой меланхолии. Жива и пламенна его фантазия; равно умеет он вдохнуть своему образу любезнейшую нежность и окружить его эфирным очаровательным блеском. При всей своей возвышенности он никогда не оскудевает в ясности речи. Стих его текуч, рифм звучен и полновесен. Коллар есть Петрарка своего народа - перевод отрывка из письма К. Винаржицкого, озаглавленный О богемской литературе. Телескоп. 1833. N10. с.253-254
http://www.twirpx.com/file/1072551/
https://cloud.mail.ru/public/Fxzp/dorUYM5LQ
Jan Kollar. Dcera Slavy - Ян Коллар. Дочь Славы
http://zlatyfond.sme.sk/dielo/142/Kollar_Slavy-dcera/1
Из Дочери Славы. Поэзия славян: сборник лучших поэтических произведений славянских народов, изданный под редакциею Ник. Вас. Гербеля. Санкт-Петербург: Тип. Имп. акад. наук, 1871, 542с. (16 сонетов из первых трех песен и вступление перевели Н. Берг и В. Бенедиктов - с.348-353)
http://dlib.rsl.ru/01005392785
Фрагменты из поэмы (Песнь первая. 129. Перевод Ю. Нейман; Песнь вторая. 141. Перевод Н. Берга; Песнь третья. 110. Перевод Н. Стефановича; 116. Перевод Н. Горской; 121. Перевод С. Шервинского) в кн.: Европейская поэзия XIX века, М., 1977, с.723-725
http://www.twirpx.com/file/814066/
Продолжение. Славим славно славу Славов славных
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_398.htm

  

  
СТАТИСТИКА

  Веб-дизайн © Kirsoft KSNews™, 2001