Влес Кнiга  Iсходны словесы | Выразе | Азбуковник | О памянте | Будиславль 
  на первую страницу Весте | Оуказiцы   
И. Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Предание.
Перечень упоминаемых в предании мифологических имен
от 26.11.10
  
Выразе


Илья Иванович Тёрох (1880-1942). Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из соч. Сварог. Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941

с.5Вместо предисловия По свидетельству греческого писателя Прокопия (VIв. по Р.Х.) и немецкого хроникера Гелмолда (XIIв.), славяне верили только в одного Бога Творца и Все-Держителя. Это божество они считали двуполым, т.е. андрогином (в физическом отношении) (Добытое из реки Збруча четырехгранное изваяние Световида (Сварога), хранящееся в краковском университете представляет его четырехлицым и на одной из сторон с женскими грудьми), обладавшим двумя необходимыми для творения свойствами – мужским и женским (дуада в монаде; плюс и минус, фаллус и ктеис, род и рожаница). Эти свойства были руководимы Светлым Разумом Благим (триада в монаде в духовном отношении), при чем, под влиянием в седой древности матриархата, когда женщины, не мужчины были главами семей, предпочтение давалось его женскому полу.
Этого единого Бога Творца они называли просто Богом, Старым Богом, Богом богов, Прабогом, Сва-Богом (чехи, т.е. Все-Богом) или Сва-Рогом, как тоже разными другими именами: Великий Дед, Слава, Светозар или Световид, Владимир, Один, Троян-Трояга-Триглав, Род-Рожаница.
В древности слово рог было синонимом слова мощь-сила (были роги, да пообтерли боги). Сва, т.е. вся, сохранившееся в сербском и других славянских языках, приложено к рог в женском роде опять таки под влиянием матриархата. По этой теории Сва-Рог значит – Всемощь, Всесила.
Некоторые филологи производят слово Сварог от санскритского svar – небо (svarga (coelum Indri, aeter) значит – небо, а также бог солнца (Шафарик)). Те же ученые считают имена и других славянских божеств, и даже слово бог не-славянского происхождения и, в своих поисках разьяснить их значение, копаются в санскрите и в памятниках древних Греции, Индии и Египта.
Теория о происхождении слова русь, русский и славянин, славянский (Slav (говорят некоторые ученые) – то же, что sval, т.е. человек, происходящий от солнца) от имени божества Сварог-Слава, не будет слабее других известных теорий об этом предмете – туманных и все еще недоказанных. По этой теории все славяне суть и русские (и чехи, и поляки, и сербы и т.д.), так как они носят два названия: а) от Славы и б) от Сва-Рога. Все они, повторяем, суть и русские – руссы или россы, как их в древности называли чужие писатели, т.е. дети двуполого божества (Сва)Рог-Слава. Руссы или россы - то же, что роугсы или рогсы от слова рог или роуг, произнося оу как одну букву и выговаривая ее по средине между О и У. Свистящая буква не терпит в славянских языках буквы гортанной и изменяет ее в свистящую или щипящую, напр. чех-чехский-чешский.
Поэтому от корня рог (или роуг, бог-боуг, вол-воул и т.д., как это произношение сохранилось еще в польском языке) эта перемена будет: рогс – росс, роугс – роусс или ругс – русс, рог-ский – рос-ский – роус-ский или руг-ский – рус-ский, т.е. крепкий, мощный. Как и во всем другом (напр. в собственных именах: Святослав, Светлан, Звонимир и т.д.) и здесь не обошлось без поэзии. Народ, поэт по природе, назвал себя Мощным и Славным. Под влиянием матриархата, как сказано выше, предпочтение давалось женскому полу, в данном случае – Славе, отсюда и слова славяне-славянский являются общим, всеобьемлющим названием племен, происшедших от единого когда-то рода, носившего это название. Об этом предпочтении свидетельствуют сохранившееся женские имена двуполых божеств (Д. Шеппинг (Опыт о значении Рода и Рожаницы, Москва, 1851) пишет: Можно положительно сказать, что каждое имя или лицо мужского пола (божества) имело в нашем мифе соответствующее женское существо, напр. Жив-Бог и Жива, Купало и Купальница, Род и Рожаница и т.д.), в то время, как мужские затерялись и упоминаются только в песнях. Ярь (на Лемковщине так называют весну) осталась, Ярило пропал, Осень - Озимь, Зима – Коструб, Ляля – Люль, Лада – Велес, Туча – Перун (его именем еще клянут в Галичине) и т.д. Дополнительно известно (летописи, Слово о Полку Игореве и др. письменные памятники), что русские называли себя и считали себя Дажь-Божьими внуками, т.е. Божьими детьми, потомками солнца. Это обстоятельство одчасти поддерживает теорию происхождения названия русский, т.е. мощный, от божества Сва-Ро(у)г, так как Дажь-Бог был тот же Сва-Рог в его проявлении в природе светом и теплом.
О Славе, как богине, в сохранившихся письменных памятниках ничего не говорится. Припев Слава! Встречается в колядских игорных песнях.
На Руси поются прастарые песни, в которых постоянно упоминается слово слава. Поэтому ученые утверждают, что Слава была действительно божеством – Великой Богиней, которой славяне покланялись как и единому Богу Творцу. В Галичине существует поговорка: Куда хлеб, туда и Бог. А сербо-хорваты говорят: Куда хлеб и слама (солома), туда и слава.
В Сербии до сих пор празднуют всеобщий национальный День Славы, а кроме него всякая семья празднует раз в год свой собственный День Славы, подобно тому, как на Руси праздновался в каждой семье День Рода-Рожаницы. Утверждение, будто какая-то Слава была где-то царицей народа, назвавшегося по ея имени славянским, нужно отнести в область сказок. Один из древних арабских писателей упоминает, что слышал на Руси часто повторяемое слово Слава. Это напоминает часто повторяемое в русской части Галичины на свадьбах слово Лада. Лада – та же Слава, как кормилица всех тварей и поэтому будет логичнее отнести Славу к разряду небесных богинь, чем земных цариц.
Так как этого единого Бога считали существом далеким и недоступным, славяне, во всем поэты, чтили его в понятных им проявлениях его в природе (солнце, молнии, ветре и т.д.), и этим проявлениям давали соответственные поэтические имена, которые впоследствии мало-по-малу ими олицетворялись и стали именами как бы отдельных божеств – Сва-рожичей или прибогов, в противоположность Творцу-Прабогу-Сва-Рогу. Эти прибоги были только исполнителями воли Прабога и выполняли предназначенные им работы на Белом Свете вообще и на Земле в особенности, Творцами они не были. И так, в проявлении света и тепла Сва-Рог был у них Дажь-Богом (Выражения дажь и даждь – спорные. По санскриту дажь – значит белый: Дажь-Бог – Белый Бог (Бело-Бог). Даждь – податель. Встречающийся в галицко-русских обрядовых песнях припев Ой Дай Боже! и Ой Дай Бог! говорит в пользу даждь. Филологи сравнивают слово Хорс с персидским словом chur или hOr – т.е. конь, или солнце, ибо персы представляли себе солнце в виде мчащегося коня. Ученые догадываются, что Дажь-Бог представлял летнее, а Хорс – зимнее солнце) или Хорсом; в проявлении огня и воды – Перуном-Черной Тучей; в проявлении воздухов-ветров – Стри-Богом; как подателя материальных благ называли его ВолОсом или ВЕлесом (так как в кочевом быту волос-скот считался почти единственным источником богатства); как раститель растений, кормитель всех земных тварей и держащий лад в природе – именовался Сва-Рог (Слава) нашими предками – Ладо(м), Ладо(й); как весеннее оживотворяющее семена солнце – Ярило(м), Ярило(й), Ярью; как летнее солнце – Купало(м). Купало(й), божеством урожая – зрелых плодов и т.д.
Что Господь Творец считается непостижимым и далеким, это можно наблюдать и ныне. Простым людям ближе напр. Христос, Пр. Дева, Св. Николай или кто-нибудь другой из святых, живших на земле и изображения Которых они видят повсеместно, чем далекий, невидимый Господь Творец, изображения Которого им не показывают. Треугольник с Глазом Провиденья внутри, простым умам ничего не говорит. Молитва простолюдина к Господу невольно направляется через посредство этих понятных для него, живших на земле и страдавших почеловечески святых лиц, Которым он, по своему человеческому пониманию просьбы и благодарности с приношением, жертвует лампадку, свечу, деньги или приносит другие дары. Прибоги, земные работники, были у славян до принятия христианства тем же, чем являются теперь у них святые после принятия христианства. Они, их, прибогов, невольно чтят языческими песнями и совершаемыми ими языческими обрядами и до сих пор, заменив их языческие имена христианскими: Перуна – Св. Илией или Св. Николаем, Купала – Св. Иоанном Крестителем, Велеса – Св. Василием или Св. Власием, и т.д.
В представлении славян этот единый Бог Творец и Вседержитель был и единственным начальником-князем, хозяином своего солнечного хозяйства Белого Света и небес так же, как у них старший в роде считался в старину единственным хозяином, начальником-князем всего рода или задруги и их имущества. Они, славяне, молились только ему – Богу Творцу и сохранившиеся припевы: Сияй, сияй Боже!, Слава Богу на небе!, Благослови Господь детей своих!, Славен еси, наш милый Боже, на небеси! др. относились к нему и пелись ему, но праздники с играми, танцами-хороводами в боголесьях (гаилками в гаях) были сопряжены с доступными и понятными человеку проявлениями божества в природе, т.е. с прибогами.
По свидетельству Прокопия славяне верили, что Сва-Рог оставил Белый Свет и Землю (по всей вероятности после грехопадения дедьков и людей, призвавших к себе Черную ПОтьму), но в своем милосердии, чтоб Белый Свет сразу не переминился в Черный, оставил им своих Сварожичей (Перуна, Дажь-Бога, Мокошь и др.). Перун, представлялся народу самым могучим и как бы стоящим во главе всех прибогов Сварожичей, как бы заместителем Бога. Поэтому русские князья-язычники, при заключении договоров с христианской Византией, клялись Богом и Перуном, а также и Велесом. Договоры были военно-торговые. Князья клялись Богом, т.е. Сва-Рогом и в добавок Перуном, как княжеским и дружинным богом войны, и Велесом, которого русские купцы сделали своим покровителем и богом торговли (В договоре Святослава (лаврент. летопись) говорится: Да имеем клятву от Бога, в него же веруем, в Перуна и в Волоса, скотия бога. В договоре Игоря читаем: И иже помыслит от страны русския риазрушити…да не имуть помощи от Бога, ни от Перуна…Аще ли же кто преступит се…да будет клят от Бога и от Перуна).
Единому своему Богу славяне приписывали только положительные, благие качества, т.е. Сва-Рога считали светом, теплом, любовью, добром. Отрицательные, злые качества приписывались ими другим – злым силам, представителям тьмы, холода, вражды и всякого другого зла. Славяне стремились в жизни в своей примениться к своему Богу и были, по свидетельству чужих (и остались такими же и поныне), самым религиозным, мирным и богоносным народом в мире.
Немецкие летописцы, современники погибших балтийских славян, писали о них: Нет в свете народа добрее и гостеприимнее славян -. Эта их доброта, миролюбие и отвращение к войне, насилию и грабежу и были поводом, что другие хищные, тигровые и занимающиеся только военным ремеслом и разбоем народы легко покоряли и уничтожали их.
Славяне создали для почитания своего Бога целый ряд праздников, тесно связанных с солнечным циклем, и дивные праздничные обряды, которые заключались в молитвах, жертвоприношениях, гаданиях и играх. Обряды и формы богослужений были одинаковы у всех славян. У всех племен была одна и та же религия - одни и те же божества, хотя и с отменными названиями. За исключением прибалтийских славян, соприкасавшихся постоянно с чужими народами, имевшими и храмы, и духовенство и перенявшие от них эти учреждения, восточные (русские) и южные славяне (думаем здесь о простонародье) не имели ни храмов, ни жрецов, ни идолов, а руководство в молитвах и обрядах принадлежало старшинам родов или задруг, т.е. патриархам или главам семей.
Так как славяне считали храмом Божьим весь мир, то богослужение их совершалось под открытым небом, в так наз. боголесьях (святых гаях) - в избранных красивых рощах со свободным местом для молитв, собраний и игр, с большими тенистыми деревьями (предпочтительно дубами как деревьями Перуна (по сербски дуб - грм, а дубовый лес - грмик) или липами как деревьями Лады) для защиты от солнечных лучей и дождей во время богослужений (что практикуется и ныне в случае богослужения под открытым небом) и близко от воды (рек, озер, источников) для выгоды участников, так как некоторые праздничные обряды продолжались целые дни и ночи. И молитвы-богослужения, и обряды были овеяны поэзией и музыкой, т.е. стихами с пением, которым нет сравнения в целом мире. Славяне поэты и музыканты по природе, и вся их дохристианская обыденная жизнь, весь быт и все их верования и воззрения на природу были поэтические (А. Афанасьев).
Богослужения происходили, судя по тому, как они происходят в деревнях и ныне в случае богослужения под открытым небом, следующим образом:
У самого дуба или липы, или у ключа-источника (если таковых не было, то для порядка, для границы, для центра ставили просто столб или клали камень) стоял патриарх рода или самый старший в селении. Он руководил богослужением. Все участники разделялись на четыре части, которые составляли четырехконечную звезду. Центром этой звезды было дерево (источник, камень, столб).
В первой, мужской, части стояли в первых рядах старики по возрасту годами вниз, за ними шли по возрасту младшие, также в рядах, вплоть до самых младших хозяев, семейных с мальчиками-отроками.
Во второй, женской, части, на противоположной от мужчин стороне дерева, стояли женщины, начиная от старух, по возрасту годами вниз до самых младших замужних, с грудными детьми и девочками.
В третьей части, мужской, стояли в первых рядах у дерева подростки-юноши, за ними старшие, по возрасту годами вверх - вплоть до зрелых парней.
В четвертой части, женской, на противоположной от мужской молодежи стороне дерева, стояли девушки, за ними шли старшие по возрасту годами вверх - до зрелых девиц.
Смешение мужчин и женщин во время молений не допускалось. Во время богослужения все стояли, сидеть запрещалось.
Выстроившись в таком порядке у дерева, сначала молились - всякий особо, складывая молитвенно ладонь к ладони. Молились просто и чистосердечно как дети и молились Богу не как рабы господину, а как дети родному отцу, которого бесконечно любили, которому бесконечно верили и которого, как бесконечно доброго, не боялись. Имелись многие молитвы, которые передавались из уст в уста, из рода в род. В этих молитвах постоянно упоминалось слово Бог, часто в ласкательной форме Боженька, с прилагательными милый, добрый, милосердный и т.д. Молитвы были: просительные, благодарственные и хвалебные. Затем шли общие молитвы, которые начинал патриарх рода, а после их окончания начинались песнопения. Вот образец древней, дохристианской молитвы-песни, сохранившейся у сербо-харватов:
Молимся, Ладо!
Молимся Всевышнему Богу,
Ой, Ладо, ой!
Чтоб подул тихий ветерок,
Ой, Ладо, ой!
Чтоб ударил тёплый дождик,
Ой, Ладо, ой!
И т.д.
В Галичине сохранилось много дохристианских молитв - песен (особенно колядок). На Лемковщине поют:
Подуй, Господи, подуй
Духом святым по земле!
Роди, Боже, жито, пшеницю
И всякую пашницю!
В поле ядро,
В доме добро!
Пели дружным хором, с подголосками, все присутствующие от мала до велика, под запев назначаемых родовым старшиной запевал, наподобие греческих канонархов. Всякий праздник имел свои песни.
Обычай всенародного молитвенного пения перешел на Руси в христианскую церковь под именем самоилки. В Галичине и на Карпатской Руси он сохранился повсеместно до сих пор: вся Обедня и некоторые песнопения из Заутрени и Вечерни поются всем народом, всеми присутствующими также, как в дохристианское время языческие песнопения пелись в святых гаях (боголесьях). Для искоренения языческих праздничных молитвенных песен после введения христианства были на их месте созданы, на каждый праздник особо, христианские церковно-народные песни, собранные впоследствии в книге, называемой Богогласник, с музыкой к каждой песне. Некоторые мелодии очень древние и возможно, что они пелись ещё в святых гаях с языческим текстом. Эти церковно-народные песни, особые на каждый праздник, пелись в Галичине ещё в прошлом столетьи. В настоящее время поются они на Рождество Христово (коляды христианские наравне с языческими колядками), на Великдень (Иерусалиме, свети над звезды), на Зеленые святки (Вси тя хоры), и общие, наиболее распространенные и любимые: Пречистая Дево Мати Русскаго краю; О, Всепетая Мати и др.
В прошлом столетьи ещё строго соблюдалось в Галичине разобщение мужчин и женщин в храмах. Женщины стояли в так наз. бабинцах (притворах) позади мужчин, которые занимали среднюю часть церкви между притвором и солееей. Тогда придерживались также и порядка старшинства по возрасту: старики стояли впереди, младшие позади.
После молитв и песнопений в боголесьи, семьи соединялись и располагались вокруг неугасаемого Перунового костра, у которого приносились жертвы Богу. Сначала жертвовал от себя всякий отдельно, как это происходит ныне с жертвованием свечей, лампадок и других даров. Так как наши предки не знали ни икон, ни изваяний, то вместо свечей или лампадок, вешали на деревьях, бросали в воду или огонь жертву Богу: кто мерочку зерна, кто яичко, кто моток пряжи, кусок красивого вышитого полотна, кто фрукты, кто благоухающие травы, цветы и т.п. Кражи и воров тогда на Руси (и вообще у всех славян) не существовало, и повешенные на ветвях в святом гаю вещи висели, пока их жертвовавшие не сняли. Более ценные вещи брались домой как освящённые, а другие, после снятия с дерева, бросались в костер или в воду. Это были индивидуальные жертвы.
Общее жертвоприношение совершалось старшиной рода. Такие жертвы назывались общинными, от всего рода, задруги или селения: вол, два вола или больше,
Зависимо от величины общины (этот обычай сохранился по ныне на Руси, и у других славян, под именем общинного празднества). Жертвы общинно-частные, напр. курица , петух, голуби, баран и т.п. от каждого двора, приносились в жертву также у костра. Зверей и птиц резали, жир и кровь бросали в костер, головы вешали на сучьях деревьев или столбах, а мясо поедали. Говядина варилась в громадных котлах или жарилась на Перуновом костре и на вспомогательных кострах и распределялась между семьями. Куры, овцы и т.д., поедались приносившими их.
Во время жертвоприношения происходили гадания. Гадали по внутренностям убиенных жертв патриарх со стариками о делах, касающихся всего рода: Какой будет следующий урожай? Будет ли мир, или угрожает война и нападение со стороны врага? Угрожают ли повальные болезни людям и скоту? И т.п. Кроме сего всякий гадал себе отдельно о своих чаяниях и желаниях, о своей личной судьбе.
Были тысячи способов гаданий. Гадали по направлению дуновения ветра, по тучам и облакам и по другим явлениям природы. Семейные имели свои, а парни и девицы свои способы гаданий. Сорванная ветка с листьями, горсть травы, лепестки на цветах - служили любимым способом гадания. Срывая поочередно листья с ветки или лепестки с цвета, выбрасывая из горстки травку за травкой, говорили, гадая: Да! - Нет! или Будет! - Не Будет!, т.е. свершится желание или нет (Последний лист или лепесток, последняя травка и т.д. решали гадание. Парни и девушки гадали о невестах и женихах: Девица! - Вдовица!, Молодец! - Вдовец!. Мычание скота, блеяние овец, пение птиц, собачий лай (с какой стороны лает собака, с этой и придет жених - гадание девице после Святой Вечери на Коляду), четное или нечетное (злое) число шагов или предметов перед глазами, или захваченных в горсть зерен, орехов, все проявления природы, всякое происшествие, всякое действие имели свой смысл и значение в гаданиях.
Гадания были обязательной обрядовой частью праздников. Гадания в праздники были вещие и, по народному верованию, они сбывались, были более верные, чем внепраздничные гадания. Большинство этих гаданий (называемых теперь суевериями-забобонами) сохранились до сих пор. И ныне гадают почти во все праздники: на Рождество Христово (бывший праздник Коляды), на Новый год (б. празд. Велеса), на Иордань (б. празд. Лады), на Великдень (празд. Дажь-Бога), на Св. Юрия (празд. Ярила), на Троицын день - Зелёные Святки (празд. Русалий), на Св. Иоанна Крестителя (празд. Купала) и т.д. в особенности от кануна Св. Андрея по день Св. Николая (13-19 н. ст. декабря - праздники Перуна), когда, между прочим, льют на воду расплавленный воск или свинец.
После жертвоприношений, пира и гаданий следовали забавы и игры мужской и женской молодежи. Старики и вообще пожилые располагались поудобнее в гаю и со вниманием и наслаждением следили за играми, которые по тогдашним временам представляли чрезвычайно интересное зрелище, совмещающее в себе: театр, музыку, балет, цирк, спорт (борьба всякого рода и состязания) и т.д. Общих игр парней с девицами не было. Они строго запрещались. Девицы и парни играли на противоположных концах святого гая (боголесья). Девушки пели песни, водили хороводы, танцевали и устраивали другие затейливые девичьи игры, тогда как парни занимались разного рода спортом – состязаниями, борьбой, ходили гусаком (гусем), строили живые вежи (башни), вели войны и т.д., выказывая свою ловкость, удаль и силу. Так как некоторые девичьи песни своим содержанием высмеивали и обижали парней, эти последние, мстя за обиду, устраивали нарочно одну из своих бродячих игр и, бродя по гаю гурьбой, например, гусаком, хвостом его разбивали девичьи хороводы или другие их игры, но сейчас же распылялись и убегали, боясь наказания со стороны старших.
Эти игры мужской и женской молодежи сохранились до сих пор во многих местностях в русской части Галичины у потомков тиверцев и их можно наблюдать во все три дня Пасхи (Великдень–Воскресение, Обливанный Понедельник и Вторник).
В некоторые, особенно в зимние праздники, когда гаи заносило снегом, богослужения происходили по домам, где ими руководили главы семейств, а игры в святых гаях заменялись забавами и играми в селениях. На Коляду мужская молодежь ходила по селу в личинах – масках с туром (козою) и т.п. от двора до двора и колядовала. На Щедрый Вечер женская молодежь также обходила дворы и щедровала.
В праздники Ярила девушки пели веснянки, одевались в костюмы из березовых листьев и бегали по полям и лугам с песнями, водя хороводы. Накануне Купала собирались у воды (реки, озера, пруда), жгли костры, пели купальные песни и вокруг костра устраивали игры. С некоторыми праздниками было соединено и поминовение душ усопших предков (Красная Горка – Радуница, Семик и др.) и тогда игры устраивались на могилищах у могил. Такие игры называли тризнами (игрищами, борьбами–состязаниями, поединками).
Множество обрядов и обрядовых песен глубоких по содержанию и глубоко художественных, хотя язычество на Руси после просвящения ея Светом Христовым процветало полностью в некоторых местностях вплоть до XVIв., безвозвратно пропало, так как христианское духовенство, искореняя с фанатизмом старую веру, доносами своими к епископам, а тех к князьям, вызывало княжеские указы, содержавшие строгие наказания за исполнение старославянских обрядов. Таким образом исчезли жемчужины творчества народного духа, которые, судя по оставшимся, чужие ученые и музыканты называют несравненными и столь высокохудожественными, что кажутся как бы составленными не народом, а учеными поэтами и композиторами. Некоторые обряды (например, свадьба–веселье) похожи на пьесы, содержащие несколько действий, каждое действие с явлениями–сценами.
Несмотря на все запрещения и наказания, кое-что из дохристианских обрядов сохранилось и на Великой, и на Малой Руси, в особенности на русской Буковине, бывшей одно время под Турцией, не вмешивавшейся в верования русского народа, и в русской части Галичины, где польские паны, мало интересуясь духовной стороной жизни своих крепостных, не препятствовали им петь веснянки, играть гаилки и проч., а также и у других славян. До сих пор по всей Руси и у всех славян все почти христианские праздники с христианскими обрядами в церкви сопровождаются древними славянскими обрядами вне ея. И бытовая обыденная жизнь (рождение, свадьба, похороны, обжинки, обмолот, орка, выгон скота и т.д.) также полны старых дохристианских обычаев. И совершенно верно утверждают ученые славянские мифологи, что и на Руси, и во всем славянстве поныне существуют двоеверие. Эти древние славянские обряды ныне также называют суевериями, но многие из этих суеверий до того поэтические, привлекательные и милые, что с ними не хочет расставаться даже интеллигент.
Карпаторусское белое духовенство, получавшее высшее образование в гимназиях и университетах, относилось с полной терпимостью к древним славянским обычаям и дохристианским религиозным обрядам в их приходах по деревням. Многие священники даже записывали их и манускрипты отсылали в учёные общества.
Не то было в местностях, где распоряжались малограмотные монахи ордена Базилиан (бывшего православного чина Василиан), набиравшиеся большей частью из недоучек и из сбившихся с пути неокончивших гимназистов. Как в старину их собратья, они запрещали опекаемым ими прихожанам самые невинные народные игры и песни. По разсказам очевидцев в дер. Крехов, бывшей когда-то твердыней православия, в которой находится униатский монастырь (бывший православный) этого ордена, жители упомянутой деревни по вкоренившейся вековой привычке все таки собирались целым селом все три дня Пасхи в церковной ограде, как собирались их предки в старину в боголесьи. Но в то время, когда в соседних деревнях, где настоятельствовали белые священники, поселяне безпрестанно звонили в колокола, девушки водили хороводы, а парни играли свои игры вокруг церквей, креховяне, не имея от монахов разрешения на песни и игры, пили от скуки и спали вокруг церкви мертвецки пьяные, и старые, и молодые.
Судя по оставшимся обрядам и песням, славяне очень любили свои божества и их именами называли селения, поля, леса, верхи гор, деревья, цветы, травы и т.д., целые племена и самих себя.
Как упоминалось выше, славяне были мирным народом и предпочитали откупаться, чем воевать, отличаясь кротостью и спокойствием нравов. Если воевали, то только по необходимости для защиты. По свидетельству арабского писателя Масуди (Xв.), нравственность славян служила образцом для чужих. Жены были верны своим мужьям и шли за ними даже в могилу. Для руководства играми и хороводами избиралась всегда чистая в нравах девушка. Поэтому к рассказам о Ярилиных Ночах и о других негодящихся в печать действиях среди русских славян, сохранившимся в письменных памятниках, авторами которых были фанатики, нужно относиться по крайней мере с осторожностью, так как не исключена возможность, что ими многое преувеличивалось, искажалось и просто выдумывалось, чтобы только заставить епископов и князей принять крутые меры против сходбищ на бесовские песни, на плясание и скакание в то время, когда церкви пустуют.
Славяне, как народ с искрой Божьей, одаренные и талантливые во всем, от природы забавные, веселые и радостные очень любили и любят поныне музыку и танцы. Ни у одного народа в мире нет таких безмерно радостных и живых, или бесконечно унылых и грустных народных песен, и таких бойких и бешеных народных танцев, как у славян, особенно у русских. Народные песни у них насчитываются не сотнями и тысячами, как у других народов, а десятками тысяч. Одних песен – коломыек в Галичине – тысячи и тысячи, несметное, неисчислимое количество, так как они появляются все новые и новые всякий день. Хороводы с песнями (сеяние проса, мака и др.) и мимическими, программными танцами – это настоящие балеты с хитрыми сплетениями и расплетениями, с множеством затейливейших танцевальных фигур – с воротами, мостами, плетнями, кошиками (корзинами–ковшами), колами (кругами), звездами, голубцами и т.д. выводятся многочисленными группами в совершенстве без всяких репетиций. С живыми, бойкими и бешенными танцами читатель ознакомится в печатаемом при конце сей книжки приложении Народные танцы.
Славяне поют и танцуют и в радости, и в горе. – Они испытывают болезненное наслаждение в горе (morbid joy in sorrow) и, или погружаются в сладкое уныние (delicious gloom), или брызжут колким остроумием (slapstic wit) и предаются бешенной пляске (mad dances) – пишет о славянах филолог и этнограф Дж. Принс, проф. Колумбийского Университета. И совершенно верно. В старину (нечто подобное, впрочем, можно наблюдать еще и в нынешние времена) во время тризн, т.е. во время послепохоронных, поминальных торжеств, славяне пировали на могиле только что погребенного и устраивали у могилы борьбы, состязания, игры и танцы – morbid joi in sorrow…
И древние чужие писатели отмечают эту музыкальную черту у славян. Упомянутый выше Прокопий Кессарийский пишет, что когда греки захватили в плен группу славян, те последние протестовали, говоря: Мы мирные люди: поем, да танцуем. У нас нет оружия, у нас не мечи, а гусли!..
Удаль, широкая жизнь, забавы, песни и танцы при всякой оказии и без оказии – это неотделимая природа и врожденная стихия славян. Автор старался отразить эту стихию в ниже печатаемом Предании, где у славян поют и танцуют их боги, они сами, звери и растения.
Так как мораль древне-славянской религии во многом совпадает с христианской моралью (И.И. Срезневский (О языческих верованиях древних славян, Москва, 1849) пишет: Отвергая с принятием христианства языческое суеверие, славяне не имели нужды отвергать некоторые из своих основных верований, а только очищали их. Так и до принятия христианства они верили в единого Бога, Господина мира и его судеб, во всемогущее его провидение, веровали, что Божество спасает того, кто следует его законам и убегает зла; сознавали долг любви к ближнему, выражая его и призрением сирот и нищих и милосердием к пленным, и гостеприимством столь явным, что оно одинаково поражало всех чужеродцев -.Тут же Срезневский приводит доказательства, что славяне, как и христиане, верили в безсмертие души и в будущую жизнь в раю или пекле (аду)), то и насаждение христианства Свв. Кириллом и Мефодием среди южных и отчасти западных славян, обошлось совершенно, а кн. Владимиром на Руси почти безкровно, тогда как в других странах и у других народов оно насаждалось огнем и мечом и лились потоки крови. Это обстоятельство поддерживает утверждение чужих древних писателей, что славяне были народом мирным и богоносным еще и до просвещения их Светом Христовым.
с.22-23
Русские славяне называли почтительно небесных богов - Дедами (белороссы - Дзядами), а богинь Бабами, прилагая к имени Бога слово Дед, в значении прилагательного Великий, а к имени богини слово Баба или Деда в таком же значении. Земных божков, безплотных духов, не рожденных, а созданных Сва-Рогом на земле вместе с людьми, величали - Дедьками (белороссы - Белунами), а земных богинь (обьявлявшихся от поры до времени людям в раю порхающими мотыльками - бабочками) - Бабками или Бабочками. В Галичине до сих пор в поэзии или в торжественном стиле употребляется слово Дед в выше упомянутом значении: Дед Бескид, Дед Славутица Днестер и т.д. Русские Галичане употребляют для своего наречия старое, этимологическое правописание, но букву ять произносят как мягкое И, поэтому Дед выговаривают Дьид, что совпадает с великорусским хороводным припевом Ой Дид Ладо!
Некоторые мифологи считают дедьков душами предков. Души предков уважаются и почитаются, и никогда ими не проклинают. Дедьком же пренебрегают и если произносят его имя, так только в проклятиях и с погаными прилагательными. Души предков называли на Руси навиями и чурами, щурами, пращурами и они считалися невидимыми защитниками и опекунами семьи. Чуры - не домовые. Эти последние пошли от дедьков-пакостников. Домовой (в Галичине - Хованец, у чехов - Пикулик), если не пакостит, а, напротив, помогает хозяину, так только тогда, когда последний ухитрится угодить ему чем либо, или нанял его. Белороссы говорят о хозяине, которому везет: Мабуць с белуном знаецца -, а в Галичине шепчут: С дедьком (или с бедой) знается -. На Гуцульщине дедька нанимали на работы: наварив кукурузяной каши (мамалыги), ставили миску в полночь на границе земельного владения и после заклинания уходили. Дедько был нанят.
На Бойковщине нанимали дедьков накануне праздника Св. Юрия. Нанимающий пек девять несоленых хлебцов-калачиков (давать хлеб и соль нечисти, значило б, дружить с нею) и клали их перед полночью на раздорожьях (перекрестках дорог), говоря: Приходите, дедьки, на хлеб! После этого дедьки считались благожелательными: нанятыми служить верно и не пакостить нанимающему.
До грехопадения, по народному верованию, земля кишела дедьками и бабками. Они делали все работы на земле и создавали рай для людей. Человек в то время совершенно не работал, даже сам - век не закрывал -, дедько или бабка закрывали их. После грехопадения, когда Черная Потьма выбросила их обратно на землю из пекла Черного Света, земля опять ими закишела, теперь уже не помощниками людей, а пакостниками. Делаешь какую-нибудь работу, сто крошечных дедьков поджидают тут же, чтобы напакостить тебе. И если не будешь осторожен, непременно напакостят. Их везде полно. Они и на полях, и в лесах, и в воздухе, и в водах, и за всякими деревом, конечно. Как до грехопадения они были носителями добра, так после него сделались безконечно злыми и являются виновниками всех бед на сем белом свете. Русский народ, во всем и везде поэты, пояснил себе поэтически и зло на этом свете, олицетворив его не только в Поганым Идолище, в Горыныче, Черной Потьме и чертях, но и в дедьках - согрешивших божках.
Славяне верили в загробную жизнь и в безсмертие души и, как никто другой в мире, почитали души своих предков. У русских славян для этого имелись особые праздники, обряды и игры. Еще до принятия христианства, у них было понятие о добре и зле и о посмертном награждении души раем (Масуди, Ибн-Фоцлан) или наказании ея пеком (или пеклом), при чем они вознеслись до наивысшего понятия о своем едином Боге и верили (и это можно услышать и ныне от галицко-русского крестьянина), что Бог, как совершеннейшее добро, не наказывает, а карает сам грех, т.е. злое дело, которое вмещает в себя и наказание, подобно как благое дело содержит в себе и награду; что кара из греха и награда из благого дела являются сами по себе как дым из огня и пар из воды. Эта кара или награждение никогда не минуют прегрешившего или благочестивого. От этого простолюдина, сохранившего невольно учение древней славянской веры, можно услышать также, что грешники в пекле (аду) не обречены на вечные муки, что придет время, когда люди на земле опять станут Божьими детьми и будут творить только добро, которое белым могучим лучом проникнет в пекло и, разсеяв черную тьму, переменит его в рай и таким образом освободит от мук всех в нем пребывающих. Слово пек, пекло - употребляется в Галичине, как и во всех других славянских странах, вместо употребляемого в русском литературном языке греческого слова ад.
Выражения: бог, дух, душа, небо-небеса, рай, пек-пекло, черт, бес, дедько, добро, зло, грех, совесть и многие поговорки и пословицы к ним относящийся - дохристианские, в чем соглашаются почти все мифологи...
Перечень упоминаемых в предании мифологических имен
с.63Сва-Рог - Слава (Дед-Баба, Род-Рожаница), двуполое божество, единый Бог Творец и Вседержитель, в которого верили русские славяне. Прочие славяне называли его, как было указано выше, разными другими именами. Именем Сварога и Славы названы многие местности по славянским землям. В великорусских колядских игорных песнях встречается припев Слава!
В Галичине на Коляду (и в Щедрый Вечер) ставят в правом против двери углу избы - на покутьи (куть - угол) сноп пшеницы, ржи или овса, который называют Дедом и расстилают по полу избы вязанку мягкой соломы, которою называют Бабой. Ни первого, ни последнюю нельзя назвать кумиром или идолом, так как им не поклоняются и не молятся (см. ниже - Коляда). На Новый Год мальчики-сеятели, ходя по домам и сея зерно, выносят Деда из каждой избы во двор, где его молотят, после чего хозяева и Деда и Бабу обязательно сжигают, или перевязывают ими деревья.
Молитва-песня Славе в легенде основана на сохранившейся у сербо-хорватов песне в честь богини Лады:
Лепи Иве трга роже
Теби, Ладо, свети Боже.
Ладо, слушай нас, Ладо!
Песме, Ладо, певамо ти,
Срца наша кланьамо ти.
Ладо, слушай нас Ладо!
с.64-65
Прибоги-Сварожичи
...
ВЕлесь или ВолОс, Дед Ладо, у белороссов Боган, бог изобилия, податель материальных и духовных благ. Так как в седую старину скот считался единственным источником богатства, Велес был и Скотьим богом. Стройный красавиц, с длинными, ниже плеч волосами в тулупчике с волосом вверх, с калитой (кожаной сумкой) на левой стороне через правое плечо и с чересом (широким двойным, кожаным поясом). В калите у него хранились материальные, а в чересе духовные блага. Когда он наделял кого материальным богатством, открывал калиту, потрясал ею и сыпал из нея материальные дары, из череса же сновал духовные дарования для того, кого хотел сделать мудрецом, поэтом, музыкантом и т.д. Дохристианская пословица За сиротою Бог с калитою - относилась к нему. На небесах (на небесной тверди) он имел свое большое хозяйство, свои стада, пасеку, варил небесный мед, имел также свои ткацкие, гончарские и другие мастерские, вообще он был образцовым небесным хозяином и служил примером для всех хозяев на земле. Его именем названы по всем славянским землям селения, города и т.д.
В Галичине остались следующие следы почитания Велеса:
1. На Новый Год (Св. Василия-Велеса), также и на Введение, вводят рано утром лошадь (или другую скотину-волос) в избу, где ее балуют хлебом, сахаром и ласкают всячески (В Чехии донедавна вводили лошадь в церковь, где священник окроплял ее св. Водой).
2. На свадьбе, во время обряда Росплетения Косы - сажают молодую на вывернутую вверх дном дежу или коновку (деревянное ведро с ухом), на которую кладут подушку, прикрытую кожухом (овечьей шубой) волосом вверх.
3. Во время благословения молодых перед венчанием, родители сидят на подушках, покрытых кожухом, волосом вверх.
4. После венчания мать встречает дочку на пороге хаты в кожухе, волосом вверх (Ой выйди мати с хаты в кожухе пелгхатом).
5. На Покотинах Венца - после венчания, сняв с головы венец и катя его по столу батеньку и матеньце на славу, при пении свахами неподражаемой обряд. песни Покотила по столу, невеста сидит на скамье, покрытой кожухом, волосом вверх.
6. Два хлеба, которые в сочельник (Святый Вечерь) ставят на стол, называют Василь (Велес) и Маланика (Лада).
7. День Свв. Петра и Павла - праздник пастухов. Каждый пастух приносить на пастбище заранее заготовленные яствия (хлеб, творог, масло, мед, черешни и т.п.), на мураве вырезывается стол с ямками под миски и горшочки, все пастухи усаживаются вокруг и гостятся, тут же плетут венки из сочной травы и накладывают их на рога коровы и шеи лошадей. В этот день пастух, если есть у него тулуп, обязательно надевает его волосом вверх.
8. Первый теленок от телки отдавался донедавна в некоторых местностях (на Лемковщине) священнику. Раньше он приносился в жертву Велесу в боголесьи у Перунова костра, где и поедался приносившими.
9. Карпатские русские горцы носят длинные волосы, калиту (Гуцулы (д)зобенку) и черес и надевают кожуха волосом вверх (Бойки).
10. Велеснев - деревня в Галичине.
11. Поверие: мужчина с обильными волосами на руках, груди и спины, волосатый - будет богатый.
После принятия христианства русский народ заменил Велеса-Волоса его христианскими омонимами: Св. Власием и Св. Василием. В некоторых местностях в России в день Св. Власия (11 ст.ст. февраля) вся деревня сгоняла скоты к церкви, где служился молебен, во время которого священник окроплял лошадей, коровы и овец осв. водою. В этот же день приносили в церковь коровье масло и клали его перед иконой Св. Власия, которого всегда писали с коровами и овцами внизу. Оттуда и пошла поговорка: У Власти и борода в масле.
ЛАда, Великая, Щедрая, Милая Лада, мать природа, богиня щедрот, а также растений - колоса (как Велес - бог волоса), кормилица всех земных тварей, державшая Лад в своем хозяйстве на небесах и смотревшая, чтобы и земные хозяйки держали примерный лад в своих хозяйствах. Некоторые мифологи утверждают, что богиня прялок Прия - та же Лада. Она и опекунша супружества, матерей и детей. Выражение Ладо моя! служило в старину ласкательным словом между супругами. Лада - наиболее чтимое божество не только на Руси, но и во всем славянстве. Ея дерево - липа, на ветки которой в святых гаях замужние женщины вешали ей подарки (платки, вышивки, кольца и т.п.). В Галичине, подобно как и в России, в Калужской, Рязанской и Тульской губерниях, свадебные песни называют ладканьем, на свадьбе не поют, а ладкают, выкрикивая Ладо! Ладо! Ладо!, при чем бьют с восторгом и упоением кулаком о ладонь, о стол или о другой предмет. Имя Лады упоминается во многих обрядовых и хоровых песнях и даже в христианских колядах. В Галичине празднуют Ладу сочельником (Святой Вечерей с 12 блюдами) в Щедрый Вечер  (накануне Иордани), с обрядами и обычаями как на Коляду (накануне Рождества), с той только разницей, что не колядуют, а щедруют под окнами, и не парни, а девушки. Щедровки тут заменяют колядки. Маленькие хлебцы, которые пекут в этот день, называют щедраками или щедрачками. Именем Лады названы и на Руси, и по всем славянским землям города, селения, реки, фамилии и даже монастыри.
...
с.76-77
...РАда, РАдунка или Радуница, богиня радости.
Забава, богиня забав и веселья.
МлАда (в гаилках: Молода, Молодка), богиня молодости и красоты.
Сива (сивый - седой), богиня старости.
Жива, Жив-Бог, богиня здоровья и крепости. В Галичине назван ея именем город Живец. Страстной Четверг называют Живым Четвергом. Вечером в этот день моются водой из рек, потоков и ключей, считая ее целебной против язв, прыщей, бородавок и т.п. Ея именем названы местности по всем славянским землям.
ЖЕля, богиня жали, печали, тоски. Она расточала свои жели, собирала искренние слезы в жбан и несла их к Богу. Господь считал их, его сердце таяло от жали и Он оказывал свое милосердие убивавшимся, рыдавшим и плакавшим: утешал их, сниспосылая им Радунку и Забаву.
Тризна совершалась в старину у наших предков, как было сказано выше, у могиды покойника, на этой же могиле гостились - кушали, пели и забавлялись. Праздник поминовения усопших предков так и назывался - Радуницей. Обычай веселья и гостьбы на могилах сохранился доселе у русских в Буковине и в некоторых местностях в Галичине, как тоже и у южных славян. На Карпатской Руси, как наблюдал сам автор, в неко -
с.78-79
торых деревнях до сих пор гостятся и веселятся, даже поют и танцуют в избе около лежащего на лаве (скамье) тела покойника.
Как бы кто ни пытался называть эти обычаи странными и дикими, но они, согласно народному верованию, что господь посылает против Жели - Радунку и Забаву и что нужно убивать горе весельем, психологически совершенно оправдывается: против горя, сьедающего хуже всякой другой болезни душу и плоть человека, лучшее и вернейшее средство - радость и забава. Особенным таким средством была совершавшаяся сейчас после погребения тризна, отвлекающая своим захватывающим содержанием ум от черных дум и убивающая горестное настроение сердца и души, разьедаемого горем человека.
В старину, те русские племена, которые жгли покойников, верили, что Желя во время погребения носилась над их участниками, жалила их сердца своими желями и невидимо разсеивала вокруг пепел сожженного тела покойника.
Сум-Сума, у балтийских славян - Горевит, бог горя. Он носил с левой стороны (д)зобенку, полную черных мыслей, а с правой - суму (торбу) с печальными думами, которые он напускал на людей. От черных мыслей и горьких дум и сам он серел, и серел всякий, к кому Сум своей сумой и зобенкой прикасался. Он не мог плакать, поэтому и сам мучился и мучил других, хуже Жели и Карины, которые облегчали горе и печаль, сливая их с сердца человека вместе со слезами.
КарИна, богиня плача. Кариться (Слово о П. Игор.) - убиваться в плаче. В Галичине, в Жолковском уезде, употребляется этот глагол до сих пор. Когда же убивается по мужу, говорят: так ся кАрит!, или - так ся карае!
При ком из смертных одно из вышеупомянутых божеств становилось, таким он и делался: с Радой он был радостен, с Сумом сумовал горькую сУму, с Младой омолаживался, с Сивой старился, с Забавой веселился и т.д.
...
Земные божки ДeдькИ, БелунЫ, БелобожкИ (у поляков БожЕнта, КраснолЮдек, Скшат, у других славян - БОжик, БОжичек), безплотные земные твари-духи, не рожденные, а созданные Сварогом вместе с людьми на земле. Небесные боги, как уже было сказано выше, величались нашими предками Дедами, богини Бабами; земные божки - дедьками (у белороссов - белунами, белобожками), а божкини-дедькини - бабками. Слово дедько (произносится дьидько) до сих пор в общем повседневном употреблении в русской Галичине, в особенности в сердцах, при чем прилагают еще - проклятый, или черный: Ах,ты черный дедько!
Дедьки были созданы Сварогом для охраны Белого Света а) от змия Греха Горесея (былинного Горыныча), царя Черного Света, тьмы и зла, б) от его наложницы - Черной ПОтьмы, и в) от их детей - чертей, которые постоянно вторгались в Белый Свет для завоевания его. Вместе со снисходящими с небес на землю Дедами Сварожичами (Дажь-Богом, Перуном, Велесом и т.д.), дедьки, как духовные и умственные исполины, также обязаны были помогать людям во всем и создавать для них рай на земле.
Начальником этого невидимого, безплотного Сварожьего воинства был Белобог, который, после создания Карпат, жил на верхе Белогоре (нынешней Черногоре). Дедьки населяли сушу, воздух и воды, также и недра земли, разделив всю землю на крохотные уделы (доси, божко, мое, а доти - твое -, моя граница - ся береза, а твоя - вот та верба -, как разсказывают еще ныне в Галичине, напр. в д. Кульчицы, Самборского окр.), везде ими кишело, и за их добро и ласку люди их также чтили. В представлении народа, они были великаны, снежнобелые (отсюда: белобог, белобожок, белун) и златокрылые, а люди чувствовали их присутствие по исходившему от них благоуханию и по сладкозвучной музыке, исходившей от их крыльев во время полета. Во сне, а вьяве в великие праздники, они обьявлялись людям в раю и вместе с ними чтили Дедов и забавлялись с земными тварями.
Подстрекаемый пробравшейся в Белый Свет дочкой Греха - блудницей, красавицей Удыней, Белобог вздумал сам сесть на небе, взбунтовать против неба дедьков и людей и начал войну с Дедами, которая окончилась полным его поражением. После грехопадения злые белуны-дедьки почернели, обожженные молниями Перуна, земля разверзлася и их поглотила Черная ПОтьма, которая, подвергнув их мучениям в пекле, изрыгнула их обратно на землю, чтобы они, как раньше помогали, так теперь пакостили бы людям. Изрыгнула их ПОтьма не титанами, а меньшими чем люди уродливыми тварями - карликами, одних с шерстью, других с копытками и хвостиками, третьих с рожками, а то и просто маленькими уродами и они поселились на тех же местах на земле и под ней, где жили до грехопадения, пакостя людям на всяком шагу. А люди, как раньше их чтили, так теперь стали проклинать их и клясть ими других. Что ни случится плохого (что-нибудь разобьется, сломается, порвется и т.д.), всему виновен дедько и при таких случаях русский Галичанин непременно крикнет: Ах ты черный дедько проклятый!
Зависимо от того, где они жили и чем они занимались, люди называли их лешими, домовыми, полевыми, водяными и разными другими именами, напр. (в Галичине) манами (манить), сбивающими путников с прямого пути; блудами, заставляющими их кружить на одном и том же месте; отменами (видминами), подменивающими людских детей своими уродами; бабками-богинями, закармливающими людских детей до смерти, с такими длинными грудьми, что они должны закидывать их за плечи, иначе волоклись бы по земле и т.д., и т.д.
Белобог также почернел и, ставши Чернобогом (Люксенбурсские славяне до недавнего времени называли диавола-черта - Чернобогом. А Гелмолд (Chronica Slavorum) писал о балт. славянах: Malum deum sua lingua diabol sive Zcernoboch, id est nigrum deum appellant, bonumque - Belboch), остался в Черном Свете, где ПОтьма приковала его к стене пекла. Там сам мучается и мучает грешные людские и дедьчьи души, и ждет спасения вместе с ними от добрых дел земных людей. После грехопадения и Белые Карпаты почернели, понизились, потрескались, поломилися, реки в них покривилися и обмельчали. Белогора стала Черногорой (Масуди упоминает о какой-то Черногоре в Карпатах. Эту гору, по его сообщению, окружали живительные воды, известные своими целительными свойствами, и на ней будто стояло дивное здание - храм Дажь-Бога, с которого каждый день рано утром встречали восходы солнца с молитвами и песнопениями) и упала с небесных высот даже ниже некоторых других понизившихся карпатских верхов.
Не все дедьки, по народному верованию, взбунтовались. Небольшая часть осталась верной Сварогу и живет дальше на земле, помогая, как и раньше, людям в их житейских невзгодах. Известно предание, как Чех, прародитель чешского народа, принес на плечах своего дедька на новое поселение. Эти добрые дедьки являются хранителями людей (на подобие христианских ангелов), ведут безпощадную борьбу со злыми, черными дедьками и чертями и заставляют людей творить добрые дела. Хотя их немного, но они в конце концов истреблят на земле все нечистые, злые силы и тогда на земле опять водворится добро, которое переменит ее назад в блаженный рай и этот рай будет продолжаться во веки вечные.
Упоминаемые в летописях бесы - те же дедьки, ошалевшие, взбесившиеся от пекольных мук, которыми подвергла их ПОтьма после грехопадения. В летописях и в других древних письменных памятниках бесами называются также прежние славянские боги и те злые духи, которые пакостили чернецам-монахам в их святых подвигах. Разсказы об этих пакостях отмечают у бесов те же свойства, какие имеются у галицких дедьков.
По народному верованию, у дедьков в груди постоянно горит огонь, который они принесли из пекла. Этот огонь постоянно жжет их и они от мук то и дело дуреют  - бесятся.
Русалки, Мавки - речные и озерные, водные красавицы девы. Общепринято считать их душами утопленниц, некрещеных детей и т.п. Время их действий на земле: от четверга перед Великднем (пасхой) до Св. Троицы (Зеленых Святок), которую в Карпатской Руси и на Лемковщине, как и на Великой Руси называют - Русалиями, или до Недели Св. Отец, которую в некоторых местностях также называют Русалиями, а в Галичине еще и Турицами (от слова тур, т.е. Перун).
Общее поверие представляет Русалок девицами с длинными русыми волосами, мертвыми, стеклянными глазами и, под влиянием христианства, считает их злыми существами, подстерегающими в лунные ночи молодцов, которым задают загадки, а после щекочут их до смерти и затягивают в водные глубины.
Санскритское rasa - вода, кельтское - rus - озеро, латинское ros - роса и славянские слова роса и русло - свидетельствуют о том, что корень слова русалка значит - вода, и что этот корень не имеет ничего общего ни с душами, ни с покойниками. Это подтверждает и белорусская русальная песня:
Приведу Русалок
В зеленое жито.
Там Русалки в жице
Зеленом сидзели:
А мой колосочек
Як яворочек,
А мои житинки
Як проскурочки,
В печке пирожки,
На столе колачики.
От Русалок жито расцветает
И само отвечает:
Не могу стояци,
Колоса держаци,
Колос колос клониц
И солому ломиц.
Прокопий Кессарийский говорит, что славяне обожали нимф (и других духов - даймониа). Дальше, принимая во внимание благоговейное отношение русского и вообще всего славянского простонародья к родникам, источникам и ключам, воды которых считаются им живыми (животворными), и вообще к воде, орошающей поля и урожаи, а также и то обстоятельство, что имелся особый праздник Русалий (после Семика) в честь этих дев, трудно согласиться с мнением, что Русалки - души покойников. После введения христианства впаивали в народ, что прежние его боги - бесы, и стали им приписывать бесовские свойства, т.е. свойства злых пакостников. Скорее следует думать, что Русалки (у Гуцулов и в Карпатской Руси - Мавки) это водные богини, добывающие из недр земли источники живой воды (грех засыпать родник, или мутить в нем воду) и орошающие поля для всходов и урожаев. Об этом свидетельствует поговорка на Гуцульщине: Без Мавки не буде травки.
В Галичине в день Русалий ходят крестным ходом по полям, священник окропляет их освящ. водою и читает евангелие и молитвы. Несомненно, что это хождение крестным ходом по полям в праздник Русалий не что иное, как охристианизированный древний славянский языческий обряд, в данном случае, как и в других случаях, уступка христианской церкви, не смогшей вытравить глубоко вкоренившегося языческого обычая и принявшей его как христианский обряд, чтобы изгладить таким образом память о язычестве.
...Веснянки - название весенних (Ярилиных) обрядовых песен. Помещенная в предании веснянка в оригинале гласит:
Потекли потоки
На четыре боки
И розлили воды
На чотыре броды.
А на першим броде
Соловейко голосив.
Соловейко голосив
Зелени сады цветив.
А на другим броде
Зозуленька кувала
Зозуленька кувала
Летечко закликала.
А на третьим броде
Коничок вороный ржав.
Коничок вороный ржав
Бо дорогу зачував.
А в четвертим броде
Девчинонька лиха жде,
Девчинонька лиха жде,
Бо за нелюба иде.
...  
с.86-87
Былинные Богатыри
Святогор, в Галичине и у других славян: Валигор, Вернигора. Тяжко ему от силы великой. Земля его не держит. Нашел себе гору, лег на нее и только она и держит его. Он погиб, поднимая тягу земную. Увяз по колена в землю и торчит, закоченев, как скала.
По другому преданию, Святогор, умирая, лег в гроб (трумну) и когда Микула заколотил крышку, Святогор попросил его понагнуться, дунул через щелочку гроба и перелил в Микулу силушку свою великую.
Святогор представляет силу славян в скотоводстве в кочевом быту, а передача им силы Микуле Селяниновичу, означает переход славян от скотоводства к земледелию.
Святогор - ныне Св. Георгий. Как уже было сказано, русский народ, после принятия христианства, не будучи в состоянии забыть своих любимых им бесконечно славянских богов и еще более любимых им прадедных обрядов и обычаев. Пытался прицепить свое языческое божество к христианскому празднику или святому, который своими свойствами или своим именем напоминал его: Велес-Волос - Св. Власий, Св. Василий и Ведение (вводят скотину в избу); Перун - Св. Илья, Св. Николай; Купало   - Св. Иоанн Креститель и т.д. Св. Юрием (Георгием) в поисках за омонимами, русский народ покрыл не только Ярила, но и Святогора: Святогор и Св. Георгий (в скороговорке прекрасный омоним) по христианскому и языческому верованиям - оба пастыри, первый - земных, а второй - небесных стад.
Микула Селянинович, у Словаков - Валидуб. Микула - богатырь мужик-хлебопашец. Былина о нем подтрунивает над силой богатыря поповича (Алеши) и богатыря дворянина (Добрыни), которые оба вместе, да еще и с помощниками, не в состоянии двинуть с места его плуг, а он сам берет плуг одной рукой и бросает за ракитный куст. Микула представляет силу славян в земледелии.
Его именем названо селение в Гуцульских Карпатах - местечко Микуличин и с. Микулинцы на Опольи.
Микула - ныне Св. Николай. Ни к одному христианскому Святому русский народ не питает столько благоговения, а главным образом доверия и веры в его силу, и ни одному из угодников христианских не ставят на Руси столько свеч, сколько Св. Николаю - Микуле. Св. Николаю, следовательно, даны два славянские имени: Перуна (силы) и Микулы (силы и омонима). В Галичине вместо Николай, так и говорят - Микола.
В галицко-русских сказках (вариантов былин Владимировского цикла), встречаются, кроме Валигора-Святогора, еще два богатыря; Трясогус и Силач. Этот последний - крепче и мощнее всех других богатырей. Трясогус, шевеля усами, стрясает все листья с деревьев. В Калушском уезде сказывают: Валигор и Трясогус нанимаются у царя-короля спасти его дочь, похищенную поганым Бородою - ростом в локоть, с бородою в три локтя. Но, побежденные им, бегут в страхе в свет за очи. Им навстречу попадается богатырь Силач, которому они рассказывают о страшной силе Бороды. Силач берет их с собою и все три идут к поганцу. После долгого и упорного боя Силачу удается прищемить бороду Бороде в громадный пень. Но Борода невидимо убегает, оставив ее в пне вместе с кожей и мясом. Ища его, все три богатыря идут по кровавым следам и приходят к темному, непроницаемому лесу, в котором, из-за злой, кромешной темрявы нельзя сделать и шагу. Силач говорит Трясогусу: Се твоя работа! Трясогус трясет усами, все листья падут с деревьев и лес обнажается. . Пройдя лес, богатыри встречают на своем пути непроходимую Высоч-Гору. Силач говорит Валигору: Се твоя работа. Валигор валит гору и они, по кровавым следам, приходят к бездонной яме, в которую скрылся Борода вместе с похищенной царевной-королевной. Валигор и Трясогус вяжут из лыка длинную веревку и спускают на ней Силача в яму. Силач, сцепившись в Бородой, никак не может с ним справиться: оторвет у него руку, рука сама припалзывает и приростает к своему месту; оторвет ногу, а нога высокими прыжками прискакивает к своему месту и приростает; оторвет голову - голова завертится волчком и на свое место. Силач изнемогает, выбивается из последних сил своих. Видя его в смертельной опасности, царевна приваливает оторванные руки и ноги Бороды каменными глыбами, чтоб оне не могли возвращаться к своим местам и таким образом спасает Силача от неминуемой гибели. Спрятав Бороду в карман, Силач дергает за веревку и Валигор с Трясогусом вытягивают его и царевну з ямы на свет Божий. С царевной и Бородой все три богатыря отправляются во дворец к отцу царевны. Царь награждает их щедро и приказывает безногого и безрукого Бороду привязать к хвосту дикого коня, который разносит его в дребезги.
Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm

  

  
СТАТИСТИКА

  Веб-дизайн © Kirsoft KSNews™, 2001