Влес Кнiга  Iсходны словесы | Выразе | Азбуковник | О памянте | Будиславль 
  на первую страницу Весте | Оуказiцы   
Е.И. Горюнова. Этническая история Волго-Окского междуречья
от 24.11.09
  
Выразе


Бя нароуд родiщеск Iльмерстii а сто корежене о дво ста Народо наш яко прiде поздЪ до Русе земЪ а селiщеся среде Iльмерштi Тii бо суте брачке наше а намо...подобi соуте

От озера Неро
до озера Нево
небо,
небо.
Закину я невод
от озера Неро
до Нерли,
до Неи,
до Нары,
до Нарвы,
до Нево...
За реки, за горы -
от мери,
мещоры,
до чуди,
корелы,
до жмуди,
дремелы,
дреговичей,
веси,
до кривичей,
вятичей,
бодричей,
лютичей,
тиверцев,
тавров,
до север,
до сербов,
до чехов,
до ляхов,
до русов,
до скифов,
до антов,
до арьев...
Закину я невод,
шелковые сети
до неба,
до недра,
до дна и до выси,
до самой до сути -
до Божией мысли.
Невод. Юрий Лощиц. 2000
Дощ.2а,б Бя нароуд родiщеск Iльмерстii а сто корежене о дво ста Народо наш яко прiде поздЪ до Русе земЪ а селiщеся среде Iльмерштi Тii бо суте брачке наше а намо...подобi соуте Аще колiво роужнЪтi бо нас хранiша од злы ВЪща iмяiаще сото рЪещено...о ВещЪ тако iессте Аще сого не рЪшена не есте бы...iзбiраща кънязi од полудiа до полюдiа а тако жiвяi Мы же сьмы iмо помоще даяхом А тако бяхом...зеле бо знаiа i твърiтi сосудi пецене во огнiщЪх а соуте бЪ гонцарi доблi Земе ратi а скотiя водящетi бъ розоумЪяi Тако i Отце наше соуте
Был народ родищенский (родственный) Ильмерский. И сто корней из двухста (т.е. были и иные роды). Народ наш, как пришел позднее на Русскую землю и селился среди Ильмерцев. Те ведь, (по) суте, братья наши и нам подобны. Еще как различать, ведь нас (они) хранили от злых. Вече имели (было у них), что речено...на Вече, так и было (ие иесте). А что не речено - не есть было...Избирали (они) князей от полюдья к полюдью (от овсеня до овсеня), и так жили. Мы же им помощь даем. И так мы были...травы (они) знали, и (как) творить сосуды печенные (обожженные) во огнищах, и (по) сути (они) были гончарами умелыми (доблестными, хорошими), и (как) землю раять (пахать, облагораживать) и скот водить и землю пахать - были разумны...Таковы и Отцы наши (по) суте
Дощ.4а Iлiрмоще рЪщаша же СтЪ глупiцi а сьме прiтЪцЪмо до вы поможяшетi...Потщемося на памет iхо яко све земЪ Руську удобiша А е све наше СтарОцтсво...якi бо стратiтi сiлы Русь на тЪх мозапа сiщах со врзi наша...А кряве iхо удобiша земЪ наше...Сущi бо Богу нi якi со Перуном дЪляшуща на кувендла мечi сва до враг iнiх...Мы же iмо помолiхомосе намо у помоцi
Ильмерцы сказали: Вы глупцы, а мы придем к вам на помощь...Потщимся на память их, потому как удобрили они все землю Русскую. И есть они наше СтароОтцовство...которые силы стратили за Русь на тех многих сечах с врагами нашими...И кровь их удобряет землю нашу...Пребывают с Богом те, кто с Перуном, делают на наковальнях мечи свои на врагов иных...Мы же им помолимся нам о помощи
Дощ.8 Сме потомiцы роду Слвуне кii прiде до Iлмарiце а усЪднешеся до Годья А ту буде тысЪнце ляты
Есть мы потомки рода Славного, которые пришли к Ильмерцам и поселились (оседло) там до Готов. И то будет тысяча лет
Влесова книга
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_1.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_3.htm
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_13.htm

...Из атласа А.А. Спицына. Владимирские курганы (с.55-57)
…Действительно-ли Меря чистые финны? Нет-ли в ней элемента совершенно иного, местного, древне-арийского? Скорая ассимиляция русских и мери есть поразительное явление, которое можно обьяснить только силою культурного русского влияния и стремительностью русского натиска. Словом Меря - еще совершенная загадка…
А.А. Спицын. Древности Ивано-Вознесенской губернии, 1924г., с.9
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_294.htm
Как известно, первая всеобъемлющая характеристика дьяковской культуры была дана в начале нашего столетия А.А. Спицыным (А.А. Спицын. Городища Дьякова типа. ЗОРСА. Т.5. Вып.1; 1903. с.111-113). К дьяковской культуре он отнес поселения, расположенные на огромной территории (верховья Волги, Волго-Окское междуречье, бассейн Мсты, верховья Днепра, поречье Западной Двины), и датировал их ошибочно VI-VIII вв. н.э. Впоследствии была уточнена территория дьяковской культуры, выработана и новая датировка.
Е.И. Горюнова относила к дьяковским памятники, расположенные главным образом в Волго-Окском междуречье, а также отчасти в Костромском Поволжье. Хронологически она делит эти памятники на три группы. К первой относятся поселения, возникшие в VII-VIII вв. до н.э., ко второй - появившиеся в начале I тыс. н.э., и наряду с ними продолжают существовать многие из относящихся к первой группе. И наконец, памятники третьей группы доживают до конца I тыс. н.э. (Е.И. Горюнова. Этническая история Волго-Окского междуречья. МИА. N94. М., 1961). Таким образом, согласно заключениям Е.И. Горюновой, дьяковские древности, которые она считает мерянскими, непосредственно сменяются средневековыми славяно-русскими комплексами.
П.Н. Третьяков также рассматривал территориальные и хронологические рамки дьяковской культуры: В настоящее время дьяковскими городищами называют древние городища лишь Волго-Окского междуречья, Верхнего Поволжья и области Валдайской возвышенности (П.Н. Третьяков. Финно-угры, балты и славяне…с. 14). Древнейшие из них он связывает с рубежом первой и второй четверти I тыс. до н.э., а самые поздние относит ко второй-третьей четверти I тыс. н.э.
В настоящее время, как мы отмечали выше, границы дьяковской культуры несколько уточнены. К.А. Смирнов обозначает их следующим образом:…южная граница ее проходила по Оке…На западе к территории дьяковской культуры следует отнести верховья Западной Двины и Ловати. Северную границу культуры в настоящее время указать трудно, так как этот район еще недостаточно обследован. Во всяком случае, по Волге дьяковские городища доходили до Костромы. На востоке дьяковская культура граничила с городецкой (К.А. Смирнов. Дьяковская культура. Дьяковская культура. с.77). И К.А. Смирнов И другие исследователи определили хронологические рамки дьяковской культуры - VII-VI вв. до н.э. - V-VI вв. н.э. (там же с.76-77). Эта датировка близка к хронологии П.Н. Третьякова. Однако обнаруженные новые материалы и пересмотр хронологии старых находок позволяют утверждать, что все-таки права была Е.И. Горюнова, когда утверждала, что жизнь на дьяковских городищах продолжалась вплоть до IX в., т.е. до начала заселения славянами северо-восточных земель (Е.И. Горюнова. Этническая история…с.47).
…Таким образом, дьяковские мерянские племена были непосредственными предшественниками славяно-русского населения, осваивавшего Волго-Окское междуречье в IX-X вв. по древним водным путям, включавшим в себя и Волжскую систему (с.49-51)
Игорь Васильевич Дубов. Великий Волжский путь. Л.: Издательство Ленинградского университета, 1989. 259с.
http://www.twirpx.com/file/529952/ 5.1Мб
Волго-Окское междуречье, бывшее некогда одним из важнейших центров древне-русской культуры и государственности, всегда привлекало к себе внимание историков, археологов и этнографов, посвятивших свои труды предыстории и истории северного русского средневековья и вопросам формирования великорусской народности. Вопросы древней этнической истории этой области, как и других областей Северной Руси, не раз вызывали горячие споры...
…Появившаяся недавно книга С.И. Горюновой - Этническая история Волго-окского междуречья представляет в связи со сказанным выше очень большой интерес. В книге суммирован обширный археологический материал, в том числе интереснейшие новые данные, явившиеся результатом многолетних полевых исследований автора в Ярославском и Костромском Поволжье и на нижней Оке. Особенно ценны материалы, относящиеся к мерянским и муромским поселениям второй половины I тысячелетия н.э…всесторонне обрисовывающие их культуру и экономику накануне превращения междуречья в провинцию древнерусского государства. На основании большого материала автор дает картину жизни этих племен в период возникновения в Залесье и на нижней Оке древнейших русских городов и процесса постепенной ассимиляции мери и муромы русским населением в условиях Ростово-Суздальского и Муромского княжеств.
Материал изложен настолько ясно и убедительно, что теперь уже ни при каких обстоятельствах не может возникнуть вопрос, принимали ли финно-угорские племена участие в образовании русской народности (с.258-259)
…Заглавие второй части книги - Дославянское население междуречья V-X вв (Меря) - не вполне точное, так как в этой части рассматривается материал и значительно более ранний - все, что относится к культуре дьяковских городищ, восходящих своими ранними слоями ко второй четверти I тысячелетия до н.э.
В начале второй части дана хронологическая классификация древних поселений на три большие группы. Древнейшая группа включает в свой состав дьяковские городища с текстильной (сетчатой) керамикой VII в. до н.э. - III в. н.э. Вторая группа объединяет городища с неорнаментированной керамикой III-VI вв. н.э. В третью хронологическую группу входят городища и селища конца I тысячелетия н.э., синхронные могильникам. Вслед за этим в книге дано описание памятников всех групп по районам: Московская, Владимиро-Суздальская, Ярославская группы, памятники района оз. Неро, причем некоторым памятникам, наиболее важным и исследованным, посвящены особые разделы работы. При этом характеризуются материалы как старых, давно исследованных городищ - Дьякова, Пирожной горы, Березняковского, Сарского и др., так и раскопанных за последнее время и в кратком виде публикуемых впервые. Особенного внимания заслуживают результаты исследований Е.И. Горюновой на Попадьинском селище (Ярославская обл.) середины и третьей четверти I тысячелетия н.э., где
были открыты остатки 10 жилых и хозяйственных построек разного типа, погибших от пожара, и на Дурасовском городище (Костромская обл.), относящемся к концу I тысячелетия н.э., где также были обнаружены следы построек и собран интересный вещественный материал для характеристики культуры и быта жившего здесь мерянского населения.
…Сравнивая материальную культуру первой и второй хронологических групп, не трудно убедиться, что в облике культуры в III-IV вв. произошел существенный сдвиг. Новая культура заметно отличается от старой, сохранявшейся без каких-либо резких изменений в течение почти тысячи лет. Вместе с тем у нас нет никаких данных говорить, что здесь произошла коренная смена населения. И я, и О.Н. Бадер, и другие исследователи, изучавшие дьяковские городища, никогда не сомневались в генетической преемственности культуры городищ первой и второй хронологических групп. Преемственность ясно прослеживается по керамическому материалу. Сетка исчезает постепенно, хотя в течение сравнительно непродолжительного периода, так же постепенно развивается привычка украшать венчик косыми насечками.
О чем же говорят эти изменения, эти новые черты в культуре населения междуречья? Говорят ли они лишь о внутренних процессах, связанных с тем, что население междуречья вступило в развитой железный век, или же во всех этих новых особенностях культуры можно и нужно усматривать нечто гораздо большее? Я придерживаюсь второй точки зрения и считаю ее единственно правильной.
Нетрудно заметить, что в своем большинстве эти новые черты культуры, появившиеся в III-IV вв., ярче всего представлены не в восточных, а в центральных и западных частях междуречья. Лощеная резкопрофилированная керамика встречается преимущественно на верхневолжских, верхнеокских и московских городищах, таких, как Пекуновское (30 сосудов), Санниковское, Синьковское, Дьяково и мн. др. (О.Н. Бадер. Древние городища на Верхней Волге. МИА, 13, 1950, с.101,105,129,131-132; его же. Материалы к археологической карте Москвы. МИА, 7, 1947, с.141-145; А.А. Спицын. Новые сведения о городищах дьякова типа. ЗОРСА РАО, VII, I, 1905, с.86). В районе Ярославля и Ростова ее значительно меньше, а на костромских городищах, кажется, совсем нет. То же самое следует сказать о «грузиках дьякова типа», обильных на западе и в центре междуречья и почти не встречающихся на востоке. Вещи с эмалью и некоторые другие сопутствующие им изделия уже с полной определенностью указывают на запад в область балтийских культур.
Теперь уже хорошо известно, что в первые века нашей эры в области Верхнего Поднепровья, главным образом в ее восточных частях, распространилась культура зарубинецкого типа, ничем не связанная с более древними местными культурами: юхновской, милоградской, древней смоленской культурой типа нижнего слоя городища Тушемля, древней верхнеокской культурой типа нижнего слоя городищ Никола Ленивец или Надежда. В одних местах с появлением культуры зарубинецкого типа развитие местной культуры оборвалось. Очевидно, местное население было изгнано и покорено. Так было на территории современной Гомельщиины и на всем протяжении бассейна р. Десны, которая была главным путем распространения культуры зарубинецкого типа на север. В Гомельщине и Черниговщине эта культура появилась в I в. до н.э.- I в. н. э., а на Брянщине - во II-III вв., о чем говорят найденные на поселениях многочисленные фибулы позднелатенских и балтийских форм. Другие части Верхнего Поднепровья, куда зарубинецкое население не проникло, подверглись в области материальной культуры очень сильному влиянию со стороны пришельцев. Так было на левобережной Смоленщине и в верхнем течении Оки, включая сюда поречье Угры. Обо всем этом я уже писал в одной из последних статей, где приведена соответствующая библиография (П.Н. Третьяков. Локальные группы верхнеднепровских городищ и зарубинецкая культура. СА, 1960, 1).
Так, не приходится сомневаться, что керамика второй группы городищ междуречья Оки и Волги сложилась под сильным и непосредственным влиянием со стороны появившейся в Верхнем Поднепровье культуры зарубинецкого типа. Все характерные особенности этой керамики идут именно отсюда - и косая насечка по венчику, и формы сосудов, и лощение, и маленькие сосудики (с.262-263)
Я полностью уверен, что культура зарубинецкого типа принадлежала древним славянам. Она не могла принадлежать балтам хотя бы потому, что ее основная территория в Среднем Поднепровье лежала за пределами ареала балтийской топонимики, совпадая с областью древнейшей славянской топонимики (с.264)
…Заканчивая отзыв о книге Е.И. Горюновой…сделать большое число ценных выводов. Автор книги как бы продолжила и значительно углубила с привлечением более широкого материала ту работу, которую начал А.А. Спицын во Владимирских кургана (с.268)
…культура мерянских племен, по мнению Е.И. Горюновой, близких северным уграм, еще очень мало известна. Она продолжает оставаться загадкой, как любил повторять в свое время А.А. Спицын. Но эта загадка уже не является такой темной, как в начале нашего века, и в этом - большая заслуга Е.И. Горюновой.
Петр Hиколаевич Третьяков (критика и библиография). Е. И. Горюнова. Этническая история Волго-Окского междуречья. Советская археология. 1962г. N4. М.: Издательство Академии Наук СССР, с.258-269
http://www.twirpx.com/file/902638/

Рис.86. Схема распространения славянских и финно-угорских древностей второй половины I тыс. н.э. в пределах Волго-Окского междуречья. I - сопки славян новгородских, II - длинные курганы кривичей, III - курганы верхнеокского типа, IV - мерянские могильники, V - муромские могильники, VI - мордовские могильники, VII - финно-угорские могильники на реках Суре и Цивиле. 1 - сопки в бассейне рек Мсты и Мологи, 2 - длинные курганы в бассейне верховьев Днепра, 3 - Нечаево и Овселуг, 4 - Изведово, 5 - Казнаково и Сиг, 6 - Коша, 7 - Алешино близ г. Зубцова, 8 - Боровая, 9 - Никола Пустынь и Воскресенская, 10 - Урцово и Воеводино, 11 - Дуденево, 12 - Кузьминское, 13 - Кукса, 14 - Охотино, 15 - Юрьевская и Прозорово, 16 - Перекладная и Заречье, 17 - Заячий Холм у с. Великого, 18 - Дубровка, 19 - Шаньково и Почепок, 20 - курганы на правом берегу р. Угры напротив с. Никола Ленивец, 21 - Горбенки, 22 - Ждамирово, 23 - Доброе, 24 - Воронец, 25 - Беседы, 26 - Сарский могильник, 27 - Подольский, 28 - Хотимльский, 29 - Холуйский, 30 - Новленский, 31 - Пустошинский, 32 - Заколпиевский, 33 - Малышевский, 34 - Муромский, 35 - Подболотьевский, 36 - Максимовский, 37 - Урванский, 38 - Жабинский, 39 - Вакинский, 40 Кузьминский, 41 - Борковскои, 42 - Дубровический, 43 - Гавердовский, 44 - Облачинский, 45 - Шатрищенский, 46 - Курманский, 47 - Кулаковскии, 48 - Темниковский, 49 - Кошибеевский, 50 - Иваньковский, 51 - Яндашевский, 52 - Сергачский
П.Н. Третьяков. Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге (Об этнической истории Волго-Окского междуречья в середине и второй половине I тыс. н.э.). М.-Л., 1966, c.285-300
http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_343.htm
П.Н. Третьяков. Зарубенецкие древности. Их территория и локальные группы
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_729.htm

Екатерина Ивановна Горюнова. Этническая история Волго-Окского междуречья. Материалы и исследования по археологии СССР (МИА). 1961, N 94. М., 268с.
Волго-Окское междуречье в эпоху бронзы и раннего железа.
Дославянское население междуречья 5-10 вв. (меря).
Дославянское население Нижней Оки 7-11 вв. (мурома).
Славянская колонизация междуречья и ассимиляция местных племён (10-13 вв.).
Приложения.
Списки археологических памятников к картам территории Волго-Окского междуречья.
Карты.

Е.И. Горюнова. Этническая история Волго-Окского междуречья. Материалы и исследования по археологии СССР (МИА). 1961, N 94, Из-во Академии Наук СССР. М., 268с.


...(с.43-47) Глава IV. Мерянские поселения. 1. Территориальные и хронологические группы Дьяковской культуры
Обращаясь к характеристике хозяйства, быта и культуры мери, нужно еще раз оговориться, что, несмотря на гигантский накопленный за столетие материал, интересующая нас территория археологически изучена крайне слабо, во всяком случае далеко не достаточно для освещения всех сторон сложного процесса этнической истории ее населения. Причина этого - бессистемность и плохая документация проводившихся здесь преимущественно в XIX в. раскопок. Этим определяется основная трудность изучения культуры и этнического лица мери. Материалы раскопок А.С. Уварова и П.С. Савельева освещают поздний период в жизни Ростово-Суздальской земли, когда в основном мы имеем здесь дело уже с русским населением, в быту и идеологии которого лишь прослеживаются местами довольно яркие этнографические пережитки мери. Собственно мерянские памятники этот позднего (X—XII вв.) времени единичны. К ним мы вернемся ниже (см. гл. Х-XIII). Ранние следы мери нужно искать в памятниках середины и второй половины 1 тысячелетия н.э., которые представлены на территории Верхнего Поволжья и Волго-Окского междуречья селищами и городищами, известными под обобщенным названием памятников дьяковской культуры. Недостаточная изученность этой культуры, распространенной на огромной территории лесной полосы Восточной Европы, не позволяет до сих пор четко определить ее границы и выделить локальные варианты, которые можно было бы увязать с определенными этническими группами населения. Задача усложняется еще и тем, что на изучаемой территории нам до сих пор почти не известны могильники этого времени. Приблизительное разделение дьяковских городищ на три территориальные группы было произведено еще А.А. Спицыным /1/. Первая из намеченных им групп включает тверские и смоленские городища. Отдельные городища этого типа (окруженные одним - тремя валами) встречаются на Оке. Вторая группа получила название верхнеокской. По мнению А.А. Спицына (впрочем, не вполне точному), ее характерной чертой являлось отсутствие сетчатой керамики, орнаментов на посуде, а также характерных для других групп памятников грибовидных дьяковских грузиков. Третья группа памятников дьякова типа - владимиро-московская - локализуется А.А. Спицыным между реками Угрой и Окой, а также костромским течением Волги. Данные новых исследований в этой области позволяют уточнить схему Спицына и характеристику выделенных им локальных групп. В нашу задачу не входит всестороннее освещение вопросов, связанных с дьяковской культурой в целом. Отметим только, что этнокультурная история верхне-окских племен /2/ была теснейшим образом связана с этнокультурной историей соседних западных областей Южной Прибалтики /3/, историю же северных дьяковских племен (Волго-Окского междуречья) нельзя изучать в отрыве от истории племен Западного Приуралья, с которыми они составляли одну этнокультурную область. Для нашей темы представляет интерес именно эта третья группа дьяковских памятников. Еще полвека назад А.А. Спицын прозорливо выделил вопрос о городищах дьяковской культуры в - большую и жизненную тему о заселении и культурных течениях края /4/. Именно так формулируется эта задача и теперь. Не входя в критику характеристики дьяковских городищ А.А. Спицыным, который рассматривал их как ритуальные (жертвенные) места, и его ошибочных датировок /5/ (уточненных в настоящее время), мы должны признать, что предварительно намеченные им группы в основном соответствуют современным представлениям об этой культуре и в какой-то мере отражают этническое членение населения. Несомненно также, что именно в материалах третьей-владимиро-московской и ярославско-костромской - группах городищ дьякова типа следует искать следы культуры того дославянского населения данной территории, которое выступает в позднейших письменных источниках под именем мери. Неравномерная археологическая изученность территории и фрагментарность добытого раскопками материала не позволяет с достаточной полнотой характеризовать культуру населения этой группы городищ и тем более дать полноценную этнографическую его характеристику. Пока мы можем лишь суммарно в схематическом виде представить те элементы, которые в памятниках позднейшего времени выступают уже как мерянские и, таким образом, установить генетическую связь культуры дьяковых городищ Междуречья с культурой летописной мери. Мы видим здесь картину, вполне соответствующую той, которая открывается на соседней территории распространения городищ так называемого городецкого типа с рогожной керамикой. Несмотря на кажущееся единообразие этой культуры, Н.В. Трубниковой удалось доказать, что внутри ее можно выделить локальные группы, соответствовавшие в прошлом племенному делению мордвы и муромы /6/ (См. рис.70). Характеристика памятников дьяковской культуры была дана еще в начале XX столетия А.А. Спицыным /7/. В советские время материалы этих памятников были обобщены в капитальном труде П.Н. Третьякова /8/. Но ни в монографиях, посвященных отдельным памятникам, ни в обобщающих трудах мы не находим той жизненной темы о дьяковых городищах, которую настойчиво рекомендовал А.А. Спицын будущим исследователям, усилия которых, по его мнению, должны были быть направлены на уяснение отдельных групп этих памятников, их отношения друг к другу и к памятникам соседних территорий. Иными словами, вопрос о дьяковской культуре в целом и этнической принадлежности ее носителей не был решен. Это большая, сложная и вполне самостоятельная тема требует специального исследования.
Большинство археологов в настоящее время склоняется к мнению, что памятники дьяковской культуры связаны с этногенезом современных угро-финских народностей. Поэтому поиски ранних следов мери, одного из финно-угорских племен, именно в памятниках дьяковской культуры вполне обоснованы /9/.
Поселения дьяковской культуры на территории Междуречья по хронологическому признаку могут быть разбиты на три группы.
К 1 группе относятся дьяковские поселения, возникшие в середине или конце 1 тысячелетия (VII - VIII вв. до н.э.).
(Дьяковское, Калязинское, Пирожная гора, старшее Каширское городище /10/, Кропотовское /11/, Мамоново /12/, Топорок, Черная гора, городище у д. Горки и др.) (карта 1). Общей чертой их является преобладание так называемой текстильной керамики, причем некоторая часть посуды имеет орнамент, нанесенный зубчатым штампом (см. рис.6). Среди находок имеется большое количество костяных изделий ранних типов (рис.11), иногда украшенных несложным резным орнаментом. Имеются и вотивные костяные фигурки, изображающие животных (лошадь, кабан) - (рис. 60, 2,3,5,8). Изображения коня и птицы мы находим и в орнаменте, выполненном резцом (например на костяной рукоятке из Мамонова городища; рис. 60, 7) . Среди железных предметов характерны горбатые ножи, которые, впрочем, бытуют и позднее. Типичной для этого времени и датирующей находкой является своеобразный предмет - рукоять, обмотанная проволокой (рис. 11, 16: городища старшее Каширское, Кропотовское, Топорок, Мамоново). Время существования этих поселений 1 группы определяется благодаря находкам на некоторых городищах характерных комплексов пьяноборских украшений, дата которых довольно четко установлена для Прикамья - конец 1 тысячелетия до н.э. и первые столетия н.э. /13/
Большая часть этих поселений продолжает существовать и в последующие века 1 тысячелетия н.э. К этой, условно определенной нами II группе поселений, многие из которых начали свое существование в предыдущий период, прибавляется большое количество других, основанных в начале 1 тысячелетия н.э.
III группа охватывает памятники, которые доживают до конца 1 тысячелетия н.э. и позволяют более четко охарактеризовать культуру и быт их населения этого периода. Вопреки общепризнанной схеме, рисующей древнейшие памятники дьяковской культуры как укрепленные поселки-городища, дата возведения валов во многих известных нам случаях не совпадает с датой возникновения самого поселка. Слои с ранней сетчатой керамикой лежат в этих случаях в основании насыпного вала (Дьяковское, Пекуновское, Синьковское, Барвихинское, Минское, II Скнятинское городища) /14/. Известны также многочисленные открытые селища, в культурных слоях которых содержится текстильная керамика, характерная для раннедьяковских памятников. К ним относятся, например, селища, открытые Верхне-Волжской экспедицией на отрезке Волги от Кимр до Углича /15/. Все эти данные позволяют предположить, что древнейший тип дьяковских памятников - открытые селища, генетически связанные с поселениями типа стоянок предшествующей эпохи бронзы. Не случайно на многих селищах этого типа наряду с дьяковским мы находим материал, характерный для ранних стоянок эпохи бронзы, например каменные орудия и керамику. Особенно хорошо это прослеживается в костромских памятниках (Минское городище, селище Борань и другие). Время появления земляных укреплений, валов, можно наметить пока лишь приблизительно; оно совпадает с периодом повсеместного и полного исчезновения сетчатой керамики, т.е. примерно, с III-IV столетиями /16/. Существенно, что в это же время происходит смена открытых поселений укрепленными и на соседних территориях. Аналогичное явление отмечено О.Н. Бадером в Поветлужье /17/ и А.Г. Митрофановым в Белоруссии /18/. Закономерность этого явления, прослеженного на большой территории, обусловливались, очевидно, какими-то вполне определенными историческими причинами. Высказанные нами соображения, основанные на сравнительно незначительном числе фактов, пока являются гипотезой, которая нуждается в более прочном обосновании, прежде всего в дополнительных материалах с хорошо документированной стратиграфией оборонительных сооружений древних городищ
1. А.А. Спицын. Новые сведения о городищах Дьякова типа. ЗОРСА, т. VII. вып. 1. СПб., 1905. с.91-93
2. В эту группу территориально войдет юго-западная часть современной Московской области
3. Я.В. Станкевич. Отчет о раскопках Двинского отряда Славянской экспедиции 1953 г. МОА ИА, ф.1, N905 и 906. 1953
4. А.А. Спицын. Новые сведения о городищах Дьякова типа, с. 93
5. А.А. Спицын, впрочем, совершенно справедливо отметил, что многие памятники дьяковской культуры доживают до VII-IX вв. н.э. и что гораздо менее ясна их ранняя дата
6. Н.В. Трубникова. Племена городецкой культуры. ТГИМ, вып. ХХII. М., 1953, с. 93, рис.4 (карта)
7. А.А. Спицын. Городища Дьякова типа. ЗОРСА, т. V, вып. 1. СПб., 1903; Он же. Новые сведения о городищах Дьякова типа
8. П.Н. Третьяков. К истории племен
9. Эта мысль была высказана и П.Н. Третьяковым: Население волго-окских городищ с сетчатой керамикой, по-видимому, составляло основу племен мерянских (Северные восточно-славянские племена, МИА, N6, М. Л., 1941. с.32)
10. В.А. Городцов. Старшее Каширинское городище, ИГАИМК, вып. 85. Л., 1934
11. В.А. Городцов. Отчет об археологических исследованиях в Каширском и Коломенском уездах в 1927г. Труды Этнографо-археологического музея 1 МГУ, вып. IV. М., Быт, 1938, с.34-52
12. В.И. Качанова. О заселении Московского края в эпоху дьяковской культуры. Труды музея истории и реконструкции Москвы. М., 1954; О.Н. Бадер. Материалы к археологической карте Москвы. МИА, N7. М. -Л., 1947, с.125. Материалы, полученные в результате раскопок, произведенных Музеем истории и реконструкции Москвы 1952-1953гг., противоречат ранее установленной О.Н. Бадером дате памятника, который на основании находок гладкой грубой лепной керамики с косой насечкой по краю определяет ее IV-VI вв. н. э. Мамоново городище настолько испорчено многочисленными раскопками и земляными выемками, связанными с постройкой плотины, что категорически настаивать на той или иной дате его существования нельзя. Возможно, что разные участки его площади заселялись не одновременно. Вскрытые раскопами 1952-1953 гг. площади для решения этих вопросов недостаточны
13. А.П. Смирнов. Могильники пьяноборской культуры (к вопросу о дате), КСИИМК, вып. XXV. 1949
14. П.Н. Третьяков. Древнейшие городища Верхнего Поволжья. СА, вып. IX. М.- Л., 1947, с.66
15. Археологические работы Академии на новостройках в 1932-33 гг. ИГАИМК, вып. 109. 1935. с.158 и сл.
16. П.Н. Третьяков. Древнейшие городища. с.64
17. О.Н. Бадер. Древнее Поветлужье. СЭ, 1951, N2, с.32
18. А.Г. Митрофанов. К истории населения Средней Белоруссии в эпоху раннего железа (автореферат диссертации на соискание учении степени кандидата исторических наук). Л., 1955, с.11
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_295.htm
http://ihtik.lib.ru/2011.06.10_ihtik_history/ см. 2457 текст стр.5-7, 22-79
http://www.archeologia.ru/Library/Book/3340d2dbabb0/page43
Великая Меря
http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_498.htm
http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_499.htm
http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_500.htm

Памятники района оз. Неро
Рис.39
Рис.39. Украшения из металла и подвески-амулеты из астрагала бобра (20) и медвежьего клыка (27) из Сарского городища
Прежде всего нужно отметить находку типичной мерянской подвески в виде спаянных треугольником трех плоских проволочных спиралей с двумя трапециевидными привесками (рис.39.4). Ранний экземпляр такой подвески был найден в Березняковском городище (П.Н. Третьяков. К истории племен, с.81, рис.46В). Сарская подвеска может быть датирована VI-VIIвв. Это украшение стойко сохраняется у мери и на протяжении последующих столетий, встречаясь в качестве пережитка в костромских могильниках XII-XIIIвв. Судя по характеру петли - в виде трубчатой пронизки (рис.39.4), это украшение скорее всего служило подвеской к ожерелью. Подвески этого типа известны и в муромских могильниках Х-XIвв. (МАР(25), табл.XXVI, рис.4). Большое количество подобных подвесок, варьирующих в деталях и несколько более массивных, найдено в Прикамье, где они датируются тем же временем (Х-XIвв.) (А.А. Спицын. Древности камской чуди. МАР(26), СПб., 1902, табл.XIV, рис.12 и др.). По характеру обработки камские украшения этого времени носят отпечаток массового производства: все они литые, грубые, массивные, лишенные дополнительной отделки. Мерянские вещи легче, изящнее. Производство их, очевидно, не было связано с массовым сбытом...
При несомненной общности типов мерянские подвески выделяются тщательностью отделки и той кружевной узорчатостью отделки, которую им придают дополнительные украшения в виде напаянной по краям  тонкой зерни и полосы из проволочной косоплетки, лежащей в основании треугольника. Все это лишний раз говорит о местном производстве украшений. Подтверждением этому служат находки на Сарском городище литейных форм для отливки деталей украшений - болванок из серебра и меди, кусков медного дрота и проволоки, из которых изготовлялись различные плетенные украшения, а также набора специальных рабочих инструментов, которыми пользовались литейщики и ювелиры при отливке и последующей обработке сложных по рисунку мерянских украшений (рис.43).
Рис.43
Рис.43. Орудия литейщика, кузнеца и ювелира Сарского поселения: 1 - зубило; 2-5 ювелирные инструменты (чеканы); 6 - глиняный тигель; 7 - щипцы; 8 - ювелирный инструмент, 9 - кузнечные клещи; 10 - льячек; 11 - литейная формочка; 12 - медный брусок
Рис.46
Рис.46. Находки из железа с Сарского городища
Находки на Сарском городище железных предметов также довольно многочисленны. Это главным образом орудия труда и оружие. Наиболее ранним является топор-кельт удлиненных пропорций (рис.46.2), который может быть датирован VI-VIIвв. Он точно воспроизводит форму и размер втульчатых топоров из верхнего слоя Минского городища (VI-VIIвв.) и из разрушенного погребения мерянского могильника у с. Подольского Костромской области (рис.24.4-5).
Рис.24
Рис.24. Типы железных топоров из дьяковских поселений и могильников (V, VI-XIIвв. н.э.). 1 - Из Хотимльского и Холуйского мог. (VIв.); 2-3 - из Березняковского гор. (V-VIвв.) и случайные находки в Галиче Мерском; 4 - из Минского гор. и Подольского м-ка (VI-IXвв.); 5 - из Хотимльского мог. (VI-IXв.); 6 - из Сарского мог. (VII-IXв.); 7 - из Михайловского мог. (X - начало XIв.); 8 - из Киучерского мог. (X - начало XIв.); 9 - из мог. у пустоши Плавь на Мологе (начало XIв.); 10 - их курганов Владимир. области (XIв.); 11,13 - из курганов Моложских мог. (XIв.); 12,14,15 - из Костром. курганных мог. (XII-XIIIв.)
Рис.40
Рис.40. Коньковые и треугольные подвески и височные кольца мерянского типа
Рис.41
Рис.41. Распространение коньковых и треугольных подвесок и височных колец мерянского типа (Х - середина XIв.). I - коньковые шумящие подвески; II - треугольные шумящие подвески; III - куфические монеты; IV - височные кольца со втулкой
1 - курганный могильник на Рыбинском море; 2 - курганный могильник у с. Михайловского; 3 - у д. Тимерево; 4 - у д. Кустеря; 5 - Сарское городище и могильник; 6 - курганный могильник у д. Криушки; 7 - у с. Городище; 8 - у с. Осипова Пустынь; 9 - у с. Веськово; 10 - у д. Киучер; 11 - у д. Брембола; 12 - у с. Кобанское; 13 - у с. Ненашевское; 14 - у с. Кубаева; 15 - у с. Шелебово; 16 - у с. Шокшово; 17 - у с. Осановец; 18 - у с. Весь; 19 - у Вознесенского посада (г. Иванов); 20 - грунтовой могильник у д. Новленской; 21 - у д. Малышево; 22 - курганный могильник у Владимирских хуторов; 23 - Попадьинское селище; 24 - Мало-Давыдовское городище; 25 - курганный могильник у д. Васильки
Рис.42
Рис.42. Украшения, характерные для центральной группы мери в Х - первой половине ХIв. 1-6 из могильника у с. Городищи Переславского р-на; аналог. в Михайловском могильнике; 7 - обувная бляха из погребения Киучерского могильника; 8 - подвеска из Евчаковского могильника; 14 - из Михайловского могильники; 17 - из Левинского могильника. Остальные вещи из собрания А.С. Уварова происходят из курганных могильников Владимирской обл. без указания места находки
Рис.69
Рис.69. Украшения женской Муромской одежды по материалам раскопок муромских могильников
Рис.94
Рис.94. Комплекс находок в женском погребении под заливкой из одиночного кургана (8) у пустоши Кубасовой Костромской обл.
Рис.96
Рис.96. Украшения костромской мери XI-XIIвв.
Рис.97
Рис.97. Поясные привести, нагрудные застежки и игольники костромских и ивановских могильников
3 - поясная подвеска, характерная для могильников Прикамья харинско-ломоватовского времени; 6 - поясная подвеска из мог. Черемисское кладбище на Ветлуге; 13 - косник из могильников ветлужских мари ХVIв.
Е.И. Горюнова. Этническая история Волго-Окского междуречья. МИА (Материалы и исследования по археологии СССР), 1961(94)
http://www.museum.murom.ru/wwwmus/archaeol/gor_61/index.htm
П.Н. Третьяков. Об этнической истории Волго-Окского междуречья в середине и второй половине I тыс. н.э.
http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_343.htm
А.С. Уваров. Меряне и их быт по курганным раскопкам. Труды Первого археологического съезда в Москве в 1869г. М., 1871, с.633-847
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_296.htm
Табл.2
Табл.2
Табл.3
Табл.3
Табл.4
Табл.4
Табл.5
Табл.5. Ф.Д. Нефедов. Раскопки курганов в Костромской губернии, проведенные летом 1895 и 1896, табл.2-5
Д.Н. Анучин. О культуре Костромских курганов и особенно о находимых в них украшениях и религиозных символах. М., 1899
Табл.2
Табл.2. 1 - Височное кольцо бронзовое: 2 - Застежка серебряная; 3 - Височное кольцо бронзовое; 4 - Обломок застежки бронзовой; 5 - Застежка бронзовая; 6 - Обломок гривны железной; 7 - Височное кольцо бронзовое; 8 - Застежка бронзовая; 9 - Подвеска - астрагал; 10 - Подвеска медвежий коготь; 11 - Пряжка бронзовая; 12 - Обломок гривны железной; 13 - Бляшка серебряная; 14 - Подвеска серебряная
Табл.3
Табл.3. 1-3,8,11 - Браслет бронзовый; 4 - Бутылкообразная подвеска бронзовая; 5 - Браслет стеклянный; 6 - Браслет железный; 7 - Кольцо бронзовое; 9 - кольцо бронзовое; 10 - Перстень бронзовый; 12 - Обломок браслета бронзового: 13 - Подвеска бутылкообразная бронзовая; 14-16 - Привеска шумящая бронзовая
Табл.4
Табл.4. 1,6 - Копоушка костяная; 7 - Игольник костяной; 8-13 - Гребень костяной
Табл.5
Табл.5. 1, 2 - Нож железный; 3 - Скребок для копыт железный; 4 - Щипцы железные; 5 - Ножницы овечьи железные; 6 - Оселок; 7 - Ножницы шарнирные; 8 - Обойма железная
Табл.6
Табл.6. 1 - Тигель; 2 - Обломок льячки; 3 - Льячка; 4 - Половинка формы литейной каменной; 5,8 - Пряслице шиферное; 6 - Пряслице известниковое; 7,9,10,12,14,15 - Пряслице глиняное; 11 - Пряслице сланцевое;  13 - Пряслице каменное; 16 - Чашка песчаниковая
Табл.11
Табл.11
Д. Эдинг. Сарское городище. Ростов, 1928
А.А. Спицын. Владимирские курганы. Известия Императорской Археологической Комиссии, вып.15, 1905
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_294.htm
П.Н. Tpeтьякoв. К истории племен Верхнего Поволжья в первом тысячелетии н.э. Глава V. Некоторые данные о населении бассейна озер Неро и Плещеево в середине и второй половине первого тысячелетия н.э. МИА, 1941(5), с.90-97
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_298.htm

  

  
СТАТИСТИКА

  Веб-дизайн © Kirsoft KSNews™, 2001