Влес Кнiга  Iсходны словесы | Выразе | Азбуковник | О памянте | Будеславль 
  на первую страницу Весте | Оуказiцы   
Иван Вишенский. Послание к старице Домникии
от 24.01.08
  
О памянте


Честной и благоговЪйной старицЪ Домникии Иоанн странник, о ГосподЪ радоватися желает и спасения прагнет

Пишет до мене пан Юрко, яко от диявола пострадах, зане до Унева отидох; вину же глаголет народную ползу в лучшем от добрых предразсуждающе; таже Христа приводит, яко милосердовав о народЪ и яко изводил их в пустыню не ради пустыннолюбия, но ради мучителныя и завистные власти, да свободнЪ сЪмя слова о животЪ вЪчном посЪет; нынЪ же во градЪ, глаголет, проповЪдь не возбраняется, которую не отбЪгати, але множити потреба и прочая; показующе образ, и нас влечет в подобие, и если глаголу не послЪдуем, многа зла о нас: человЪцы вознепщуют, поносят, оклевещут и в соблазн отчаятелный впадут; и яко пустыня единому ходатайствует спасение, проповЪдь же многим. До здЪ оглавление сих словес и прочая. На сие глаголы, аще бы мы и отвЪщевати не потреба ни мало, свою совЪсть вЪдуще, да не приразимся богу, а не человЪком угодим, - обаче покеже друголюбнЪ глаголет, друголюбнЪ и отвЪщаю, не любопрением словес красящеся, но истину поискав и на среду принес в явление, невЪдущим разумЪти сим творяще.
И первое убо чудуюся сему, яко пан Юрко, ведяще естество человЪческое немощно суще, страстно, грЪшно и всЪми узами аерных духов злобы звязано, - без испытания, искуса, наказания, очищения, просвЪщения и свершения, по Дионисию Ареопагиту, не в чину недужных, але зараз во здравых, очищенных, просвЪщеных и свершенных - человЪка творит и разумЪет. Их же другий ни в снЪ искусом проити не помечтав, сего пан Юрко на мЪсцы ХристовЪ прежде исцЪления страсти, садит и Христову честь отдает, глаголющи: Христос тако чинил, и ты тако твори -, и в то страстных принуждает и привлачит, дабы лживую славу носили и не от бога дЪло начинали, але человЪческому угодию (пекущиеся освобожденю грЪха) догождали.
В том пан Юрко сопротивляется слЪдови законному святых отец, - и есть то великая ересь, - которые, яко сами на дЪла духа святого, властию отправуючиеся, не наскаковали, так и по себЪ будучим степенЪ до того благодатного дару починили и границу закопали, то есть яким способом имЪет боголюбец предспЪти до истинного розума и которыми образы, дЪлы, труды и подвиги, и которые знамения послЪдовати имЪют в совлечение вЪтхого человЪка приходящему изобразили, и гдЪ есть конец, то есть достигшому в предЪл безстрастия, ознаймили, таже, достигши оного безстрастного пристанища, ожидати повеления от бога на дЪло службы его, а не самому без помощи божия выскаковати на герц, остерегли. Бо если бы хто что начинати хотЪл албо и начинал, а без бога, глаголят святыи, таковый не толко ничтожь не успЪет, але еще в прелесть и ересь самозаконную впадет. Видиши ли, госпоже Домникие, як пан Юрко не вЪсть нашего слЪда, по чину и степени к богу приводящего, але зараз на верховный Христов степень вскочил и в гордость мнЪния (ползовати других себЪ неополЪровавшим и страстей мирских несовлекшим повелЪвает) впал.
Присмотрися, госпоже, что пользуют их чернилом хитрости (а не духа святого словесы) воспитанные школные казнодЪи, которые, з латинской ереси себЪ способ ухвативши, зараз школы, бают, проповЪдают и учат, а полЪровного и безстрастного жития не хочют и тот слЪд, изображенный святыми (по отправЪ школноЪ науки), отвергли. Первое, церковному послЪдованию в славословию, благодарению и молитвЪ непотребны суть, ни бо умЪют у церкви ни читати ани пЪти, только, яко и простЪйшие, без помощи церковной нуждЪ богохваления стоят. С которого цвиченя и заживаня способом тым хитростным латинских наук не вижду ни куса: ни попа, ни диякона ани протчого священнического чина служителя, только если тые байки риторские знают, но тЪжь к басням досконалшим, родителем сих, то есть до латини, паки возвращаются и отходят: свойственное к своему духу влечется и прилепляет. Але бым я радил нашим фундатором благочестия во ЛьвовЪ: в первых, церковного послЪдования, славословия и благочестия узаконити, дЪтем научити; таже утвердивши сумнения вЪры благочестивыми догматы, тогда внЪшних хитростей для вЪдомости касатися не возбраняти. Не бо аз хулю граматичное учение и ключь к познанию складов и речей, яко же нЪцыи мнят и подобно глаголют: Зане же сам не учился, того ради и нам завидит и возбраняет. - Сей же глас, мню, в первых пан Виталий, казнодЪя волынский, отрыгал. Но аз о сем ничтоже печалую, ниже о поносЪ и уничижении брегу, ниже о лжи, завистным имЪнем калагаемой, смущаюся. Само бо существо тЪсного пути слЪда, ведущого в живот вЪчный, да извЪстит когождо. Не бо о сромотЪ учащихся аз глаголю: да не отпадут благочестия, утверждаю, - еже пострадаша мнози, извЪстно вЪстЪ. Что бо бых завидети мел духов злобных поднебесных, аеровоздушных учению, в погибель влекущих, евангельский розум Христов в помыслЪ вЪры вдрузивши и тесным путем, вЪдущим в живот вЪчный, пошедши, - сие знамение, яко лгут от зависти. МнЪ бо довлЪет простый и нехитрый Христос, в нем же вся сокровища премудрости и розума. То подобно и на святого Павла апостола нанесут хулу клеветницы, яко от зависти Павел остереггет коласяны, да угоньзнут от тое поганское латынское науки, которые ся нынЪ в тую сЪть духов злобных поднебесных учения умотали, Евангелие повергли. Апостол Павел к колосянам тыми слова глаголет: Братие, блюдитеся, да никтоже вас будет прелщая хитростию и тщетною лестию, по преданию человЪческому, по стихиям мира сего, а не по ХристЪ ИсусЪ, яко в том живет всяко исполнение божества тЪлеснЪ. - Не бо, мню, яко от завидЪния наук Павел сие рече, но, да не увязнут в прелесть от Христовы любви, остерегает. Тако подобно да мниши и о мнЪ, - о пересторозЪ, яже глаголал. И не вЪдомость хулю художества, але хулю, што тепЪришние наши новые руские философы не знают в церкви ничтоже читати, - ни тое самое Псалтыри, ни Часослова. А знать, если бы хто што трохи и знал, як южь досягнет стиха якого басней аристотельских, тогды южь Псалтири читати ся соромЪет и прочее правило церковное ни за что не вмЪняет и яко простое и дурное быти разумЪет. Атежь не вижу инших, толко простою наукою нашего благочестия воспитавшиеся, - тые и подвиг церковный носят и отправуют, а латынских басней ученицы, зовемыи казнодЪи, трудитися в церкви не хочют, толко комедии строят и играют.
И не дивно! Приведу притчю. Коли южь хто наказания внЪшняго трохи досягл, подобен коневи, в стайни хованному и на узах держанному, который, часу пролетного дождавши, коли траву ощутить и выпущен будет, не вЪда, як ся поимати даст от игранья, скаканья и шаленья ради своеволнои владности. Так власне колк хто з благочестия догмат до латынского мудрования и хитрости выпущен будет, не веда, як его южь ухватит и обуздает и к благочестию привлечет. Бо есть так сладкая латынскои прелести трава, иже еЪ воли на широком поли вкусивый своеволно заживати, нижли в стайни благочестия на привязех законных наилЪпшим овсом истинное науки питатися хочет. Там бо есть у латыни своеволя, там есть чистец по смерти мудрым безецником, вшетечником и розкошником, а у нас, дурнои Руси, чистца по смерти немаш, только в терпЪливом страдании и покаянии прежде умертия. И для того в тЪснотЪ сей малы изволяют быти: всЪ ся на широту роскоши вергли и пастыря себЪ такого своеволника (и на широтЪ розкоший скитающиеся) имЪют, который таиньство вЪка сего сына погибелного изобразует, - по Павлу, к солунянам глаголющему.
Отож, госпоже Домникие, нехай ся пан Юрко перво научит церковного чина и тайны его, а не зараз кого без воли Христовы на Христовом мЪстцЪ от своего мнЪния посаждает, глаголючи: Христос так чинил или учил, и ты так чини и учи. - Бо ся с того дерзновения все ереси в нас породили, и церков воздушные духи сплюндровали. Иж не толко жебы хто уготованый на степень церковного и духовного чина восходити мЪл дверми - нет! Але и тые самые дЪролазцЪ, наемницы, злодЪи, разбойницы, волци, драпЪжницы, пси, волхвы, чародЪе, воины, жолнЪрЪ, кровопролийцы, игрцы, скоморохи албо машкарники, всяк вид злобы мирскои прошедшие и естество обезчестившие, которые нашу церков нынЪ опановали и под власть себЪ мучительски покорили, не толко жебы слЪда албо порядку якого законного на входЪ сЪдалища власти церковнои заживати мЪли, але гонятся и один одного для власти сану и позысканья имЪний и перебЪгают и упережают, власнЪ як конские заводницы для закладу. Что бо за чин в нашей церквЪ нынЪ на принятье стану духовного? Не тот ли, присмотрися и признай, если правду глаголю! Днесь кат, а завтра священик, днесь мучитель, а завтра учитель, днесь корчмар и танцоводец, а заутра богослов и народоводец, днесь убийца, а заутра святитель и епископ, доднесь жертовал сатанЪ всЪ время вЪка сего, а нынЪ пред олтарем предстоит и непостижимому божеству таиньствует и жертву приносит. Пытаю вас, не от сих ли ваш хитрЪйший ПотЪй, которого ты, пане Юрку, хвалил и залицал! Розгни книги совЪстные и узриши, иж во уготованных чину не коснел и ни чернец ани страдалец не был, толко так же - днесь еретик и каштелян, а заутра намЪсник Христов - именем, а не дЪлом, и пастырь - славы и чести вЪка сего, а не стада словесных овец и будущого вЪка сотаинник.
Видиши ли, сестро Домникие, куды розумЪнье неправое низпадает и благочестие поруговает! Нехай же не выкладает пан Юрко Христовых словес по страсти и своему угождению, але по правдЪ. И мою пустыню да не уничижает, без которои и он сам (если схочет мира свлещися и памяти и жития страстного свободитися, по Василия Великого писанию к Григорию Богослову) быти не может. А еже глаголет пан Юрко, яко Христос не изводил народ в пустыню развЪ нужди, для власти, проповЪдь возбраняющее, а нынЪ проповЪдь в градЪх не возбраняется, - на тое слово отповЪдь пану Юркови: яко не толко я, ничтоже сый в очах людских, але подобно ино сам Христос с небеси, если бы звал, крест свой залецал и в пустыню изыйти (для очищенья помысла и навыкновенья брани бЪсовское) розказал, - подобно не толко народа, але ни самого книгочию народонаставника, пана Юрка, з логовиска мирского бы выторгнути не могл, бо ся добре напечатали смаки, юхи, шафраны, пЪрце и пирожные сласти на помыслЪ и угождению его. Обецую ти, что ся крестом Христовым пан Юрко прелстити не даст и для него розкоши львовское не оставит. Кольми паче другий народ о пустыни не мыслит, от того ж тЪ и нас не зовут некого, бо бых не мирен был: довлЪет ми свой струп соглядати и к здравию приводити, а не других раздражняти.
А еже глаголет пан Юрко, яко пустыня толко себе спасает, а не других, - в том словЪ познаваю, иж пан Юрко на бЪглости речей толко розум свой забавляет и вЪщает, а власного розума и ведомости истинное во писании не досягает и вЪдати не может, власнЪ як шидерством о спасении говорит, глаголющи: в пустыни себе спасает, - яко бы власнЪ пироги, з ложа вставши, лацно ясти, так в пустыни спастися. А того не вЪдает пан Юрко, что святии над всЪ чюдотворства спасти кому себЪ (не толко в градЪ забазном, мятежном и многомолвном, але и в самой пустыни, в памяти несмутной и отлученной будучи от мира) покладают. Исаак глаголет: БолЪе воскресити душу свою от страстей, нежели воскресити умерших. - А если же так великий подвиг на воскресение души от мирского страстного навыкновения, яко и над чюдотворную благодать ся судит, что же может быти болшого и потребнЪйшого на свЪте, яко же спасти себе? За которое самоособное спасение душевное сам владыка Христос всего мира неспасаемого неровна и недостойна спасаемой (и в царство небесное напечатаной) души чинит. Отож, потреба пану Юркови постаратися о спасении, бо ему ни едина полза от науки других, если себЪ презрит и не спасет. И не может никто никого врачевати албо учити, если наперед себЪ не уздоровит и не научит. Так же и в спасение жаден привести не может, если перво себЪ на спасаемом фундаменте не поставит. Атож, я бым и пану Юркови радил, доколЪ дышет, о своем спасении пилне постаратися, на Христову науку не робити, але послушанием оной пленитися и оно слово апостольское в совЪсти своей пробовати, в которой мЪрЪ предспЪятелного розума стоимо: Учай бо, - рече, - иного, себе ли не учиши? -
Потреба бы нам с паном Юрком тое власное науки духа святого зажити, як бы мучителнЪйшей от всЪх страстей страсти гнЪва и памятозлобия свободитися, а не толко на том досыть мати, жебы книги проходити и речми хвалитися и по своему мнЪнию и страсти писание толковати - тое ни на что ся не придаст и безпотребный разум есть. Христос рече: Если не отпущаети человЪкам согрЪшения их, ни отец небесный отпустит вам согрЪшения ваша. - Як разумЪет пан Юрко о тых словЪх? Что за вымову знайдет, если его в том гневЪ смерть заскочит? А с паном Красовским ся не поеднает, если змовит: Еретик есть и отступник, - але то: В церкви благочестия ся показует быти, а не с еретики и отступники -, если речет: Был, але ся повратил -. Благодарити ж бога за повращение потреба, а не гнЪвом отмщати; бо если отпадших и возвращающихся на покаяние приимати не будет, то з Наватом еретиком в проклятьствЪ от святых отец будет, ибо несть закон християнину, аще и случится поползновение брату отступити от вЪры, на оного гнЪватися, ярити и враждовати, но паче скорбЪти и соболезновати и молитися о нем, просячи бога о дар упометованья: МнЪ бо, - рече, - отмщение, аз воздам, - рече господь. А еже гнЪв и печаль друг на друга имЪти и тым мняся кривду божию отмщати, знамение есть оно, глаголют святии, тщеславное души, а не благолюбное, и о кривде князей вЪка сего воздушных поднебесных, злобою мира сего владучих, а не Христовой (иже совлекся начал и властей и, срамотнЪ наг повешен, еще о распинающих молился) таковый гнев послЪдует.
Прето молюся, сестро Домникие, если хочеш ми быти дЪлом, а не именем сестра, постарайся, абы ся тыя братие смирили и простили, жебы того мучителя диявола спосредЪ себе днем спасительныя пасхи, воскресения Христова, упразднили и вывергли и истинно, а не фарисейски, - Воскресения день, просвЪтимся торжеством - и прочая заспевали. А если бы который з них упором от сатаны связан был и проститися не хотЪл, таковаго не с християны, але с еретики вменити достойно есть, и тот власне с идолопоклонники часть свою мает и Христа отреклся есть.
Приведу подобную повесть от отец святых на зрозуменья тое мучителное страсти и недуга, что ся некогда иным от тогож пострадати трафило. ПовЪсть. Двох братив единомысленных, в иноческий чин вшедших, диявол, завистник спасения християнского, погибели же ревнитель, друг на друга разгневил. Под тым гнЪвом, глаголет, попущеньеы божиим идоложерцы поимали их, и, коли первого дня мучени были, претерпЪли и не предали благочестия. Теды, из муки их изведши, в едину темницу затворили до другого мучения, если ся не намыслят и доброволнЪ идолом не пожрут. Видевши, глаголет, один брат, яко конечно смерть им прияти приходит, если идолом не пожрут, хотячи в мирЪ и прощении из братом к богу отити, просил другого брата о прощении и смирении. Тот брат проститися не хотЪл, так ся сатанЪ памятозлобием связати попустил. На завтрие, глаголет, коли на муку изведены были, оный брат, который прощения искал, мужески претерпЪл, благочестия не предал и, законно скончав, к богу отиде. Сей же, который брата простити не хотЪл, на первом вопросЪ мучения отскочил и Христа ся отрекл и идолом жертвовал. И коли юже был на свободе, вопросил его, глаголет, мучитель тыми словы: Для чего еси вчера без мучения так зараз не учинил, ато еси невиннЪ мучитися дал? - ОтповЪдал он, глаголющи: Для того есми вчера, - глаголет, - терпЪл, бо со мною бог был. А коли брата есми не простил, который от меня прощения искал, тогда и бог меня отступил и нимало терпЪти есми не могл. -
Отож, сестро Домникие, убоятися потреба сея притчи, жебы кто з наших братий в ереси кн умрет. Ничтоже бо есть мерзостнЪйшее богу, яко же бо гневная и памятозлобная (духа гордого, самомнимого и тшеславного ученица и угодница) страсть. На сие ли меня зовЪте, же бым ся у вас бЪсовства учил? Перво ся бЪса свободетЪ и Христа мирного посредЪ себЪ введетЪ, тогда и аз вас посЪщати не отрицаюся. А нынЪ ниже Христос (за властию гнЪва мучительного) не имать, гдЪ у вас главу подклонити в помыслЪ несмутном, ниже аз без Христа и его мира витати, жити албо забавлятися на оного мЪсци нимало могу.
А еже глаголет пан Юрко о возвращении моем, которое, аще укоснет, непщевати, злая поносити, клеветати и отчеяватися мнози будут; вину глаголет - народно ожидание. Сия словеса истовыя басни суть, ниже отвЪта достойни: ни бо аз с народом завЪты завЪщевал, ниже отвЪты творил, но ниже народа знаю, ниже бесЪдою с ними общихся и познанием зрака. Что глаголет пан Юрко, не вЪм. Почто мя ожидают? Егда заимствовах что у кого и долг отдати должен есмь? Не вЪм другого, развЪ страньствовавшого мя пана Красовского и на препитание нечто возложившего, сего и пана Миколая знаю, от прочого же народа никого не знаю. Что есть вина народное страсти и которого народа, доумЪтися не могу. Ни бо вещь, ниже народных лиц, от мене пострадавших, не изобрази, - отвЪщати не вЪм что. О прехвалных же плодах, в мирском житию гнЪздящихся, ими же велможа Юрий похвалися, се есть злым мниманям, поносом, клеветою и отчаянием, аз о сем нимало брегу и попечение имам, егда совЪсть свидЪтельствует ми, яко вину злобную (на недуг сими страстьми уязвитися кому) от себЪ не испустих. Аще ли же кто чем от сих и постраждет, мню, от злого навыкновения, а не от моего изображения сия постраждет, и исполнится на нем Христовая речения глас, - яко злый злЪ глаголет и непщует - и прочая. А еже отчаязатися кому ради отшедшого в пустыню на покаяние, а не и самому тогожде следа покаятелного ревновати, сие не християнина, в жизнь вЪчную нареченного, но идолопоклонников сластолюбного, ему же бог - чрево есть, и о сем не пекуся; да страждет страсть возлюбивый: ОвЪм бо проповЪдаша в живот, овЪм же в смерть, - рече апостол. О сем до здЪ.
По сем блажен свободивыйся прелестей бЪсовских мнЪнных и розумЪний еретических гонзув, в твердыни же вЪры и простотЪ благочестия помысл упования вдрузив, во время исхода, от духов злобных поднебесных не убоится, от них же и вас и нас Христос да сохранит и в книгах живота вЪчного напишет. Аминь.
Писано в монастыри Уневе в нед. цвЪтоносную. Странник реченный Вишенский писал

  

  
СТАТИСТИКА

  Веб-дизайн © Kirsoft KSNews™, 2001