Магура  Самоорганизация | Исследования | Труды | Сосен перезвон | Стожары | Троянская война 
  на первую страницу НОВОСТИ | ССЫЛКИ   
Карпато-Дунайские земли в период римских завоеваний
от 21.12.07
  
Корни



Глава V. Карпато-Дунайские земли в период римских завоеваний.
с.176
Племена и археологические памятники I-IV вв. н.э.
а - сарматские памятники I-середины III вв. н.э.
б - основные памятники Черняховской культуры середины III-IV вв. н.э. на территории МССР,
в - клады монет и отдельные находки предметов,
г - римские крепости,
д - Нижний Траянов вал (начало IV в. н.э.?),
е - Верхний Траянов вал (первая половина в н э. IV в. н.э.),
ж - граница Римской империи (лимес) во II-III вв. н. э., в пределах которых проживало романизованное население,
з - римские и греческие города
1. Варница, 2. Балабанешты, 3. Безены, 4. Белгород-Днестровский, 5. Блештены, 6. Боканы, 7. Будешты, 8. Ганск, 9. Делакеу, 10. Загайканы, 11. Кирилены, 12. Комрат, 13. Корпач. 14. Лукашевка, 15. Малаешты, 16. Маркауцы, 17. Негурены, 18. Оланешты, 19. Оргеев, 20. Первомайск, 21. Радоая, 22. Селиште, 23. Скаяны. 24 Собар, 25. Старые Куконешты, 26. Тецканы. 27. Чобручи, 28. Шестачи
§ 1. Завоевание Римом северодунайских земель и их романизация
Даки и геты в 1-начале II в. н.э.
В истории племен левобережья Нижнего Дуная большую роль начинают играть в I в. н.э. племена даков, родственные гетам: по свидетельству Страбона, даки и геты говорили на одном и том же языке. Но древние отличали даков от гетов; причем даков они упоминали на Внутрикарпатском плато, гетов - на Нижнем Дунае по обоим берегам реки.
К началу I в. н.э. эти племена достигли довольно высокого уровня своего общественного развития, чему способствовали их контакты сначала с греческим, а затем и римским рабовладельческим миром. Общество даков переживало глубокий процесс разложения первобытнообщинного строя, сопровождавшийся социальным расслоением и формированием наследственной царской власти, стремившейся установить политическое господство над союзом родственных племен. Этот процесс образования единой царской власти нередко вызывал сопротивление знати.
Во второй половине I в. н.э. племенной союз даков и гетов под главенством Децебала переживал становление раннего государственного образования. Общество даков и гетов делилось на знатных, отличительным внешним признаком которых был носимый на голове войлочный колпак, и простоволосых, не имевших этого отличия соплеменников. Последние, несомненно, находились в какой-то зависимости и от знати и от царя. Прежде всего, они служили в войске царя, которое скорее всего представляло собой ополчение, набиравшееся всякий раз в случае военных конфликтов и распускавшееся после ликвидации их. Эти простые соплеменники несли также повинности на строительстве укреплений и дворца в царской резиденции Децебала. Но стали ли эти повинности постоянными и были ли они зафиксированы законом остается неизвестным. Считать простых соплеменников крестьянством и одним из антагонистических классов общества даков и гетов вряд ли возможно также и потому, что нет данных о том, что земля у них находилась в индивидуальном владении, не говоря уже о частной собственности. В земельных порядках большую роль играло общинное начало, обусловленное, очевидно, сохранением пережитков кровнородственных отношений, как это известно, например, для паннонских племен времен Августа. Общинные порядки у даков, восходившие к отношениям первобытнообщинного строя отмечал и римский историк I в. н.э. Иосиф Флавий, находивший сходство в обычаях религиозной секты ессеев, живших общинами и имевших общую собственность, и в обычаях и порядках даков.
Нет данных и о рабском труде в хозяйствах знати и царя, хотя дакам, несомненно, было известно рабство.
Видимо, они продавали на сторону в рабство своих соплеменников, что было одним из источников обогащения знати и царя. В среде самих же даков и гетов рабство не было ни ведущей формой эксплуатации, ни основной формой зависимости и, следовательно, у них не было ни класса рабов, ни класса рабовладельцев.
Можно предполагать, что выделившаяся более или менее значительная прослойка знати располагала большими земельными наделами, захваченными у общины. На этой экономической основе создавалась возможность для возникновения царской власти и царской земельной собственности, что было одним из признаков возникающего государства. В руках знати и царя находились большие материальные ценности. Возможно, царь был верховным собственником золотых рудников в горах.
Племенная чеканка серебряных монет у даков и гетов свидетельствует об известной сложности их общественной организации. Вначале эти монеты чеканились по греко-македонским, а с I в. до н.э.- по римским образцам. И ранние, и поздние монеты даков не имели легенды (греческой или латинской) с именем царя или вождя, а также названием племени. Еще в I в. до н.э. римский денарий распространился повсюду на Дунае, оттеснив на второй план монеты племенной чеканки. На укрепленных поселениях даков развивались торговля и ремесло, и в то же время они были центрами отдельных племен, служивших убежищами на случай нападения. Крепости даков в Карпатских горах обносились каменными стенами и земляными валами с двойными палисадами. Внутри крепостей располагались четырехугольные каменные постройки с массивными стенами; к постройкам вели каменные лестницы. Стена имела наблюдательные башни. Внутри крепости были жилища знати и ее защитников. При раскопках крепостей были во множестве найдены железные ремесленные и сельскохозяйственные орудия, керамика даков, изготовленная от руки и на гончарном круге, а также привозная греческая и италийская керамика, изделия из бронзы южноиталийского производства. Раскопки открывают в таких крепостях остатки ремесленных мастерских и плавильных печей. У даков существовало высокохудожественное изготовление серебряной и золотой посуды. Одну из крепостей в Южных Карпатах, располагавшуюся на высоте 1200 м, связывают со столицей Децебала Сармизегетузой. Вне стен находилась священная ограда, где были святилища даков и другие культовые сооружения. Здесь найден обломок большого глиняного, по-видимому, культового сосуда с неоднократно повторенными клеймами с латинскими буквами: Decebalus и (ниже) per Scorilo (Децебал, сын Скорилона). При раскопках дакийских крепостей были найдены также каменные блоки с двумя-тремя буквами греческого алфавита, которые могли быть пометками греческих мастеров.
Отношения с соседними дунайскими племенами, а также с римским рабовладельческим государством - существенный фактор в истории племен левобережья Нижнего Дуная в I в. н.э. Они оказывались втянутыми в общения политического, военного или торгового характера, с греческим, а затем и римским рабовладельческим миром, что подрывало устои племенного быта и способствовало возникновению у этих племен государственности. Через посредство греческих колоний на западном берегу Черного моря, а также основанной в 181г. до н.э. на северовостоке Италии римской колонии Аквилеи (ныне Гориция) римские товары достигали дунайских областей. Во II-I вв. до н.э. происходило завоевание Балканских земель римлянами, которое завершилось захватом правобережного Дуная, выходом к Дакии.
Завоевание Дакии римлянами. Первые военные конфликты римлян с даками последовали в правление Августа (27г. до н.э. - 14г. н.э.), когда возросла и стала очевидной опасность вторжения даков в правобережные дунайские провинции Римской империи. Римляне предприняли несколько военных экспедиций за Дунай, в результате которых даки потерпели поражение. Эти военные кампании затронули также соседние с даками кельтские и иллирийские племена. Одна из римских армий достигла г. Апула (ныне Альба Юлия) на реке Муреш в Карпатах. В 10г. до н.э. римская армия под командованием Марка Виниция, наместника провинции Иллирика, перейдя Дунай где-то в Паннонии, выступила против даков и разбила их, а также бастарнов. В период между 1 и 4гг. н.э. последовала за Дунай экспедиция Гнея Корнелия Лентула. В результате похода за Дунай Секста Элия Ката в провинцию Мезия было переселено 50 тыс. гетов и даков.
Военные экспедиции римлян за Дунай и переселение на правый берег реки значительного числа даков и гетов существенно ослабили эти племена. Как писал Страбон, - геты и дакийцы, достигшие когда-то высшей степени могущества и бывшие в состоянии выставлять войско в 200 000 человек, теперь настолько ослабели, что могут выставить только около 40 000 человек и почти что дошли до подчинения римлянам. Тем не менее они не совсем еще покорились, так как возлагают надежды на германцев, которые враждебны римлянам -.
Наместник Мезии во времена правления императора Нерона Плавтий Сильван переселил в 62-67гг. н.э. в эту провинцию более 100 тыс. человек из задунайских племен. Это переселение было также следствием нападения сарматов, движение которых к Дунаю Плавтий Сильван подавил в самом его начале.
Этими сарматами были роксоланы. Их перемещение из северо-причерноморских областей затронуло давнее население левобережья Нижнего Дуная - гетов, бастарнов и даков и проходило в столкновениях с ними. Переселены были, очевидно, земледельческие племена (преимущественно проживавшие к северу от Дуная даки и геты), так как эти более чем 100 тыс. задунайцев получили земли в Мезии с обязательством уплаты налога за них римским властям. Роксоланы, как племя кочевое, не могли быть размещены в пределах империи. От них могли быть потребованы заложники в обеспечение мира на Нижнем Дунае. Роксоланы подошли тогда к дунайской границе очень близко. Зимой 69-70г. н.э., как сообщает Тацит, они вторглись в Мезию и уничтожили здесь две римские когорты.
Наместничество Плавтия Сильвана в Мезии подготовило вхождение в состав провинции древнегреческой колонии Тиры. Возможно, ранее Тира уже получила от Рима статус свободного, но союзного с Римом города, с чем могло быть связано начало в 57г. нового летосчисления. Город сыграл, очевидно, большую роль в подготовке операций против осаждавших Херсонес скифов. Тира или Ольвия должны были дать Плавтию Сильвану корабли для военных действий и доставки пшеницы в Рим из Мезии, которая могла осуществиться только морским путем.
Все эти события развертывались на огромной территории от Нижнего Дуная до Крыма и неизбежно должны были затронуть Днестровско-Карпатские земли. Отныне левобережье Нижнего Дуная находилось в сфере римских интересов. Учитывая важное военно-стратегическое значение задунайских областей для безопасности правобережных провинций, Римская империя настойчиво создавала за Дунаем систему зависимых от Рима варварских племенных объединений из германских племен маркоманнов, занимавших области нынешней Моравии, и квадов, обитавших тогда на территории Словакии. В 69г. в клиентские отношения с Римом было поставлено сарматское племя языгов, осевшее в начале I в. н.э. в междуречье Дуная и Тисы. С момента своего прихода на Дунай и вплоть до падения римской власти в Дакии языги и подошедшие к Нижнему Дунаю роксоланы стали немаловажным фактором во внешнеполитической истории Рима на Среднем и Нижнем Дунае.
Клиентские отношения задунайских племен с Римом характеризовались тем, что племена должны были следовать в русле римской внешней политики, оказывать Риму военную помощь поставкой воинских контингентов. Они не должны были вести войн друг с другом и не пропускать через свои земли двигавшиеся к Дунаю другие варварские племена. За это Рим обязывался выплачивать царям таких племен денежные субсидии, давать подарки, снабжать продовольствием и в необходимых случаях оказывать им военную помощь. Но племена, находившиеся на положении клиентов римского государства, отнюдь не всегда следовали в русле римской политики. Они и сами вторгались в римские пределы и пропускали другие племена к границам империи. В правление Домициана (81-96гг. н.э.) римское правительство попыталось поставить в положение клиентов римского государства и даков. Однако мирные отношения между даками и римлянами были непродолжительными.
В 101г. император Траян начал новую войну, состоявшую из двух кампаний. Весной римская армия численностью около 200 тыс. человек двумя колоннами, одна из них под командованием самого императора, перешла Дунай. Столица Децебала Сармизегетуза лежала высоко в горах и добраться до нее можно было только через ущелья в Карпатах. Чтобы воспрепятствовать дальнейшему движению римских армий, геты и какие-то их союзники, остающиеся неизвестными, предприняли отвлекающие действия в дельте Дуная и вторглись в провинцию Нижняя Мезия. Они захватили не только незащищенные поселения, но и воинские лагеря и укрепления. Траян, оставив армию, поспешил на Дунай. Под его командованием римляне сначала разбили в конном сражении союзников гетов, а затем и их самих. После очищения Нижней Мезии от врагов Траян вернулся в Дакию. Здесь обе римские армии, к тому времени соединившиеся, вступили в кровопролитное сражение с даками и нанесли им поражение. Летом 102г. римские армии начали продвижение к столице даков через проходы в Карпатах. В сражениях на подступах к столице даки были разбиты. Децебал согласился на все условия римлян.
Заключенный мир не был прочным.
с.158
Битва даков и гетов с римлянами (рельеф колонны Траяна начала II в. н.э.)
Децебал продолжал открыто набирать войска и собирал вокруг себя для борьбы с Римом соседние племена. Он восстановил стены срытых им по условиям мира крепостей и захватил часть земель языгов - союзников римлян. Римляне также сооружали укрепления и дороги на захваченной в первую военную кампанию территории даков. Между 103 и 105гг. архитектором Аполлодором Дамасским был построен каменный мост через Дунай у поселения Дробета (ныне Дробета-Турну Северин) для обеспечения и транспортировки римских войск.
Вторая кампания началась в 105г. нападением даков на римские укрепления на дороге Дробета-Диерна (ныне Оршова). Под главенством Децебала против Рима выступила коалиция нескольких племен. Союзниками даков и гетов были германские племена - буры и бастарны, возможно, сарматское племя во главе с Сардонием, а также агафирсы и костобоки. Римская армия перешла Дунай по мосту Аполлодора и, разделившись на несколько колонн, двинулась к столице Децебала. После ряда сражений Сармизегетуза была взята в результате длительной осады, с помощью военных машин и сооружений. Даки сами предали свою столицу огню. Знатные даки, которые предпочли разделить судьбу города, приняли яд. Сдавшиеся римлянам были благосклонно приняты Траяном. Децебал с оставшимся у него войском бежал на восток страны. Завоевание Дакии и обращение ее в римскую провинцию было отмечено специальным выпуском монет с надписью Дакия захвачена. Децебал еще некоторое время пытался оказывать сопротивление римлянам, но в одном из столкновений с ними под угрозой пленения пронзил себя мечом.
В войнах с Римом погибло или попало в плен значительное число даков и гетов. Многие из оставшихся в живых покинули свою страну. В римских источниках упоминаются свободные даки, обитавшие у границ провинции. В III в. вне границ провинции известно дакийское племя карпов. Император Юлиан (361-363) писал, что Траян совсем истребил племя гетов. По свидетельству Евтропия (IV в. н.э.), - Траян, ззоевав Дакию, переселил туда со всего римского мира огромное множество людей для возделывания полей и заселения городов, ибо Дакия в результате длительной войны Децебалом лишилась своего мужского населения -. Все население страны, конечно, не могло быть ни уничтожено, ни уведено в плен, но опустошение Дакии было весьма значительным. Рабы из пленных даков и их союзников, а также из других, обитавших в Дакии племен попали в Италию и в римские провинции. Дакийские племена, создавшие под властью Децебала крупное объединение, постигла та же участь, что и многие другие племена и народы тогдашней Европы. Их непрочные первичные государственные образования не смогли противостоять римской агрессии и были разрушены в самом процессе их возникновения, а земли преобразованы в римские провинции.
Римская провинция Дакия. Завоеванные за Дунаем земли вошли первоначально в состав прежних дунайских провинций. Захваченные в первую кампанию вошли в правобережную провинцию Верхняя Мезия, после второй кампании земли между Карпатами и Дунаем, а также узкая полоса Днестровско-Карпатских земель были присоединены к провинции Нижняя Мезия.
В 107г. была образована новая римская провинция Дакия - единственная область империи на левом берегу Дуная.
На завоеванной территории были построены крепости и военные лагеря - опорные пункты римлян, в том числе крепость в устье реки Сирет. Один из римских отрядов разместился на месте прежней дакийской крепости Пироборидава. Однако уже в 118г. под давлением непрерывно нападавших гетских и сарматских племен римляне вынуждены были оставить свои опорные пункты восточнее реки Олт, за исключением крепости в устье Сирета. Находки римских монет из этих крепостей кончаются 117г. В этот период (с 107г. по 118г.) римской власти в левобережье Нижнедунайской низменности, когда произошел только военный захват страны, не могло быть осуществлено ни освоение этих областей, ни основание здесь каких либо гражданских поселений или городов. Неизвестны также латинские надписи на камнях и другие эпиграфические памятники, которые свидетельствовали бы о городской жизни или римской гражданской администрации. При Траяне, если не ранее, римский гарнизон был поставлен в Тире. Очевидно, тогда же Тира была включена в состав провинции Нижняя Мезия. Римский гарнизон Тиры составляли отряды нижнемезийских легионов - I Италийского, VII Клавдиева и V Македонского.
Император Адриан (117-138) провел в Дакии несколько военно- административных реформ. Провинция Дакия включала в себя почти всю горную Карпатскую область с примыкающими к ней землями между горами и Дунаем. Началось строительство на границах провинции оборонительного пояса-лимеса, который ограждал Внутрикарпатское плато и пересекал Придунайскую низменность параллельно реке Олт (Алутус) до Дуная. Лимес представлял собой линию близко стоявших друг от друга крепостей, укрепленных военных лагерей и опорных пунктов. Самые важные или уязвимые его участки, особенно те, что не имели дополнительной естественной защиты (гор, рек и ущелий), укреплялись оборонительными линиями в виде мощных деревянно-земляных валов с каменными башнями, которые тянулись на десятки и сотни километров. Таким образом, лимес ограждал новую провинцию от окружающего ее с запада, севера и востока варварского мира.
Освоение провинции римской администрацией, ее романизация за столь сравнительно короткий срок существенно преобразили эту территорию, лежавшую среди варварских земель. Вместе с внедрением рабовладельческого способа производства, распространением римских технических достижений, быта, языка, обычаев и верований романизация охватила все стороны хозяйства, социальной культуры и жизни провинций, в том числе покоренного местного дакийского и гетского населения. Естественные богатства Дакии, ее плодородные земли привлекли в провинцию множество колонистов со всего римского мира. По выражению Евтропия, они прибыли в Дакию - для возделывания ее полей и заселения городов. Среди прибывших преобладали уроженцы восточных провинций: Сирии, Вифинии, Галатии, Каппадокии, Египта, Пальмиры, Азии. С запада пришли колонисты из Африки, Германии, Норика, Паннонии, Далмации, а также из Италии.
На месте прежних племенных центров даков римляне основали ряд своих колоний и муниципиев. Города, в том числе и вновь созданные, получили собственные земельные территории и самоуправление. Земельные территории включали пахотные земли, пастбища и леса. На этих территориях находились земельные наделы граждан города. Ветераны войск, поселенные в Сармизегетузе, получили земельные наделы, которые обычно давались им после 20-летнего срока безупречной службы. Основание римского города в провинциях означало образование римской гражданской и землевладельческой общины. Возникновение города сопровождалось строительством форума (центр общественной и религиозной жизни города), здания сената, храма Юпитера, Юноны и Минервы, а также храмов других богов греко-римского пантеона, общественных терм, амфитеатра, системы пересекающихся под прямым углом улиц.
В городах получила развитие интенсивная экономическая жизнь, что в немалой степени было связано с разработкой естественных богатств Дакии, а также обеспечением стоявшей в провинции многочисленной римской армии. Дакия была преимущественно сельскохозяйственным краем, хотя высокого развития достигли горнорудное дело и ремесленное производство. Экономика городов древности основывалась прежде всего на земледелии. Было развито зерновое хозяйство, виноградарство, скотоводство, разработка леса. Отдельные отрасли экономики провинции, как и хозяйства римских колонистов, основывались главным образом на рабском труде, хотя существовали и другие формы зависимости и эксплуатации, остающиеся неизвестными. Труд рабов использовался в ремесленном производстве, в торговле, в эксплуатации пастбищ, в сельском хозяйстве, а также в горнорудном деле.
Золотые рудники Дакии стали собственностью императора. Чтобы наладить их работу, в Дакию были переселены свободные горнорабочие из Далмации, Вифинии и Галатии, которые образовали в Дакии свои села и рудничные поселки. С этими горнорабочими связано несколько дошедших до нас документов - договоры о покупке рабов, контракт о покупке половины дома, соглашение об учреждении заемно-ссудного товарищества и др. Эти документы свидетельствуют об оживленной хозяйственной жизни в таких поселках. Помимо добычи золота в Дакии разрабатывались также железные, серебряные и свинцовые рудники и производилась добыча мрамора. В надписях сохранилось множество  упоминаний о ремесленных коллегиях - объединениях кузнецов, портных, деревообделочников, перевозчиков, судовладельцев. Существовало развитое керамическое производство.
Дакия находилась в оживленных торговых связях с дунайскими провинциями - Паннонией, Мезией, Далмацией, с восточными провинциями, а также Италией. Из малоазийских провинций ввозились высокосортные вина и оливковое масло, из Галлии и Паннонии - керамика, из Италии - предметы роскоши и искусства, украшения, вино, дорогие керамические и бронзовые изделия. Из Дакии в Рим поступало золото, а также железо, соль, лес, мрамор. В торговой деятельности были заняты главным образом богатые отпущенники, которые в Дакии достигли большого благополучия и были в городах весьма активным слоем населения.
Религиозная жизнь Дакии отличалась обилием верований и представлений. Население провинции почитало римских государственных богов - Юпитера, Юнону и Минерву, а также императора, что было обязательно для всех жителей империи. В городах обнаружено множество латинских надписей и алтарей, посвященных этим и другим богам греко-римского пантеона, а также богам восточного происхождения. Почиталось иранское божество света - Митра, получившее большое распространение и в римской армии, и среди служащих императорской администрации провинции, и среди рабов, а также сирийское божество Юпитер Долихен. Известно множество посвящений греческим, египетским богам и божествам синкретического характера, особенно в Сармизегетузе.
Колонисты, прибывшие в Дакию из восточных провинций Римской империи, образовывали в городах свои коллегии и землячества. Так в Напоке (ныне Клуж-Напока) галаты имели свою отдельную коллегию. Прибывшие из Понта и Вифинии образовали свою коллегию в Апуле в 196г. Стоявшие в Дакии два легиона - XIII сдвоенный в Апуле и V Македонский в Потаиссе (ныне Турда), а также вспомогательные войска (конные алы, конные и пешие когорты, набиравшиеся из различных этнических контингентов империи), оставили множество посвящений богам греко-римского пантеона, а также восточным богам, пользовавшимся в тот или иной период особым покровительством императорской власти. В римской армии на Дунае и в Дакии также было широко распространено в конце III в. почитание дунайского всадника.
С городами и городской жизнью вообще было связано подавляющее большинство латинских надписей, найденных на территории провинции. Распространению латинского языка в Дакии, как и в других дунайских провинциях, способствовала многолетняя служба в римской армии, легионах и вспомогательных частях. Все провинциальные города Римской империи и города Дакии имели частные и общественные школы, где учили началам латинской грамоты и арифметике. В школах учили наизусть Гомера, Вергилия, Энния и других поэтов. О знакомстве провинциального общества с римской поэзией свидетельствуют стихотворные латинские надписи. Дошедшие до нас латинские надписи связаны с римскими колонистами, а также с римской администрацией и армией, которая играла немалую роль в романизации провинций.
С возведением римских городов в ранг колоний или муниципиев наиболее состоятельным и лояльным слоям дакийского населения предоставлялось римское гражданство, означавшее самый высокий правовой статус в империи, с которым были связаны определенные политические права и экономические привилегии. Даки становились гражданами городов и принимали участие в общественной и религиозной жизни. Они владели землями и рабами. Одна из надписей упоминает дака рабовладельца Элия Валента, по прозвищу Эсбена, его жену и, очевидно, отпущенников Элию Сиру и Фортуната. Даки, ставшие римскими гражданами и землевладельцами, были магистратами городов и занимали различные культовые должности. Так, Публий Элий Дакиан, предки которого (или он сам) получили римское гражданство от императора Адриана, был городским магистратом Напоки; Марк Ульпий Целерин, военный переводчик для сношений с даками, обитавшими вне границ провинции, служил в I вспомогательном легионе, стоявшем в Паннонии. Романизованные даки почитали божества греко-римского пантеона. Культ Диониса, а также культы римских земледельческих божеств Либера и Либеры, нашли признание у местных жителей.
В Напоке были коллегиоты с фракийскими именами. Среди лиц, носивших императорские родовые имена Ульпиев, Элиев и Аврелиев, которых во множестве называют латинские надписи в качестве магистратов, жрецов, а также ветеранов, очевидно, были и романизованные даки. Но они нам не известны, так как при их латинских именах нет характерных фракийских прозвищ. Процесс романизации шел одновременно с развитием городского строя и сопровождался предоставлением права римского гражданства населению провинции. Романизация означала образование в Дакии сословно-классовой структуры по типу римского рабовладельческого общества, где основными антагонистическими классами были рабовладельцы и рабы. Романизация предполагала также принятие и усвоение римской государственной религии, олицетворявшейся в культе Юпитера Капитолийского, Юноны и Минервы, а также почитание здравствующего и умершего императора, что в условиях императорского режима было одновременно свидетельством лояльности гражданина. Романизация заключалась также в знании латинского языка и усвоении римского образа жизни, включавшего в себя принятие римских традиций в сфере религии, культуры, морали, быта и семьи.
Центрами социальной и культурной романизации провинции были города. Привнесенные римскими колонистами рабовладельческие отношения распространялись прежде всего в городах и на городских земельных территориях. Городская жизнь получила развитие главным образом в западных и юго-западных частях провинции, откуда происходит множество римских надписей и других памятников римской провинциальной культуры. Большинство населения провинции жило в сельских поселениях.
Распространение рабовладельческих отношений в Дакии привело к резкой социальной дифференциации ее населения. В руках богатых и влиятельных граждан городов находились естественные богатства провинции. Рабы и низшие слои населения в городах и селах подвергались эксплуатации со стороны как римского государства, так и отдельных представителей римской власти, богатых граждан городов. Притеснения провинциальной администрации, воинские наборы, повинности в пользу военных и гражданских властей не могли не вызывать недовольства низших слоев провинциального населения. Одной из форм протеста было бегство рабов. Проявлением недовольства римским господством, очевидно, следует считать и выступления разбойников, как именовали их римские юристы. Среди этих разбойников были выступавшие против римских властей представители беднейших слоев населения Дакии, а также прорывавшиеся через границы провинции варвары.
Романизация и местное население. Масса римских колонистов оседала преимущественно в юго-западной, западной и центральной частях провинции, там где возникли римские города и множество сельских поселений. В настоящее время на территории провинции известно более 600 пунктов, где во II-III вв. находились поселения римских колонистов, села, небольшие сельские поселения, сельские виллы, владельческие усадьбы, горнорудные и ремесленноторговые поселки, города. Оставшееся в провинции местное население по большей части было оттеснено на менее плодородные земли Внутрикарпатского плато, предгорий и горных котловин Южных и Восточных Карпат, на которых обнаружено более 100 пунктов II-III вв. (поселения, могильники, находки кладов и др.), связанных с пребыванием здесь местного населения. За сравнительно короткое время римского господства местное население провинции в большей или меньшей степени подверглось романизации, которая настойчиво проводилась римской администрацией во всех областях жизни.
Дакия интенсивно заселялась римскими ветеранами, романизованными, слабо или вовсе еще нероманизованными выходцами из других провинций империи. Они вступали в различные отношения с местным населением, испытавшим более или менее значительное воздействие римской культуры. Основная масса местного населения была оттеснена в периферийные районы провинции, отдаленные от городов и крупных селений, которые были центрами распространения римской культуры, и в разной степени испытывала ее воздействие. Другая, сравнительно небольшая, оказавшаяся в среде городских жителей часть гетов и даков быстро романизировалась, утрачивая свою самобытность под воздействием нивелирующего римского мирового владычества. Местное население, жившее главным образом в предгорьях и горных котловинах, во многом сохраняло традиционный образ жизни. Жилищами, как и в прошлом, ему продолжали служить землянки и наземные дома, сооруженные из дерева и глины, рядом с которыми располагались хозяйственные ямы. В быту жителей поселений, не слишком отдаленных от городских центров, получила распространение провинциальная римская керамика наряду с другими привозными предметами обихода. Однако местные мастера продолжают делать довольно много характерной дакийской и гетской гончарной посуды (горшки, дакийские чашки и вазы на ножке, корчаги), украшенной традиционным налепным и нарезным геометрическим орнаментом и лощением. У местного населения сохранились древние типы украшений: серебряные плетеные цепи, браслеты со звериными головами, фибулы, ожерелья и др.
Одной из наиболее устойчивых культурных традиций местного населения оказался погребальный обряд, но и он утрачивает некоторые самобытные черты и приобретает новые, ему не свойственные. Исчезают курганные погребения, на смену которым постепенно приходят другие - в продолговатых овальных могильных ямах, распространенных в римских провинциальных могильниках Мезии и Паннонии, появляется обычай класть монеты в могилы.
После римского завоевания и образования провинции оставшееся здесь местное сельское фракийское население продолжало заниматься земледелием и животноводством, используя старые, привычные приемы и орудия труда. Однако в обработке земли и урожая прежние дакийские рало, серп, жернова довольно быстро стали вытесняться более совершенными римскими. А в хозяйстве той части местного населения, которой пришлось приспосабливаться к жизни в предгорьях и горах, менее благоприятных для земледелия, на передний план стало выдвигаться отгонное, пастушеское скотоводство. Зная преимущества отгонного скотоводства, прежде всего разведения овец, требовавшего гораздо меньших затрат, римские латифундисты также стали практиковать его в своих хозяйствах, создавая для этого особые группы пастухов, по-видимому, из коренных жителей, хорошо знавших местные условия. Пастушеские группы, которые появились не только в Дакии, но и в других горных провинциях империи, в частности на Балканах, представляли собой довольно значительные, сплоченные, хорошо вооруженные коллективы пастухов со своими семьями, большую часть года предоставленные самим себе. Они перемещались со стадами по хорошо знакомой только им местности, между значительно отдаленными друг от друга летними и зимними пастбищами. Римский писатель и ученый I в. до н.э. Варрон в своем сочинении О сельском хозяйстве писал о подобных подвижных пастушеских группах: Для тех стад, которые пасутся в лесных и горных местах и далеко уходят от дома, берут с собой плетенки и сети, с помощью которых и устраивают скотный двор. Берут с собой и прочую утварь. Овцы обычно кочуют по всей стране, зимние их пастбища отстоят от летних часто на много миль (Варрон. О сельском хозяйстве. М., 1957, II, 2, 9). Зачастую пастухов сопровождали женщины, которые готовили пастухам еду. Постепенно такие пастушеские группы, обычно состоявшие из лично свободного населения, превращались в обособленные общины со своим самоуправлением. Особенно много таких общин появилось, по-видимому, в среде даков и гетов, подвергавшихся романизации, основная масса которых в провинции Дакия проживала в горных лесных местностях. Это население воспринимало некоторые традиции римской культуры и быта, народную латынь.
Однако, несмотря на интенсивную романизацию в провинции Дакия, римская культура и язык не смогли окончательно вытеснить местные. Латинская письменность и язык, судя по всему, были гораздо более распространенными в городах, чем в сельских поселениях. Из найденных на территории римской провинции около 3000 латинских надписей лишь несколько десятков происходят из сельской местности. В общении с колонистами местное население воспринимало, очевидно, лишь разговорную народную латынь, которой владело долгое время наряду с родной речью. Даже на правобережье Нижнего Дуная, где романизация была гораздо более продолжительной и глубокой, а римляне и фракийцы жили совместно на большинстве поселений, она не смогла сгладить языковых различий.
Латинский язык был одним из самых действенных факторов романизации. Еще император Веспасиан (69-79гг.) издал специальный эдикт, предусматривавший, что латинский язык вводится повсюду как деловой и административный язык в городах, все жители обязывались его усвоить и только принадлежащие к жалкому простонародью могли этого избежать. Латинский язык был средством общения между колонистами, говорившими на разных языках, и местным фракийским населением. Наряду с распространением литературного языка здесь формировалась местная народная, разговорная латынь. Следствием римского господства и романизации было появление романизованного населения в пределах римской провинции Дакия, а также на Балканах.
§ 2. Днестровско-Карпатские земли в I-III вв. н.э.
Дакия - далеко выдвинутая на север и единственная провинция империи на левом берегу Дуная - находилась в непосредственных и постоянных контактах с соседними варварскими племенами. У ее западных границ обитали сарматы-языги, на север и северо-восток от провинции жили племена свободных, т.е. не покоренных римлянами даков, а также германские и славянские племена. У восточных границ Дакии кочевали сарматы-роксоланы, которые в I-II вв. в значительной степени заселили степи и лесостепи. В долинах Сирета и Прута жили германцы-бастарны, в такой степени смешавшиеся к I в. н.э. с гетами и сарматами, что древние авторы не были единодушны в определении их этнической принадлежности. Северо-западнее бастарнов, в верховьях Прута и Днестра, обосновались костобоки, этническая принадлежность которых остается не совсем ясной. Вероятнее всего, костобоки были пришлыми из Внутрикарпатской области фракийскими племенами, подвергшимися сильному славянскому воздействию. Дакийские племена карпов занимали центральную часть земель между Прутом и Карпатами, а на Нижнем Днестре жили тирагеты, которых называет Страбон. О том, что тирагеты заселяли берега Тираса, мы узнаем из сообщения римского ученого I в. н.э. Плиния Старшего. Упоминание Птолемеем тирагетов-сарматов показывает, что в приднестровских областях обитали во II в. также сарматы и что эти сарматы были смешаны с гетами. Среди племен левого берега Нижнего Дуная близ его устья античным писателям были известны сарматы-роксоланы и аланы, певкины и родственные им бастарны. Со всеми этими племенами у населения римской провинции Дакия, а также правобережных дунайских провинций существовали экономические и культурные связи, несмотря на то, что отношения рабовладельческой Римской империи с приграничными варварскими племенами, находившимися на стадии военной демократии, в основном были враждебными.
Фракийские племена костобоков и карпов. В верховьях Днестра и Прута в I-III вв. распространялись культуры дако-фракийского и смешанного славяно-фракийского облика. Носителями одной из них (липицкой) были, как считают, костобоки. Они появились в Верхнем Поднестровье на рубеже нашей эры, очевидно, из Внутрикарпатского плато. Отделение и переселение части фракийских племен за Карпаты было следствием межплеменных столкновений. К приходу носителей липицкой культуры Верхнее Приднестровье было населено древними славянами пшеворской и зарубинецкой культур. В первые века нашей эры сюда вторглись сарматы. Поселения и могильники, предметы труда и быта, весь облик липицкой культуры в основе своей был дако-фракийским. Со временем на липицкую культуру оказала влияние культура древних славян вследствие общения этих племен между собой. К началу III в. липицкая культура прекращает свое существование, а ее носители, видимо, были ассимилированы древним славянским населением.
В середине II в. н. э., как показывают археологические исследования, новая волна фракийского населения из Внутрикарпатского плато появилась в Верхнем Попрутье, заняв подгорную территорию между Днестром и истоками реки Сирет. Эта группа племен вместе с древними славянами приняла участие в создании так называемой культуры карпатских курганов, которая существовала до начала VI в. Большие по размерам поселения людей этой культуры с обычными для фракийцев наземными жилищами из дерева и глины, а позднее и полуземлянками, которые отапливались очагами, были расположены в низинах, среди земель, пригодных для земледелия и животноводства, которые играли одинаковую роль в их хозяйстве. Выращивали пригодные для подгорных природных условий два вида пшеницы (спельту и полбу), овес, ячмень и чумизу, собирая урожай железными серпами. В стаде преобладали крупный рогатый скот и лошади. В меньшей степени разводили свиней, а также овец и коз. Существовали железоделательное и гончарное ремесла. На поселениях открыты гончарные мастерские, в которых изготавливалась традиционная фракийская посуда, а также керамика с позднекельтскими и провинциальноримскими элементами. Фракийские и древнеславянские черты характеризуют домашнее производство лепной посуды. Племена этой культуры хоронили остатки кремации под курганами, что особенно отличало их от фракийских племен липицкой культуры.
К середине V в. носители культуры карпатских курганов слились с массой славян, продолжавших расселяться в Карпатском регионе. Во второй половине I тысячелетия в северо-восточном Прикарпатье уже обитали восточнославянские племена хорватов. Взаимовлияние культур было обусловлено тем, что в первые века нашей эры происходили активные перемещения различных племен. В это время древние славянские племена вышли в бассейн Днестра, откуда впоследствии начали освоение левобережных низовий Дуная. Выйдя к Днестру, славяне вошли в контакт с костобоками, находившимися на северо-восточной окраине огромного фракийского мира Юго-Восточной Европы. Далее на юг, к Дунаю, соседями костобоков были дакийские племена карпов.
Карпы появляются на исторической арене Днестровско-Карпатских земель во II в. Первоначально они занимали территорию в Восточном Подкарпатье, ограниченную на юге реками Путна и Тротуш, а на севере - рекой Молдова. К середине III в. карпы заселили также и земли между Сиретом и Прутом.
Поселения карпов располагались на плодородных черноземных землях и лугах, главным образом на небольших притоках Прута и Сирета, на реках Бистрица и Молдова. Ниже поселений находились обычно заливные луга, выше и на одном уровне с ними - пахотная черноземная земля, а еще выше - лиственный лес.
Часто поселения тянулись вдоль берега ручья или же дна лощины; Они основывались под защитой естественных укрытий и препятствий. Для поселений выбирались места, огражденные двумя балками или же находившиеся на высоком мысу, образованном слиянием двух ручьев. Население обитало в наземных домах со стенами из плетня, обмазанного глиной, которые характерны для районов с повышенной влажностью, или в углубленных жилищах, а также в землянках.
Основными занятиями карпов было земледелие и скотоводство. Об этом свидетельствуют находки железных наральников и железных серпов. В у потреблении еще были также серпы, сделанные из кости. Возделывались пшеница и просо, отпечатки зерен и соломы которых сохранились в глиняной обмазке жилищ, лен, конопля. О занятиях земледелием свидетельствуют также находки хозяйственных ям для хранения зерна и каменных зернотерок. В состав стада входили коровы, волы, свиньи, овцы, козы, лошади. Земледелие и скотоводство дополнялись охотой в обширных лесах, покрывавших тогда значительную часть Днестровско-Карпатских земель, и рыболовством.
Обработка продуктов земледелия, животноводства и промыслов была домашним делом. О переработке овечьей шерсти свидетельствует большое количество пряслиц, обнаруженных на поселениях. Было развито домашнее прядение и ткачество: в ряде мест обнаружены остатки грубоплетенной шерстяной, льняной и конопляной ткани, иногда скрепленной фибулой. Однако металлургическое и гончарное производства, существовавшие на поселениях, уже выделились в ремесла. Довольно большое количество железных орудий труда, бытовых предметов, а также наличие железного шлака на поселениях свидетельствуют о занятии выплавкой и обработкой железа. Довольно развитыми у карпов были также ювелирное дело (изготовление украшений из серебра и бронзы) и гончарное ремесло. Для карпской культуры характерно сходство форм традиционной лепной и гончарной керамики: банкообразные сосуды с налепными валиками и вдавлениями, вазы на высокой ножке, большие корчаги, покрытые лощением чаши. В производстве керамики заметно провинциально-римское влияние: появились двухъярусные гончарные горны, близкие по конструкции к римским, часть керамических изделий воспроизводит провинциально-римские образцы.
У племен карпов, как и гетов и костобоков, шел процесс распада первобытнообщинных отношений. Погребения фракийских могильников свидетельствуют об имущественной дифференциации, о выделении племенной верхушки. Богатые захоронения содержат бронзовые привозные вещи, фибулы римского происхождения, ткани с золотой нитью, поясные пряжки, стеклянные кубки, золотые подвески, серебряные серьги, бусы различной формы, железные ключи. Нередко встречаются зеркала из бронзы или белого металла с тамгообразными знаками, служившие амулетами. Эти зеркала, свойственные сарматской культуре, нашли большой спрос у фракийской аристократии и изготовлялись специально по ее заказу местными мастерами. Во II и особенно III в. в землях к востоку от Карпат появляется значительное число крупных кладов серебряных римских денариев - следствие накопления богатств в руках верхушки фракийского общества, родоплеменной знати и царей.
Имущественное и социальное расслоение фракийских племен, укрепление власти родоплеменной аристократии сопровождались созданием племенных объединений во главе с царем, находившихся в постоянных военных конфликтах с Римской империей. Создав мощный союз племен, карпы в III в. совершали разрушительные набеги на провинции Дакия и Нижняя Мезия. Одно из наиболее крупных нашествий карпов на Дакию произошло около 245г., когда на ее территории было зарыто большое число кладов. Римляне откупались от налетов карпов и, видимо, в значительной мере этим следует объяснить наличие множества кладов с римскими серебряными монетами в землях расселения карпов к востоку от Карпат. Эти клады накоплялись преимущественно военными предводителями и родоплеменной знатью.
Появление и распад союзов родственных и неродственных племён, постоянное взаимодействие разных племен в продолжительных походах, по словам Ф. Энгельса, перемешивали между собой не только племена и роды, но и целые народы. Это способствовало их взаимному влиянию, особенно в культуре.
Сарматы в Днестровско-Карпатских землях. С сарматами связан большой период древней истории Юго-Восточной Европы. В IV-III вв. до н.э. они были восточными соседями скифов и проживали за Танаисом (Доном). Наименование сарматы появляется у античных авторов как общее название для ряда родственных племен. Древнегреческий историк Геродот говорил о родстве скифов и сарматов, принадлежавших к одной и той же ветви ирано-язычных племен, отмечая близость их языка. Сарматскими племенами были аорсы, сираки, роксоланы, языги, аланы и др.
В I в. н.э. сарматы уже продвинулись на Дунай, вытеснив скифов из степей Северного Причерноморья. Раннее присутствие сарматов на северном побережье Понта засвидетельствовано римским поэтом Овидием, сосланным в Томы (ныне г. Констанца в СРР) и прожившим здесь 10 лет (8-18 гг. н.э.). Поэт неоднократно отмечает, как кочевники - по просторам степным скачут туда и сюда. А как только лед сковывает Истр, враг, опасный конем и далеко летящей стрелою, все истребляет вокруг, сколько ни видно земли -. О сарматах, живших на левом берегу Дуная и нередко переправлявшихся через него, упоминает и современник Овидия Страбон. Языги были на Дунае уже к 50-м годам I в. н.э., расселившись в междуречье Дуная и Тисы. Роксоланы заняли часть левобережных областей Нижнего Дуная во второй половине I в. н.э. Аланы подошли к Дунаю во второй половине II в. н.э., когда они вместе с другими племенами напали на римские провинции во время Маркоманнских войн (167-180). По договорному соглашению с императором Марком Аврелием роксоланы и языги сохраняли те связи и контакты, которые существовали у них как у соплеменников. Император позволил общаться им через территорию Дакии.
Перемещение сарматских племен к Дунаю и оседание их здесь отразилось в античных источниках новыми географическими названиями. Уже Овидий в своих стихах называет Понт Евксинский - Сарматским морем, а его береговую полосу - Сарматским побережьем. Римский географ I в. н.э. Помпоний Мела говорит о Сарматии, доходящей до реки Истра и населенной сарматами. Плиний Старший описывает пустыни Сарматии до реки Вислы, а также Сарматский остров в дельте Дуная. Римский философ и писатель Сенека в середине I в. н.э. утверждал, что Дунай разграничиват сарматские и римские пределы и сдерживает сарматские вторжения. В середине II в. н.э. Северное Причерноморье стало называться античными авторами Европейской Сарматией, в которой Птолемей помещает языгов, роксоланов, аланов, как наиболее известные сарматские племена своего времени. Эти свидетельства древних авторов указывают и на расселение племен на Дунае, и на то, что уже в I в. н.э. они представляли немалую силу и опасность для Римской империи.
Сарматы-кочевники в Поднестровье появились на рубеже нашей эры, оставив свои могильники у сел Казаклия и Везены, а также отдельные погребения у с. Костешты и др. В начале I в. н.э. сарматы вступили в контакт с фракийскими племенами, о чем свидетельствуют находки сарматских предметов быта на фракийских поселениях, расположенных в Юго-Восточном Прикарпатье и Нижнем Дунае. Это дискообразные зеркала без ручек, скарабеи, железные мечи, керамика. В I-II вв. сарматы обосновались в основном в Днестровско-Прутском междуречье, где известна главная масса (более 200) сарматских могильников и отдельных погребений. Позже они распространяются на всю территорию Карпато-Дунайского региона в его степной и лесостепной зоне.
Античные источники характеризуют сарматов как степных скотоводов, ведущих кочевой образ жизни. Именно кочевнической подвижностью объясняется большое количество одиночных сарматских погребений на территории Молдавии. Экономические отношения в кочевой общине были основаны на родовой собственности на скот и совместной эксплуатации пастбищ. Собственником пастбищной территории выступало все племя или объединение нескольких племен. Очевидно, у сарматов существовал определенный порядок в использовании пастбищных угодий, которые скорее всего распределялись между племенными и родовыми группами. Сарматы кочевали в основном в меридиональном направлении, соблюдая принцип выпаса скота по сезонам. Имея зимники на юге, в период весенних и летних кочевок они заходили в зону лесостепи, а осенью возвращались обратно. Подобное происходило и в Днестровско-Дунайском регионе. Свидетельства Овидия о переправе сарматов со скотом и скарбом через замерзший Дунай указывают на то, что сарматы искали новых пастбищ для скота. Они разводили крупный рогатый скот, овец и лошадей мелкой породы, занимались также охотой. Основной пищей сарматов были мясо, сыр и молоко. Жилищем служили кибитки, сделанные из войлока и поставленные на повозки.
Уже в первые столетия нашей эры сарматы перестают быть исключительно кочевыми племенами и осваивают также лесостепные районы, на что указывают находки сарматских погребений в Северо-Восточном Прикарпатье, в верховьях Днестра и на его левых притоках, а также в северной части Днестровско-Карпатских земель у сел Корпач, Тецканы, Ханкауцы и др. Надгробная каменная стела из с. Блештены представляет собой закутанную женскую фигуру с круглым и плоским лицом. На обороте плиты высечены контуры какого-то животного и сарматский тамгообразный знак. Такой знак мог принадлежать роду, семье и даже одному определенному лицу. Видимо, в первые века нашей эры сарматы стали переходить к оседлому образу жизни. Страбон говорит об оседании сарматских племен на землю и постепенном переходе их к земледелию. Римский историк Аммиан Марцеллин упоминает сарматов, обитавших в IV в. в лесистых горах. Он сообщает, что при подходе гуннов отступившие готы вторглись в область Кавкаланду (где-то в Карпатах), вытеснив оттуда сарматов. Позднесарматские оседлые поселения и сопутствующие им могильники засвидетельствованы в степях и лесостепях на севере и юге Днестровско-Карпатских земель, близ нынешних сел Маркауцы, Криничное, Боканы и др. На поселениях, находившихся недалеко от сарматских могильников, обнаружены остатки жилищ-землянок и материальные свидетельства занятий земледелием и скотоводством.
Для сарматских могильников характерен бескурганный обряд захоронения умерших в могильных ямах с заплечиками (Селиште) или подбоями (Оланешты). Характерной особенностью сарматов была искусственная деформация черепа посредством бинтовой обвязки (Боканы, Токмазея и др.). Относительно небольшой процент таких захоронений в Днестровско-Карпатских землях говорит о том, что здесь сарматы в значительной мере утратили этот обычай. У сарматов существовали культ мертвых и вера в загробную жизнь. Они помещали в могилу различные амулеты, жертвенную пищу, а над могилой совершали жертвоприношение. С очистительной целью дно могилы посыпали золой или меловой присыпкой.
По находкам в погребениях можно представить одежду сарматов. Мужчины носили плащ, скрепленный на плече фибулой, на голове -остроконечный башлык; женщины - шаровары и длинное одеяние, которое на груди и плечах скреплялось фибулами. Особенно богато украшался женский костюм. Мелкие бусы и бисер самых разнообразных форм, изготовленные из пасты и стекла синего, белого и желтого цветов, янтаря, сердолика и ляпис-лазури, использовались как в ожерельях, так и для обшивания одежды - ворота, рукавов и подола. Остатки обшитых огромным количеством мелких бусин чулок и сапожек обнаружены в ряде сарматских могильников. Характерными для женских погребений позднесарматских могильников являются небольшие бронзовые серьги-колечки, колокольчики и другие украшения. Убор дополнялся диадемами, подвесками, браслетами, кольцами. Платье знатной женщины украшалось золотыми гривнами и вышивкой золотом. Почти во всех известных западносарматских могильниках найдены небольшие круглые зеркала-подвески с боковой плоской прямоугольной ручкой и тамгообразными магическими знаками. Женщины подвешивали такие зеркала на шею, грудь или к поясу и часто использовали их в качестве амулета. Тамги на зеркалах изображались в виде свастики, Х-образных значков, решетки и т.д. Особенностью сарматского погребального культа был обряд разбивания зеркал.
Следствием перехода части сарматов к земледелию и оседлости было появление новых черт в их погребальном ритуале: для некоторых могильников II-III вв. становится характерным обычно не применявшийся сарматами бескурганный обряд погребения, заметны признаки использования очистительного огня. У них получили развитие металлургическое, кузнечное, бронзолитейное, ювелирное, деревообделочное, кожевенное, гончарное и другие ремесла, о чем свидетельствуют разнообразные предметы быта, вооружения и украшений, найденные в сарматских погребениях. В окрестностях с. Липчены обнаружена часть литейной формы для отливки сарматских зеркал с тамгообразным знаком в центре в виде буквы Н. Гончарное дело представлено обожженными в специальных горнах сероглиняными кувшинами с округлым корпусом и кольцевым поддоном и другими сосудами. Среди керамических изделий поздних сарматов характерны грибовидные пряслица. Ткачество и прядение, изготовление лепной посуды и войлочных изделий были домашними занятиями сарматских женщин.
Материалы могильников показывают, что у сарматов Днестровско-карпатских земель уже проявляется имущественное расслоение, очевидно сопровождавшееся социальным обособлением различных общественных групп. В могильниках у сел Оланешты, Старые Куконешты, Боканы, Селиште и др. наряду с выделяющимися богатыми захоронениями, массой могил людей, видимо, среднего достатка, много бедных погребений, а также вовсе лишенных вещей, сопровождающих погребенных. Сарматское общество делилось на знатных (древние авторы называют их первейшие или могущественные) и простых соплеменников. И у роксоланов, и у языгов существовала царская власть. О царях роксоланов упоминает эпитафия Тиберия Плавтия Сильвана, царю роксоланов Распарагану император Адриан дал римское гражданство и поселил его вместе с семьей в Италии. Историк II-III вв. Дион Кассий сообщает, что в 175г. к императору Марку Аврелию пришли с просьбой о мире самые знатные из языгов с самим Зантиком, очевидно, царем. Но чтобы начать переговоры с императором, языги вначале заключили под стражу своего второго царя, Банадаспа, который, вероятно, противился миру с римлянами.
В первые века нашей эры в сарматском обществе уже не каждый сармат был воином, так как усилилась роль дружин, знати и царя. Вооруженные воины совершали грабительские походы, как, например, зимой 69/70г., когда 9000 тяжело вооруженных конных роксоланов вторглись в Мезию. В значительной части мужских могил по всему Днестровско-Карпатскому ареалу обнаружены мечи и кинжалы. Особенно много оружия найдено на сарматских памятниках близ Дуная.
В это время в употребление вошли короткие двулезвийные мечи с коническим концом клинка, прямым перекрестием и с навершиями различных форм или без них. Относительно редкими являются в могилах находки остатков лука, колчана, наконечников стрел и удил (Старые Куконешты, Оланешты и др.). Однако многие мужские погребения лишены всякого оружия.
Среди самих сарматских племен происходили войны из-за пастбищ и с целью захвата добычи, которые вели к ослаблению кровнородственных и укреплению территориальных, этнических и социальных связей, а также к ослаблению одних племен и возвышению других и особенно племенной знати. Птолемей подразделяет живущие в Европейской Сарматии племена на большие и малые, относя к числу первых роксоланов, языгов и аланов. Частые грабительские походы, а также сбор дани с подчиненных сарматам племен были основным источником обогащения знати и вождей.
Подчинение одних племен другим, объединение племен, этнокультурные контакты приводили к их смешению. Антропологический материал могильников Боканы, Токмазея и др. отразил сложный путь формирования сарматской этнической общности. Разнообразие типов захоронений в сарматских могильниках свидетельствует о принадлежности погребенных к различным племенам. О взаимовлияниях сарматов и фракийцев и о смешении этих племен в Поднестровье писал Страбон. На смешанное гето-сарматское население (тирагеты-сарматы) Нижнего Поднестровья указывает Птолемей. В западносарматских погребениях Днестровско-Карпатского ареала появляется керамика, характерная для северофракийских племен. В свою очередь заметно культурное влияние сарматов на племена липицкой культуры, а также карпов, у которых были в обиходе сарматские зеркала, бусы из ляпис-лазури, халцедона, коралла, сосуды с вертикальным лощением.
http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_273.htm

  

  
СТАТИСТИКА
  

  Веб-дизайн © Kirsoft KSNews™, 2001