Трагедия Свободы  Умопримечания | Стихи | Библиотека 
  на первую страницу НОВОСТИ | ССЫЛКИ   
А.Н. Афанасьев. Народные русские сказки
  
Стихи



  
275. Береза и три сокола Отслужил солдат свои законный срок, получил отставку и пошел на родину. Идет путем-дорогою, а навстречу ему нечистый. Стой, служивый! Куда идешь? - Домой иду. - Что тебе дома! Ведь у тебя ни рода, ни племени. Наймись лучше ко мне в работники; я тебе большое жалованье положу. - А в чем служба? - Служба самая легкая: мне надобно ехать за синие моря к дочери на свадьбу, а есть у меня три сокола; покарауль их до моего приезду. - Солдат согласился. - Без денег, - думает, - плохое житье; хоть у черта, все что-нибудь да заработаю! - Нечистый привел его в свои палаты, а сам уехал за синие моря. Вот солдат ходил, ходил по разным комнатам; сделалось ему скучно, и вздумал он пойтить в сад; вышел, смотрит - стоит береза. И говорит ему береза человеческим голосом: Служивый! Сходи вот в такую-то деревню, скажи тамошнему священнику, чтобы дал тебе то самое, что ему нынче во сне привиделось. - Солдат пошел, куда ему сказано; священник тотчас достал книгу: Вот тебе - возьми! - Солдат взял; приходит назад. Спасибо, добрый человек! - говорит береза. - Теперь становись да читай. - Начал он читать эту книгу; одну ночь читал - вышла из березы красная девица, красоты неописанной, по самые груди; другую ночь читал - вышла по пояс; третью ночь читал - совсем вышла. Поцеловала его и говорит: Я - царская дочь; похитил меня нечистый и сделал березою. А три сокола - мои родные братья; хотели они меня выручить, да сами попались! - Только вымолвила царевна это слово, тотчас прилетели три сокола, ударились о сырую землю и обратились добрыми молодцами. Тут все они собрались и поехали к отцу, к матери, и солдата с собой взяли. Царь и царица обрадовались, щедро наградили солдата, выдали за него замуж царевну и оставили жить при себе
169. Жар-птица и Василиса-царевна В некотором царстве, за тридевять земель - в тридесятом государстве жил-был сильный, могучий царь. У того царя был стрелец-молодец, а у стрельца-молодца конь богатырский. Раз поехал стрелец на своем богатырском коне в лес поохотиться; едет он дорогою, едет широкою - и наехал на золотое перо жар-птицы: как огонь перо светится! Говорит ему богатырский конь: Не бери золотого пера; возьмешь - горе узнаешь! - И раздумался добрый молодец - поднять перо али нет? Коли поднять да царю поднести, ведь он щедро наградит; а царская милость кому не дорога? Не послушался стрелец своего коня, поднял перо жар-птицы, привез и подносит царю в дар. Спасибо! - говорит царь. - Да уж коли ты достал перо жар-птицы, то достань мне и самую птицу; а не достанешь - мой меч, твоя голова с плеч! - Стрелец залился горькими слезами и пошел к своему богатырскому коню. О чем плачешь, хозяин? - Царь приказал жар-птицу добыть. - Я ж тебе говорил: не бери пера, горе узнаешь! Ну да не бойся, не печалься; это еще не беда, беда впереди! Ступай к царю, проси, чтоб к завтрему сто кулей белоярой пшеницы было по всему чистому полю разбросано. - Царь приказал разбросать по чистому полю сто кулей белоярой пшеницы. На другой день на заре поехал стрелец-молодец на то поле, пустил коня по воле гулять, а сам за дерево спрятался. Вдруг зашумел лес, поднялись волны на море - летит жар-птица; прилетела, спустилась наземь и стала клевать пшеницу. Богатырский конь подошел к жар-птице, наступил на ее крыло копытом и крепко к земле прижал; стрелец-молодец выскочил из-за дерева, прибежал, связал жар-птицу веревками, сел на лошадь и поскакал во дворец. Приносит царю жар-птицу; царь увидал, возрадовался, благодарил стрельца за службу, жаловал его чином и тут же задал ему другую задачу: Коли ты сумел достать жар-птицу, так достань же мне невесту: за тридевять земель, на самом краю света, где восходит красное солнышко, есть Василиса-царевна - ее-то мне и надобно. Достанешь - златом-серебром награжу, а не достанешь - то мой меч, твоя голова с плеч! - Залился стрелец горькими слезами, пошел к своему богатырскому коню. О чем плачешь, хозяин? - спрашивает конь. - Царь приказал добыть ему Василису-царевну. - Не плачь, не тужи; это еще не беда, беда впереди! Ступай к царю, попроси палатку с золотою маковкой да разных припасов и напитков на дорогу. - Царь дал ему и припасов, и напитков, и палатку с золотою маковкой. Стрелец-молодец сел на своего богатырского коня и поехал за тридевять земель; долго ли, коротко ли - приезжает он на край света, где красное солнышко из синя моря восходит. Смотрит, а по синю морю плывет Василиса-царевна в серебряной лодочке, золотым веслом попихается. Стрелец-молодец пустил своего коня в зеленых лугах гулять, свежую травку щипать; а сам разбил палатку с золотой маковкою, расставил разные кушанья и напитки, сел в палатке - угощается, Василисы-царевны дожидается. А Василиса-царевна усмотрела золотую маковку, приплыла к берегу, выступила из лодочки и любуется на палатку. Здравствуй, Василиса-царевна! - говорит стрелец. - Милости просим хлеба-соли откушать, заморских вин испробовать. - Василиса-царевна вошла в палатку; начали они есть-пить, веселиться. Выпила царевна стакан заморского вина, опьянела и крепким сном заснула. Стрелец-молодец крикнул своему богатырскому коню, конь прибежал; тотчас снимает стрелец палатку с золотой маковкою, садится на богатырского коня, берет с собою сонную Василису-царевну и пускается в путь-дорогу, словно стрела из лука. Приехал к царю; тот увидал Василису-царевну, сильно возрадовался, благодарил стрельца за верную службу, наградил его казною великою и пожаловал большим чином. Василиса-царевна проснулась, узнала, что она далеко-далеко от синего моря, стала плакать, тосковать, совсем из лица переменилась; сколько царь ни уговаривал - все понапрасну. Вот задумал царь на ней жениться, а она и говорит: Пусть тот, кто меня сюда привез, поедет к синему морю, посреди того моря лежит большой камень, под тем камнем спрятано мое подвенечное платье - без того платья замуж не пойду! - Царь тотчас за стрельцом-молодцом: Поезжай скорей на край света, где красное солнышко восходит; там на синем море лежит большой камень, а под камнем спрятано подвенечное платье Василисы-царевны; достань это платье и привези сюда; пришла пора свадьбу играть! Достанешь - больше прежнего награжу, а не достанешь - то мой меч, твоя голова с плеч! - Залился стрелец горькими слезами, пошел к своему богатырскому коню. Вот когда, - думает, - не миновать смерти! - О чем плачешь, хозяин? - спрашивает конь. - Царь велел со дна моря достать подвенечное платье Василисы-царевны. - А что, говорил я тебе: не бери золотого пера, горе наживешь! Ну да не бойся: это еще не беда, беда впереди! Садись на меня да поедем к синю морю. Долго ли, коротко ли - приехал стрелец-молодец на край света и остановился у самого моря; богатырский конь увидел, что большущий морской рак по песку ползет, и наступил ему на шейку своим тяжелым копытом. Возговорил морской рак: Не дай мне смерти, а дай живота! Что тебе нужно, все сделаю. - Отвечал ему конь: Посреди синя моря лежит большой камень, под тем камнем спрятано подвенечное платье Василисы-царевны; достань это платье! - Рак крикнул громким голосом на все сине море; тотчас море всколыхалося: сползлись со всех сторон на берег раки большие и малые - тьма-тьмущая! Старшой рак отдал им приказание, бросились они в воду и через час времени вытащили со дна моря, из-под великого камня, подвенечное платье Василисы-царевны. Приезжает стрелец-молодец к царю, привозит царевнино платье; а Василиса-царевна опять заупрямилась. Не пойду, - говорит царю, - за тебя замуж, пока не велишь ты стрельцу-молодцу в горячей воде искупаться. - Царь приказал налить чугунный котел воды, вскипятить как можно горячей да в тот кипяток стрельца бросить. Вот все готово, вода кипит, брызги так и летят; привели бедного стрельца. Вот беда, так беда! - думает он. - Ах, зачем я брал золотое перо жар-птицы? Зачем коня не послушался? - Вспомнил про своего богатырского коня и говорит царю: Царь-государь! Позволь перед смертию пойти с конем попрощаться. - Хорошо, ступай попрощайся! - Пришел стрелец к своему богатырскому коню и слезно плачет. - О чем плачешь, хозяин? - Царь велел в кипятке искупаться. - Не бойся, не плачь, жив будешь! - сказал ему конь и наскоро заговорил стрельца, чтобы кипяток не повредил его белому телу. Вернулся стрелец из конюшни; тотчас подхватили его рабочие люди и прямо в котел; он раз-другой окунулся, выскочил из котла - и сделался таким красавцем, что ни в сказке сказать, ни пером написать. Царь увидал, что он таким красавцем сделался, захотел и сам искупаться; полез сдуру в воду и в ту ж минуту обварился. Царя схоронили, а на его место выбрали стрельца-молодца; он женился на Василисе-царевне и жил с нею долгие лета в любви и согласии
310. Илья Муромец и змей Не в котором царстве, не в котором государстве жил-был мужичок и с хозяюшкою. Живет он богатой рукой, всего у него довольно, капитал хороший имеет. И говорят они промеж собой, сидя с хозяйкою: Вот, хозяйка, довольно всего у нас, только у нас детей нету; станем просить бога, авось господь нам создаст детище хотя бы напоследях, при старости. - Стали просить бога, и забрюхатела она, и время пришло - родила детище. Прошел год, и два, и три года прошли, ноги у него не ходят, а должно б ему ходить; восемнадцать годов прошло - все без ног сидит. Вот пошел отец с матерью на покос убирать сено, и остался сын один. Приходит к нему нищенский братия и просит у него милостыньку: Хозяинушка! Сотвори старичку господню милостыньку Христа ради! - Вот он ему и говорит: Старичок господень, не могу я тебе подать милостыньку: я без ног. - Вошел старичок в избу. Ну-тка, - говорит, - встань-ка с постели, дай мне ковшичек. - Вот, взявши, дал ему ковшичек. Поди, - говорит, - принеси мне водицы. Принес ему воды и подает в ручки: Извольте, старичок господень! - Вот он ему назад и отдает. Выпей, - говорит, - в ковше всеё воду. - Опять посылает он его за водою: Опять сходи, принеси другой ковшик воды. - Шедши он за водою за которое дерево ни ухватится - из корню выдернет. Старичок господень и спрашивает у него: Слышишь ли теперь в себе силу? - Слышу, старичок господень! Сила теперь во мне есть большая: кабы утвердить в подвселенную такое кольцо, я бы смог поворотить подвселенную. - Как принес он другой ковшик, старичок господень выпил полковша, а другую половину дал ему выпить: силы у него и поубавилось. Будет, - говорит он, - с тебя и этой силы! - Помолился старичок господень богу и пошел домой. Оставайся, - говорит, - с богом!  - Скучно ему лежать, и пошел он копать в лес, свою силу пробовать. И ужахнулся народ, что он сделал, сколько лесу накопал! Вот идет и отец с матерью с покосу. Что это такое? Лес весь вырыт; кто такой вырыл? Подходят ближе. Жена и говорит своему мужу: Хозяин, ведь это наш Илюшенька роет! - Дура, - говорит он, - не может наш Илюшенька это сделать; пустяки, что это наш Илюшенька! - И подошли к нему: Ах, батюшка ты наш, как тебе господь создал это? - Вот и говорит Илья: Пришел ко мне старичок господень, милостыньку просить стал; я ему и отвечаю: Старичок господень, не могу я тебе милостыньку подать: я без ног. - Вот он ко мне и пришел в избу: Ну-тка, говорит, встань-ка с постели, дай мне ковшичек! - Встал я и дал ему ковшичек. - Поди, говорит, принеси мне водицы. - Принес ему воды и подал в ручки. Выпей, - говорит старичок, - в ковше всеё воду! - Выпил - и стала во мне сила великая! Вот сходятся мужики на улицу, говорят промеж собою: Вона какой он стал сильный, могучий богатырь! - называют этак мужики Илью. - Вишь он наделал какую копать! Надобно, - говорят, - в городе объявить про него. - Вот узнал об нем и государь, что есть такой сильный, могучий богатырь; призвал его к себе, и показался он государю, и нарядил его государь в платье, како следует. И показался он всем и служить стал хорошо. Вот и говорит государь: Сильный, могучий ты богатырь! Подымешь ли мой дворец под угол? - Извольте, ваше царское величество! Хошь набок, как угодно подыму его.- Вот у царя дочь прекрасная, красавица такая, что не можно вздумать, ни взгадать, ни в бумаге пером написать. И показалась она ему оченно, и хочет с ней обвенчаться. Вот как-то государь и поехал в другое государство к королю к другому. Приезжает к другому королю, а у другого короля тоже весьма хороша дочь, и повадился к ней змей летать об двенадцати голов, всеё ее иссушил: совсем извелась! Вот государь и говорит этому королю: У меня есть такой сильный, могучий богатырь, он убьет змея об двенадцати голов. - Король и просит: Пожалуйте - ко мне его пришлите. - Вот как приехал он в свое государство и разговаривает с своей государыней: У этакого-то короля повадился змей об двенадцати глав летать к дочери, всеё ее извел, иссосал. - И говорит: Илья Иванович! Не можешь ли ты послужить, его убить? - Извольте, ваше царское величество, могу; я его убью. Вот государь и говорит: На почте поедешь и трахтами пойдешь, так и так-то возьмешь. - Я верхом один поеду, пожалуйте мне жеребца. - Войди в конюшню, - говорит ему государь, - выбирай любого. - А дочь просит его в другой комнате: Не ездите, Илья Иванович; вас убьет змей об двенадцати головах, не сможете с ним сладить. - Он и говорит: Извольте оставаться и ничего не думать; я приеду в сохранности и в добром здоровье. - Пошел в конюшню жеребца себе выбирать; пришел к жеребцу к первому, наложил на жеребца руку, тот спотыкнулся; перепробовал всех жеребцов в конюшне: на которого ни наложит руку - всякий спотыкается, ни один не удержит. Пришел к самому последнему жеребцу - так, в забросе стоял, - ударил его по спине рукой; он только заржал. И говорит Илья: Вот мой верный слуга, не спотыкнулся! - Приходит к государю: Выбрал, ваше царское величество, себе жеребца, слугу верного. - Отпущают его с молебном, со добрыми порядками. Сел на доброго коня, ехал долго ли, мало ли, подъезжает к горе: прекрутая, большая гора, и на ней все песок; насилу въехал. На горе стоит столб, на столбе подписано три дороги: по одной дороге ехать - сам сыт будешь, конь голоден; по другой дороге ехать - конь сыт, сам голоден; по третьей дороге ехать - самого убьют. Вот он взял да и поехал по этой дороге, по которой самого убьют; а он на себя надеялся. Долго ли, мало ли ехал лесами дремучими: не можно взглянуть - такой лес! А тут сделалась в лесу елань такая широкая, а на ней стоит избушка. Подъезжает он к избушке и говорит: Избушка, избушка! Стань к лесу задом, ко мне передом. - Избушка поворотилася, стала к лесу задом, к нему передом. Слезает он с доброго коня и привязывает его к столбу. И услышала это баба-яга и говорит: Кто такой невежа приехал? Русского духу и дед мой и прадед не слыхали, а таперьча и сама русский дух хочу очьми видеть. Вот, взявши, ударила она жезлом по двери, и дверь отворилась. А у ней в руках коса кривая, и хочет она ею взять богатыря за шею и срезать ему голову. Постой, баба-яга! - говорит он. - Я с тобой поправлюсь. - Взял у ней выдернул косу эту из рук, схватил ее за волосы, ударил ее и говорит: Ты бы прежде спросила, какой я фамилии, какого роду и какого поведения и куды еду. - Вот она и спрашивает: Какой вы фамилии, какого роду и куда едете? - Меня зовут Илья Иванович, а еду туда-то. - Пожалуйте, - говорит, - Илья Иванович, ко мне в горницу. - Вот он и пошел к ней в горницу; она сажает его за стол, ставит на стол кушанья и напитки всякие и потчевает, а девушку послала баньку топить для него. Вот покушал он и выпарился, перестоял у нее сутки и собирается опять в путь-дорогу, куда надлежит. Извольте, - говорит баба-яга, - я напишу письмо к сестрице, чтоб она вас не тронула, а приняла бы с честью с хорошею...А то она вас убьет, как завидит! - Отдает ему письмо и провожает его с честью доброю, хорошею. Вот садится богатырь на доброго коня и поехал лесами дремучими; ехал много ли, мало ли: не можно взглянуть - такой лес! И приезжает на елань - такая широкая елань, а на ней стоит избушка наслана. Подъезжает он к избушке, и слезает с добра коня, и привязывает своего добра коня к столбу. Услышала это баба-яга, что он привязывает к столбу коня, и закричала: Что такое? Русского духу и дед мой и прадед не слыхали, а таперьча и сама русский дух очьми хочу видеть. - Вот она ударила жезлом по двери; дверь отворилася. И хватает она его саблею по шее; он и говорит: Ты не моги со мною барахтаться! Вот тебе письмо сестрица прислала. - Она прочитала и принимает его с честью к себе в дом: Пожалуйте ко мне в гости! - Идет Илья Иванович. Она сажает его за стол и становит на стол кушанья всякие, напитки и наедки, потчевает, а сама послала девушку топить для него баньку. Покушавши, пошел выпарился в бане. Двое суток он у ней перестоял, сам отдохнул, и добрый конь его отдохнул. Стал на добра коня садиться, и провожает она его с честью. Ну, Илья Иванович, - говорит, - таперьча тебе не проехать; тут Соловей-разбойник ждет, на семи дубах у него гнездо свито, он не допустит на тридесять верст - свистом оглушит!  - Вот он ехал долго ли, мало ли, подъезжает к тому месту, что послышал свист от Соловья-разбойника, и как до половины дороги доехал, конь его спотыкнулся. Вот он и говорит: Не спотыкайся, добрый конь, уж послужи мне. - Подъезжает к Соловью-разбойнику, он все свищет. Подъехавши к гнезду, взял стрелу, натянул и пустил в него - и упал Соловей с гнезда. Вот он его на земле и ударил однова, чтобы не до смерти убить, и посадил к себе в торока на седло, и едет к дворцу. Видят его из дворца и говорят: Соловей-разбойник везет кого-то в тороках! - Подъезжает богатырь ко дворцу и подает бумагу. Подали королю от него бумагу; тот прочитал и приказал его впустить. Вот и говорит король Илье Ивановичу: Велите Соловью-разбойнику засвистать. - А Соловей-разбойник говорит: Вы бы накормили и напоили Соловья-разбойничка: у меня уста запеклися. - Вот и принесли ему винца, а он говорит: Что мне штофик! Вы бы бочоночек принесли мне порядочный. - Принесли ему бочонок вина, вылили в ведро. Он выпил зараз и говорит: Еще бы Соловью-разбойничку две ведерочки, так выпил бы! - да уж не дали ему. И просит король: Ну, прикажи, - говорит, - ему засвистать. - Илья велел ему засвистать, а короля и всю его фамилию поставил к себе под руки, под мышки: А то, - говорит, - он оглушит вас! - Как засвистал Соловей-разбойник, насилу остановил его Илья Иванович, ударил его жезлом - он и перестал свистать, а то было попадали все! Вот и говорит король Илье Ивановичу: Послужишь ты мне вот этакую службу, как я стану тебя просить? К моей дочери вот летает змей о двенадцати голов; как бы его убить? - Извольте, ваше королевское величество! Что для вас угодно - все сделаю. - Пожалуйста, Илья Иванович; вот в таком-то часу прилетит змей к моей дочери, так постарайся! - Извольте, ваше королевское величество!..Лежит королевна в своей комнате; в двенадцать часов и летит к ней змей. Вот и стали они драться: как ни ударит Илья, так с змея голова долой; как ни ударит, голова долой! Дрались много ли, мало ли время, осталась одна голова; и последнюю голову с него сшиб: ударил жезлом и расшиб ее всю. Радехонька же королевна встала, пришла к нему и его благодарила; доложила отцу с матерью, что убит змей: все-де головы посбивал! Король и говорит: Благодарю тебя; изволь послужить сколько-нибудь у меня. - Нет, - говорит, - я поеду в свое государство. - Отпустил его король от себя с честью хорошею. Вот он и поехал опять тою же дорогою. Как приехал к первой бабе-яге ночевать, приняла она его с честию; и к другой приехал, и та приняла его с честью со всякою. Приехал в свое государство и подал государю от того короля бумагу. И государь принял его с честию, а дочь государева насилу дождалася: Ну, тятенька, извольте, я за него замуж пойду. - Отец с ней воли не снял: Ну, коли угодно, так поди! - Обвенчалися и таперьча живут
247. Птичий язык В одном городе жил купец с купчихою, и дал им господь сына не по годам смышленого, по имени Василия. Раз как-то обедали они втроем; а над столом висел в клетке соловей и так жалобно пел, что купец не вытерпел и проговорил: Если б сыскался такой человек, который отгадал бы мне вправду, что соловей распевает и какую судьбу предвещает, кажись - при жизни бы отдал ему половину имения, да и по смерти отказал много добра. - А мальчик - ему было лет шесть тогда - посмотрел отцу с матерью в глаза озойливо и сказал: Я знаю, что соловей поет, да сказать боюсь. - Говори без утайки! - пристали к нему отец с матерью, и Вася со слезами вымолвил: Соловей предвещает, что придет пора-время, будете вы мне служить: отец станет воду подавать, а мать полотенце - лицо, руки утирать. - Слова эти больно огорчили купца с купчихою, и решились они сбыть свое детище; построили небольшую лодочку, в темную ночь положили в нее сонного мальчика и пустили в открытое море. На ту пору вылетел из клетки соловей-вещун, прилетел в лодку и сел мальчику на плечо. Вот плывет лодка по морю, а навстречу ей корабль на всех парусах летит. Увидал корабельщик мальчика, жалко ему стало, взял его к себе, расспросил про все и обещал держать и любить его, как родного сына. На другой день говорит мальчик новому отцу: Соловей-де напевает, что подымется буря, поломает мачты, прорвет паруса; надо поворотить в становище. - Но корабельщик не послушался. И впрямь поднялась буря, поломала мачты, оборвала паруса. Делать нечего, прошлого не воротишь; поставили новые мачты, поправили паруса и поплыли дальше. А Вася опять говорит: Соловей-де напевает, что навстречу идут двенадцать кораблей, всё разбойничьих, во полон нас возьмут! - На тот раз корабельщик послушался, приворотил к острову и видел, как те двенадцать кораблей, всё разбойничьих, пробежали мимо. Выждал корабельщик сколько надобно и поплыл дальше. Ни мало, ни много прошло времени, пристал корабль к городу Хвалынску; а у здешнего короля уже несколько годов перед дворцовыми окнами летают и кричат ворон с воронихою и вороненком, ни днем, ни ночью никому угомону не дают. Что ни делали, никакими хитростями не могут их от окошек отжить; даже дробь не берет! И приказано было от короля прибить на всех перекрестках и пристанях такову грамоту: ежели кто сможет отжить от дворцовых окошек ворона с воронихою, тому король отдаст в награду полцарства своего и меньшую королевну в жены; а кто возьмется за такое дело, а дела не сделает, тому отрублена будет голова. Много было охотников породниться с королем, да все головы свои под топор положили. Узнал про то Вася, стал проситься у корабельщика: Позволь пойти к королю - отогнать ворона с воронихою. - Сколько ни уговаривал его корабельщик, никак не мог удержать. Ну, ступай, - говорит, - да если что недоброе случится - на себя пеняй! - Пришел Вася во дворец, сказал королю и велел открыть то самое окно, возле которого воронье летало. Послушал птичьего крику и говорит королю: Ваше величество, сами видите, что летают здесь трое: ворон, жена его ворониха и сын их вороненок; ворон с воронихою спорят, кому принадлежит сын - отцу или матери, и просят рассудить их. Ваше величество! Скажите, кому принадлежит сын? - Король говорит: Отцу. - Только изрек король это слово, ворон с вороненком полетели вправо, а ворониха - влево. После того король взял мальчика к себе, и жил он при нем в большой милости и чести; вырос и стал молодец молодцом, женился на королевне и взял в приданое полцарства. Вздумалось ему как-то поездить по разным местам, по чужим землям, людей посмотреть и себя показать; собрался и поехал странствовать. В одном городе остановился он ночевать; переночевал, встал поутру и велит, чтоб подали ему умываться. Хозяин принес ему воду, а хозяйка подала полотенце; поразговорился с ними королевич и узнал, что то были отец его и мать, заплакал от радости и упал к их ногам родительским; а после взял их с собою в город Хвалынск, и стали они все вместе жить-поживать да добра наживать
168. Сказка об Иване-царевиче, жар-птице и о сером волке В некотором было царстве, в некотором государстве был-жил царь, по имени Выслав Андронович. У него было три сына-царевича: первый - Димитрий-царевич, другой - Василий-царевич, а третий - Иван-царевич. У того царя Выслава Андроновича был сад такой богатый, что ни в котором государстве лучше того не было; в том саду росли разные дорогие деревья с плодами и без плодов, и была у царя одна яблоня любимая, и на той яблоне росли яблочки все золотые. Повадилась к царю Выславу в сад летать жар-птица; на ней перья золотые, а глаза восточному хрусталю подобны. Летала она в тот сад каждую ночь и садилась на любимую Выслава-царя яблоню, срывала с нее золотые яблочки и опять улетала. Царь Выслав Андронович весьма крушился о той яблоне, что жар-птица много яблок с нее сорвала; почему призвал к себе трех своих сыновей и сказал им: Дети мои любезные! Кто из вас может поймать в моем саду жар-птицу? Кто изловит ее живую, тому еще при жизни моей отдам половину царства, а по смерти и все. Тогда дети его царевичи возопили единогласно: Милостивый государь-батюшка, ваше царское величество! Мы с великою радостью будем стараться поймать жар-птицу живую. На первую ночь пошел караулить в сад Димитрий-царевич и, усевшись под ту яблонь, с которой жар-птица яблочки срывала, заснул и не слыхал, как та жар-птица прилетала и яблок весьма много ощипала. Поутру царь Выслав Андронович призвал к себе своего сына Димитрия-царевича и спросил: Что, сын мой любезный, видел ли ты жар-птицу или нет? Он родителю своему отвечал: Нет, милостивый государь-батюшка! Она эту ночь не прилетала. - На другую ночь пошел в сад караулить жар-птицу Василий-царевич. Он сел под ту же яблонь и, сидя час и другой ночи, заснул так крепко, что не слыхал, как жар-птиц прилетала и яблочки щипала. Поутру царь Выслав призвал его к себе и спрашивал: Что, сын мой любезный, видел ли ты жар-птицу или нет? - Милостивый государь-батюшка! Она эту ночь не прилетала. На третью ночь пошел в сад караулить Иван-царевич и сел под ту же яблонь; сидит он час, другой и третий - вдруг осветило весь сад так, как бы он многими огнями освещен был: прилетела жар-птица, села на яблоню и начала щипать яблочки. Иван-царевич подкрался к ней так искусно, что ухватил ее за хвост; однако не мог ее удержать: жар-птица вырвалась и полетела, и осталось у Ивана-царевича в руке только одно перо из хвоста, за которое он весьма крепко держался. Поутру, лишь только царь Выслав от сна пробудился, Иван-царевич пошел к нему и отдал ему перышко жар-птицы. Царь Выслав весьма был обрадован, что меньшому его сыну удалось хотя одно перо достать от жар-птицы. Это перо было так чудно и светло, что ежели принесть его в темную горницу, то оно так сияло, как бы в том покое было зажжено великое множество свеч. Царь Выслав положил то перышко в свой кабинет как такую вещь, которая должна вечно храниться. С тех пор жар-птица не летала уже в сад. Царь Выслав опять призвал к себе детей своих и говорил им: Дети мои любезные! Поезжайте, я даю вам свое благословение, отыщите жар-птицу и привезите ко мне живую; а что прежде я обещал, то, конечно, получит тот, кто жар-птицу ко мне привезет. Димитрий и Василий - царевичи начали иметь злобу на меньшего своего брата Ивана-царевича, что ему удалось выдернуть у жар-птицы из хвоста перо; взяли они у отца своего благословение и поехали двое отыскивать жар-птицу. А Иван-царевич также начал у родителя своего просить на то благословения. Царь Выслав сказал ему: Сын мой любезный, чадо мое милое! Ты еще молод и к такому дальнему и трудному пути непривычен; зачем тебе от меня отлучаться? Ведь братья твои и так поехали. Ну, ежели и ты от меня уедешь, и вы все трое долго не возвратитесь? Я уже при старости и хожу под богом; ежели во время отлучки вашей господь бог отымет мою жизнь, то кто вместо меня будет управлять моим царством? Тогда может сделаться бунт или несогласие между нашим народом, а унять будет некому; или неприятель под наши области подступит, а управлять войсками нашими будет некому. Однако сколько царь Выслав ни старался удерживать Ивана-царевича, но никак не мог не отпустить его, по его неотступной просьбе. Иван-царевич взял у родителя своего благословение, выбрал себе коня, и поехал в путь, и ехал, сам не зная, куда едет. Едучи путем-дорогою, близко ли, далеко ли, низко ли, высоко ли, скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается, наконец приехал он в чистое поле, в зеленые луга. А в чистом поле стоит столб, а на столбу написаны эти слова: Кто поедет от столба сего прямо, тот будет голоден и холоден; кто поедет в правую сторону, тот будет здрав и жив, а конь его будет мертв; а кто поедет в левую сторону, тот сам будет убит, а конь его жив и здрав останется. Иван-царевич прочел эту надпись и поехал в правую сторону, держа на уме: хотя конь его и убит будет, зато сам жив останется и со временем может достать себе другого коня. Он ехал день, другой и третий - вдруг вышел ему навстречу пребольшой серый волк и сказал: Ox, ты гой еси, младой юноша, Иван-царевич! Ведь ты читал, на столбе написано, что конь твой будет мертв; так зачем сюда едешь? - Волк вымолвил эти слова, разорвал коня Ивана-царевича надвое и пошел прочь в сторону. Иван-царевич вельми сокрушался по своему коню, заплакал горько и пошел пеший. Он шел целый день и устал несказанно и только что хотел присесть отдохнуть, вдруг нагнал его серый волк и оказал ему: Жаль мне тебя, Иван-царевич, что ты пеш изнурился; жаль мне и того, что я заел твоего доброго коня. Добро! Садись на меня, на серого волка, и скажи, куда тебя везти и зачем? - Иван-царевич сказал серому волку, куда ему ехать надобно; и серый волк помчался с ним пуще коня и чрез некоторое время как раз ночью привез Ивана-царевича к каменной стене не гораздо высокой, остановился и сказал: Ну, Иван-царевич, слезай с меня, с серого волка, и полезай через эту каменную стену; тут за стеною сад, а в том саду жар-птица сидит в золотой клетке. Ты жар-птицу возьми, а золотую клетку не трогай; ежели клетку возьмешь, то тебе оттуда не уйти будет: тебя тотчас поймают! - Иван-царевич перелез через каменную стену в сад, увидел жар-птицу в золотой клетке и очень на нее прельстился. Вынул птицу из клетки и пошел назад, да потом одумался и сказал сам себе: Что я взял жар-птицу без клетки, куда я ее посажу? Воротился и лишь только снял золотую клетку - то вдруг пошел стук и гром по всему саду, ибо к той золотой клетке были струны приведены. Караульные тотчас проснулись, прибежали в сад, поймали Ивана-царевича с жар-птицею и привели к своему царю, которого звали Долматом. Царь Долмат веcьмa разгневался на Ивана-царевича и вскричал на него громким и сердитым голосом: Как не стыдно тебе, младой юноша, воровать! Да кто ты таков, и которыя земли, и какого отца сын, и как тебя по имени зовут? - Иван-царевич ему молвил: Я есмь из царства Выславова, сын царя Выслава Андроновича, а зовут меня Иван-царевич. Твоя жар-птица повадилась к нам летать в сад по всякую ночь, и срывала с любимой отца моего яблони золотые яблочки, и почти все дерево испортила; для того послал меня мой родитель, чтобы сыскать жар-птицу и к нему привезть. Ох ты, младой юноша, Иван-царевич, - молвил царь Долмат, - пригоже ли так делать, как ты сделал? Ты бы пришел ко мне, я бы тебе жар-птицу честию отдал; а теперь хорошо ли будет, когда я разошлю во все государства о тебе объявить, как ты в моем государстве нечестно поступил? Однако слушай, Иван-царевич! Ежели ты сослужишь мне службу - съездишь за тридевять земель, в тридесятое государство, и достанешь мне от царя Афрона коня златогривого, то я тебя в твоей вине прощу и жар-птицу тебе с великою честью отдам; а ежели не сослужишь этой службы, то дам о тебе знать во все государства, что ты нечестный вор. - Иван-царевич пошел от царя Долмата в великой печали, обещая ему достать коня златогривого. Пришел он к серому волку и рассказал ему обо всем, что ему царь Долмат говорил. Ох ты гой еси, младой юноша, Иван-царевич! - молвил ему серый волк. - Для чего ты слова моего не слушался и взял золотую клетку? - Виноват я перед тобою, - сказал волку Иван-царевич. - Добро, быть так! - молвил серый волк. - Садись на меня, на серого волка; я тебя свезу, куда тебе надобно. Иван-царевич сел серому волку на спину; а волк побежал так скоро, аки стрела, и бежал он долго ли, коротко ли, наконец прибежал в государство царя Афрона ночью. И, пришедши к белокаменным царским конюшням, серый волк Ивану-царевичу сказал: Ступай, Иван-царевич, в эти белокаменные конюшни (теперь караульные конюхи все крепко спят!) и бери ты коня златогривого. Только тут на стене висит золотая узда, ты ее не бери, а то худо тебе будет. - Иван-царевич, вступя в белокаменные конюшни, взял коня и пошел было назад; но увидел на стене золотую узду и так на нее прельстился, что снял ее с гвоздя, и только что снял - как вдруг пошел гром и шум по всем конюшням, потому что к той узде были струны приведены. Караульные конюхи тотчас проснулись, прибежали, Ивана-царевича поймали и повели к царю Афрону. Царь Афрон начал его спрашивать: Ох ты гой еси, младой юноша! Скажи мне. из которого ты государства, и которого отца сын, и как тебя по имени зовут? - На то отвечал ему Иван-царевич: Я сам из царства Выславова, сын царя Выслава Андроновича, а зовут меня Иваном-царевичем. - Ох ты, младой юноша, Иван-царевич! - сказал ему царь Афрон. - Честного ли рыцаря это дело, которое ты сделал? Ты бы пришел ко мне, я бы тебе коня златогривого с честию отдал. А теперь хорошо ли тебе будет, когда я разошлю во все государства объявить, как ты нечестно в моем государстве поступил? Однако слушай, Иван-царевич! Ежели ты сослужишь мне службу и съездишь за тридевять земель, в тридесятое государство, и достанешь мне королевну Елену Прекрасную, в которую я давно и душою и сердцем влюбился, а достать не могу, то я тебе эту вину прощу и коня златогривого с золотою уздою честно отдам. А ежели этой службы мне не сослужишь, то я о тебе дам знать во все государства, что ты нечестный вор, и пропишу все, как ты в моем государстве дурно сделал. - Тогда Иван-царевич обещался царю Афрону королевну Елену Прекрасную достать, а сам пошел из палат его и горько заплакал. Пришел к серому волку и рассказал все, что с ним случилося. Ох ты гой еси, младой юноша, Иван-царевич! - молвил ему серый волк. - Для чего ты слова моего не слушался и взял золотую узду? - Виноват я пред тобою, - сказал волку Иван-царевич. - Добро, быть так! - продолжал серый волк, - Садись на меня, на серого волка; я тебя свезу, куда тебе надобно. - Иван-царевич сел серому волку на спину; а волк побежал так скоро, как стрела, и бежал он, как бы в сказке сказать, недолгое время и, наконец, прибежал в государство королевны Елены Прекрасной. И, пришедши к золотой решетке, которая окружала чудесный сад, волк сказал Ивану-царевичу: Ну, Иван-царевич, слезай теперь с меня, с серого волка, и ступай назад по той же дороге, по которой мы сюда пришли, и ожидай меня в чистом поле под зеленым дубом. - Иван-царевич пошел, куда ему велено. Серый же волк сел близ той золотой решетки и дожидался, покуда пойдет прогуляться в сад королевна Елена Прекрасная. К вечеру, когда солнышко стало гораздо опущаться к западу, почему и в воздухе было не очень жарко, королевна Елена Прекрасная пошла в сад прогуливаться со своими нянюшками и с придворными боярынями. Когда она вошла в сад и подходила к тому месту, где серый волк сидел за решеткою, - вдруг серый волк перескочил через решетку в сад и ухватил королевну Елену Прекрасную, перескочил назад и побежал с нею что есть силы-мочи. Прибежал в чистое поле под зеленый дуб, где его Иван-царевич дожидался, и сказал ему: Иван-царевич, садись поскорее на меня, на серого волка! - Иван-царевич сел на него, а серый волк помчал их обоих к государству царя Афрона. Няньки, и мамки, и все боярыни придворные, которые гуляли в саду с прекрасною королевною Еленою, побежали тотчас во дворец и послали в погоню, чтоб догнать серого волка; однако сколько гонцы ни гнались, не могли нагнать и воротились назад. Иван-царевич, сидя на сером волке вместе с прекрасною королевною Еленою, возлюбил ее сердцем, а она Ивана-царевича; и когда серый волк прибежал в государство царя Афрона и Ивану-царевичу надобно было отвести прекрасную королевну Елену во дворец и отдать царю, тогда царевич весьма запечалился и начал слезно плакать. Серый волк спросил его: О чем ты плачешь, Иван-царевич? На то ему Иван-царевич отвечал: Друг мой, серый волк! Как мне, доброму молодцу, не плакать и не крушиться? Я сердцем возлюбил прекрасную королевну Елену, а теперь должен отдать ее царю Афрону за коня златогривого, а ежели ее не отдам, то царь Афрон обесчестит меня во всех государствах. Служил я тебе много, Иван-царевич, - сказал серый волк, - сослужу и эту службу. Слушай, Иван-царевич; я сделаюсь прекрасной королевной Еленой, и ты меня отведи к царю Афрону и возьми коня златогривого; он меня почтет за настоящую королевну. И когда ты сядешь на коня златогривого и уедешь далеко, тогда я выпрошусь у царя Афрона в чистое поле погулять; и как он меня отпустит с нянюшками, и с мамушками, и со всеми придворными боярынями и буду я с ними в чистом поле, тогда ты меня вспомяни - и я опять у тебя буду. - Серый волк вымолвил эти речи, ударился о сыру землю - и стал прекрасною королевною Еленою, так что никак и узнать нельзя, чтоб то не она была. Иван-царевич взял серого волка, пошел во дворец к царю Афрону, а прекрасной королевне Елене велел дожидаться за городом. Когда Иван-царевич пришел к царю Афрону с мнимою Еленою Прекрасною, то царь вельми возрадовался в сердце своем, что получил такое сокровище, которого он давно желал. Он принял ложную королевну, а коня златогривого вручил Ивану-царевичу. Иван-царевич сел на того коня и выехал за город; посадил с собою Елену Прекрасную и поехал, держа путь к государству царя Долмата. Серый же волк живет у царя Афрона день, другой и третий вместо прекрасной королевны Елены, а на четвертый день пришел к царю Афрону проситься в чистом поле погулять, чтоб разбить тоску-печаль лютую. Как возговорил ему царь Афрон: Ах, прекрасная моя королевна Елена! Я для тебя все сделаю, отпущу тебя в чистое поле погулять. - И тотчас приказал нянюшкам, и мамушкам, и всем придворным боярыням с прекрасною королевною идти в чистое поле гулять. Иван же царевич ехал путем-дорогою с Еленою Прекрасною, разговаривал с нею и забыл было про серого волка; да потом вспомнил: Ах, где-то мой серый волк? - Вдруг откуда ни взялся - стал он перед Иваном-царевичем и сказал ему: Садись, Иван-царевич, на меня, на серого волка, а прекрасная королевна пусть едет на коне златогривом. - Иван-царевич сел на серого волка, и поехали они в государство царя Долмата. Ехали они долго ли, коротко ли и, доехав до того государства, за три версты от города остановились. Иван-царевич начал просить серого волка: Слушай ты, друг мой любезный, серый волк! Сослужил ты мне много служб, сослужи мне и последнюю, а служба твоя будет вот какая: не можешь ли ты оборотиться в коня златогривого наместо этого, потому что с этим златогривым конем мне расстаться не хочется. - Вдруг серый волк ударился о сырую землю - и стал конем златогривым. Иван-царевич, оставя прекрасную королевну Елену в зеленом лугу, сел на серого волка и поехал во дворец к царю Долмату. И как скоро туда приехал, царь Долмат увидел Ивана-царевича, что едет он на коне златогривом, весьма обрадовался, тотчас вышел из палат своих, встретил царевича на широком дворе, поцеловал его во уста сахарные, взял его за правую руку и повел в палаты белокаменные. Царь Долмат для такой радости велел сотворить пир, и они сели за столы дубовые, за скатерти браные; пили, ели, забавлялися и веселилися ровно два дни, а на третий день царь Долмат вручил Ивану-царевичу жар-птицу с золотою клеткою. Царевич взял жар-птицу, пошел за город, сел на коня златогривого вместе с прекрасной королевной Еленою и поехал в свое отечество, в государство царя Выслава Андроновича. Царь же Долмат вздумал на другой день своего коня златогривого объездить в чистом поле; велел его оседлать, потом сел на него и поехал в чистое поле; и лишь только разъярил коня, как он сбросил с себя царя Долмата и, оборотясь по-прежнему в серого волка, побежал и нагнал Ивана-царевича. Иван-царевич! - сказал он. - Садись на меня, на серого волка, а королевна Елена Прекрасная пусть едет на коне златогривом. - Иван-царевич сел на серого волка, и поехали они в путь. Как скоро довез серый волк Ивана-царевича до тех мест, где его коня разорвал, он остановился и сказал: Ну, Иван-царевич, послужил я тебе довольно верою и правдою. Вот на сем месте разорвал я твоего коня надвое, до этого места и довез тебя. Слезай с меня, с серого волка, теперь есть у тебя конь златогривый, так ты сядь на него и поезжай, куда тебе надобно; а я тебе больше не слуга. - Серый волк вымолвил эти слова и побежал в сторону; а Иван-царевич заплакал горько по сером волке и поехал в путь свой с прекрасною королевною. Долго ли, коротко ли ехал он с прекрасною королевною Еленою на коне златогривом и, не доехав до своего государства за двадцать верст, остановился, слез с коня и вместе с прекрасною королевною лег отдохнуть от солнечного зною под деревом; коня златогривого привязал к тому же дереву, а клетку с жар-птицею поставил подле себя. Лежа на мягкой траве и ведя разговоры полюбовные, они крепко уснули. В то самое время братья Ивана-царевича, Димитрий и Василий-царевичи, ездя по разным государствам и не найдя жар-птицы, возвращались в свое отечество с порожними руками; нечаянно наехали они па своего сонного брата Ивана-царевича с прекрасною королевною Еленою. Увидя на траве коня златогривого и жар-птицу в золотой клетке, весьма на них прельстилися и вздумали брата своего Ивана-царевича убить до смерти. Димитрий-царевич вынул из ножон меч свой, заколол Ивана-царевича и изрубил его на мелкие части; потом разбудил прекрасную королевну Елену и начал ее спрашивать: Прекрасная девица! Которого ты государства, и какого отца дочь, и как тебя по имени зовут? - Прекрасная королевна Елена, увидя Ивана-царевича мертвого, крепко испугалась, стала плакать горькими слезами и во слезах говорила: Я королевна Елена Прекрасная, а достал меня Иван-царевич, которого вы злой смерти предали. Вы тогда б были добрые рыцари, если б выехали с ним в чистое поле да живого победили, а то убили сонного и тем какую себе похвалу получите? Сонный человек - что мертвый! - Тогда Димитрий-царевич приложил свой меч к сердцу прекрасной королевны Елены и сказал ей: Слушай, Елена Прекрасная! Ты теперь в наших руках; мы повезем тебя к нашему батюшке, царю Выславу Андроновичу, и ты скажи ему, что мы и тебя достали, и жар-птицу, и коня златогривого. Ежели этого не скажешь, сейчас тебя смерти предам! - Прекрасная королевна Елена, испугавшись смерти, обещалась им и клялась всею святынею, что будет говорить так, как ей ведено. Тогда Димитрий-царевич с Васильем-царевичем начали метать жребий, кому достанется прекрасная королевна Елена и кому конь златогривый? И жребий пал, что прекрасная королевна должна достаться Василию-царевичу, а конь златогривый Димитрию-царевичу. Тогда Василий-царевич взял прекрасную королевну Елену, посадил на своего доброго коня, а Димитрий-царевич сел на коня златогривого и взял жар-птицу, чтобы вручить ее родителю своему, царю Выславу Андроновичу, и поехали в путь. Иван-царевич лежал мертв на том месте ровно тридцать дней, и в то время набежал на него серый волк и узнал по духу Ивана-царевича. Захотел помочь ему - оживить, да не знал, как это сделать. В то самое время увидел серый волк одного ворона и двух воронят, которые летали над трупом и хотели спуститься на землю и наесться мяса Ивана-царевича. Серый волк спрятался за куст, и как скоро воронята спустились на землю и начали есть тело Ивана-царевича, он выскочил из-за куста, схватил одного вороненка и хотел было разорвать его надвое. Тогда ворон спустился на землю, сел поодаль от серого волка и сказал ему: Ох ты гой еси, серый волк! Не трогай моего младого детища; ведь он тебе ничего не сделал. - Слушай, ворон воронович! - молвил серый волк. - Я твоего детища не трону и отпущу здрава и невредима, когда ты мне сослужишь службу: слетаешь за тридевять земель, в тридесятое государство, и принесешь мне мертвой и живой воды. - На то ворон воронович сказал серому волку: Я тебе службу эту сослужу, только не тронь ничем моего сына. - Выговоря эти слова, ворон полетел и скоро скрылся из виду. На третий день ворон прилетел и принес с собой два пузырька: в одном - живая вода, в другом - мертвая, и отдал те пузырьки серому волку. Серый волк взял пузырьки, разорвал вороненка надвое, спрыснул его мертвою водою - и тот вороненок сросся, спрыснул живою водою - вороненок встрепенулся и полетел. Потом серый волк спрыснул Ивана-царевича мертвою водою - его тело срослося, спрыснул живою водою - Иван-царевич встал и промолвил: Ах, куда как я долго спал! - На то сказал ему серый волк: Да, Иван-царевич, спать бы тебе вечно, кабы не я; ведь тебя братья твои изрубили и прекрасную королевну Елену, и коня златогривого, и жар-птицу увезли с собою. Теперь поспешай как можно скорее в свое отечество; брат твой, Василий-царевич, женится сегодня на твоей невесте - на прекрасной королевне Елене. А чтоб тебе поскорее туда поспеть, садись лучше па меня, на серого волка; я тебя на себе донесу. - Иван-царевич сел на серого волка, волк побежал с ним в государство царя Выслава Андроновича и долго ли, коротко ли, прибежал к городу. Иван-царевич слез с серого волка, пошел в город и, пришедши во дворец, застал, что брат его Василий-царевич женится на прекрасной королевне Елене: воротился с нею от венца и сидит за столом. Иван-царевич вошел в палаты, и как скоро Елена Прекрасная увидала его, тотчас выскочила из-за стола, начала целовать его в уста сахарные и закричала: Вот мой любезный жених, Иван-царевич, а не тот злодей, который за столом сидит! - Тогда царь Выслав Андронович встал с места и начал прекрасную королевну Елену спрашивать, что бы такое то значило, о чем она говорила? Елена Прекрасная рассказала ему всю истинную правду, что и как было: как Иван-царевич добыл ее, коня златогривого и жар-птицу, как старшие братья убили его сонного до смерти и как стращали ее, чтоб говорила, будто все это они достали. Царь Выслав весьма осердился на Димитрия и Василья-царевичей и посадил их в темницу; а Иван-царевич женился на прекрасной королевне Елене и начал с нею жить дружно, полюбовно, так что один без другого ниже единой минуты пробыть не могли
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_21.htm
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_35.htm
Сивко-Бурко
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_43.htm
Поди туда - не знаю куда, принеси то - не знаю что
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_56.htm
Лихо одноглазое
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_105.htm
Три царства - медное, серебряное и золотое
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_136.htm
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_239.htm
Напуганные медведь и волки. Медведь
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_492.htm
По колена ноги в золоте, по локоть руки в серебре
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_497.htm
Поющее дерево и птица-говорунья
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_498.htm
Байки о щуке зубастой
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_499.htm
Кощей бессмертный
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_505.htm
Ивашко и ведьма
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_507.htm
Волшебный конь
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_524.htm
Неосторожное слово
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_543.htm
Иван-дурак. Набитый дурак. Емеля-дурак
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_564.htm
Иван Быкович
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_571.htm
Сказка о молодце-удальце, молодильных яблоках и живой воде
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_576.htm
Василиса прекрасная
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_578.htm
Семь Симеонов
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_666.htm
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_676.htm
Шабарша
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_764.htm
Сказание об Александре Македонском
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_991.htm
Сестрица Аленушка и братец Иванушка
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_1008.htm
Не любо - не слушай
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_1020.htm
Ведьма и Солнцева сестра. Светлана Прекрасная
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_1027.htm
Летучий корабль. Морской царь и Василиса Премудрая
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_1028.htm
Перышко Финиста ясна сокола
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_1050.htm
  
СТАТИСТИКА

  Веб-дизайн © Kirsoft KSNews™, 2001 Copyright © Трагедия Свободы, 2001-2004